Что-то страшное грядёт - Рэй Брэдбери

— Мальчики?..

С безграничным терпением в мягком голосе, самый горячий друг холодеющих созданий, которые зарылись, схоронились в сухой гуще книг, он трусил, семенил, вышагивал, крался, шел на цыпочках, плыл по воздуху, замирал на месте в окружении приматов и египетских изваяний звероподобных богов, прочесывал черные истории мертвой Африки, останавливался в Азии, потом неспешно брел в новые края.

— Мальчики, я знаю, что вы слышите меня! Тут кругом объявления: «СОБЛЮДАЙТЕ ТИШИНУ!» Так что я буду шептать: одному из вас по-прежнему не терпится получить обещанное нами. А? А?..

«Джиму», — подумал Вилл.

«Мне, — подумал Джим. — Нет! О нет! Уже нет! Только не мне!»

— Выходите, — мурлыкал сквозь зубы мистер Мрак. — Награда обеспечена! Кто первый явится к нам — получит весь выигрыш!

Бах-ба-бах!

«Это мое сердце!» — подумал Джим.

«Это мое сердце? — подумал Вилл. — Или Джима?»

— Я слышу вас. — Губы мистера Мрака трепетали. — Ближе, ближе. Вилл? Джим? Вроде бы Джим более сообразительный из вас двоих? Выходи, парень!..

«Нет!» — подумал Вилл.

«Я ничего не знаю!» — мысленно воскликнул Джим.

— Джим, ага… — Мистер Мрак развернулся в другую сторону. — Джим, укажи мне, где твой друг. — Мягко: — Мы запрем его где-нибудь, отдадим тебе билеты, которые мог получить он, если бы пошевелил мозгами. Верно, Джим? — Глухой, воркующий голос. — Еще ближе. Слышу, как колотится твое сердце!

«Замри!» — велел своему сердцу Вилл.

«Замри! — Джим затаил дыхание. — Замри!»

— Ну-ка… вы не в этой нише?..

Мистер Мрак шагнул вперед, подчиняясь тяготению стеллажей в углу.

— Ты здесь, Джим?.. Или… вон там?..

Он небрежно толкнул тележку с книгами, она покатилась на резиновых роликах куда-то в ночь и опрокинулась вдалеке, рассыпав по полу свой груз, точно мертвых черных воронов.

— Вы мастера прятаться, оба, — сказал мистер Мрак. — Но есть кое-кто похитрее вас. Вы слышали, как вечером играла каллиопа? Знали, что на карусели сидел кто-то из ваших близких? Вилл? Вилли? Вильям, Вильям Хэлоуэй. Где твоя мама сегодня вечером?

Молчание.

— Она каталась с вечерним ветерком, Вилли-Вильям. Каталась по кругу. Мы посадили ее на карусель. По кругу… и оставили сидеть. По кругу… Слышишь, Вилли? Круг за кругом, год за годом, круг за кругом!

«Папа! — подумал Вилл. — Где ты?»

В дальней комнате Чарлз Хэлоуэй сидел с колотящимся сердцем, слушая и думая: «Он не найдет их, до той минуты я не сдвинусь с места, он не может найти их, они не послушаются его! не поверят! он уйдет!»

— Твоя матушка, Вилл, — тихо взывал мистер Мрак. — Круг за кругом — угадай, в какую сторону, Вилл!

Тонкая, призрачная рука мистера Мрака описывала круги в темном воздухе между стеллажами.

— Круг за кругом, и когда мы спустили твою матушку с карусели, парень, и дали ей взглянуть на себя в Зеркальном лабиринте — ты бы слышал, какой звук она издала. Словно кошка, которая подавилась клубком шерсти — таким большим и колючим, что невозможно откашляться, и крик напрасно силится вырваться наружу через шерсть, которая забила ноздри, уши и глаза, парень. Стала она старая-престарая, Вилли, напоследок мы видели только, как она бросилась бежать от собственного отражения. Она будет стучаться в дверь Джимова дома, но когда матушка Джима увидит какую-то двухсотлетнюю тварь, брызгающую слюной на замочную скважину и умоляющую пристрелить ее, парень, матушка Джима тоже захлебнется криком, будто кошка, тщетно пытающаяся выплюнуть клубок шерсти, и погонит ее прочь — приставать к прохожим со своей мольбой, и никто не поверит, Вилл, глядя на эти слюнявые мощи, никто не поверит, что перед ним бывшая красавица, самый близкий тебе человек! Так что сам понимаешь, Вилл, мы должны побежать и найти ее, побежать и спасти, потому что мы-то знаем — кто она. Верно, Вилл, верно, Вилл, верно, верно, верно?

Голос мистера Мрака прошелестел и затух.

Где-то в библиотеке кто-то тихонько плакал.

Х-ха…

Человек с картинками удовлетворенно вытолюгул воздух из своих влажных легких. Е-с-с-с-с-с-ть…

— Здесь… — пробормотал мистер Мрак. — Ну-ка? За указателем с буквой «М» — «Мальчики»?» «П» — «Приключения»? «У» — «Укрытие»? «Т» — «Тайны»… «И» — «Испуг»? Или в разделе, обозначенном буквой «Д», означающей «Джим»? Или «Н» — «Найтшейд», «В» — «Вильям», «X» — «Хэлоуэй»? Где мои любимые две человеческие книжки, чтобы я мог их перелистать, а?

Он расчистил пинком место для правой ноги на первой полке высоких стеллажей.

Поставил правую ногу, оперся на нее, поднял левую.

— Так.

Левая нога уперлась в край второй полки, освободила себе место. Он подтянулся на руках. Правая нога зацепилась за третью полку, раздвинула книги, и он продолжал подниматься — четвертая полка, пятая, шестая, — ощупывая темные библиотечные небеса, сжимая пальцами доски, карабкаясь все выше вверх и перелистывая мрак, точно мальчики лежали в нем, как закладки среди книг.

Правая рука — роскошный тарантул в гирляндах роз — сбросила в кромешную пропасть внизу книгу о Байёском гобелене. Казалось, целая вечность прошла, прежде чем книга ударилась об пол и дивные руины гобелена рассыпались лавиной золотых, серебряных и небесно-синих нитей.

Дотянувшись до девятой полки, левая рука сопящего, кряхтящего мистера Мрака встретила пустоту — никаких книг.

— Мальчики, вы здесь, на Эвересте?

Тишина. Если не считать тихие всхлипы где-то вблизи.

— Холодно? Холоднее? Совсем холодно?

Глаза Человека с картинками поднялись вровень с одиннадцатой полкой.

Меньше чем в десяти сантиметрах от них лежал лицом вниз, недвижимо, словно труп, Джим Найтшейд.

На следующей полке катакомбы с дрожащими на глазах каплями слез лежал Вильям Хэлоуэй.

— Порядок, — сказал мистер Мрак.

Протянул руку и погладил Вилла по голове.

— Привет, — сказал он.

Глава сорок третья

Всплывающая перед глазами ладонь напомнила Виллу восходящую луну.

С ладони на него смотрел его собственный ярко-синий портрет.

Джим тоже увидел перед собой руку.

С ее ладони на него смотрел его портрет.

Рука с портретом Вилла схватила Вилла.

Рука с портретом Джима схватила Джима.

Крики и вопли.

Человек с картинками подтянул добычу.

Развернувшись, не то упал, не то соскочил на пол.

Мальчики, брыкаясь и крича, упали вместе с ним. Приземлились на ноги, покачнулись, теряя равновесие, но их удержали и выпрямили в рост кулаки мистера Мрака, крепко держащие обоих за шиворот.