Прогулка в одиночестве - Бентли Литтл

на то, что ребенок жив, очень мало. Рича трясло. Он наклонился над скрюченным окровавленным телом, лежащим прямо перед его бампером, проверяя, мертв ли мальчик. Рич не слышал ни звука, не видел никаких признаков движения. Это был один из тех дерзких детей Колдуэлла, правда, кто именно, он не знал. Рич осмотрелся вокруг, ища поблизости кого-нибудь из его братьев или любых других свидетелей аварии. 

И увидел идущего к нему Теда Йоргенсена.

Этому кошмару не будет конца. Этот серийный убийца собирался жить долго и счастливо в своем по шведски чистом пригородном раю, в то время как Рич проведет остаток своей жизни в тюрьме из-за одного глупого несчастного случая...

Йоргенсен поднял тело мальчишки Колдуэлла.

- Открой, - сказал он, ткнув ногой в пассажирскую дверь машины.

Слишком потрясенный, чтобы ослушаться, Рич сделал, как ему было велено. Йоргенсен забросил тело внутрь и закрыл дверь.

- Припаркуйся на моей подъездной дорожке, - приказал он. - Я встречу тебя там.

И Тед пошел обратно к своему дому. 

Охваченный паникой, понимая, что поступает неправильно, но недостаточно ясно соображая, чтобы поступить правильно, он включил передачу, подъехал к дому Йоргенсенов и заехал на подъездную дорожку. Как раз в этот момент подошел Тед, открыл пассажирскую дверь, достал ребенка Колдуэлла, будто какие-нибудь продукты из магазина, и отнес мальчишку в гараж.

Теперь Рич понял, что происходит.

Не было даже времени разобраться, что он чувствует по этому поводу. Часть его была в абсолютном ужасе...

Был ли мальчишка Колдуэлла вообще мертв?

...но часть его думала, что если все сработает, он останется на свободе и ему не будет грозить ни тюрьма, ни любые возможные последствия.

Машина была включена.

Тело отправилось внутрь.

Доски получились белыми, гладкими и приятно теплыми.

Машина отключилась. Они посмотрели друг на друга. Рич не знал, что и сказать.

Первым заговорил Йоргенсен.

- Еще два, и у тебя будет достаточно досок, чтобы сделать новую собачью будку для Спринклса.

Это привело его в чувство.

- Еще два? Да я, как бы, не собирался...

Йоргенсен бесстрастно посмотрел на него.

- Еще два.

У Рича внезапно пересохло во рту.

- Я буду держать доски здесь, пока их не станет достаточно. Тогда они все твои.

Это была угроза, но он все еще слабовато соображал и был не в состоянии понять, в чем она заключается и почему это так важно. Тед, казалось, почувствовал это.

- Едь домой, - сказал он. - Поговорим об этом позже. И помой со шланга бампер, - добавил он. - На нем, скорее всего, кровь.

Еще два.

Полчаса спустя, после тайной мойки машины в темноте, он попытался незаметно проникнуть в дом.

Еще два.

Филлис ждала его.

- На этот раз ты действительно пьян, так ведь? Так ведь?

Он тупо стоял, ничего не отвечая.

- С меня хватит этого дерьма! Ты каждый день приходишь домой поздно, не говоришь мне, где ты был...

- Я не...

- Заткнись! Ты хоть раз можешь меня выслушать! Я не знаю, что с тобой происходит, но за последнюю неделю...

Перестав ее слушать, Рич внимательно посмотрел на свою жену.

Еще два.

Он был все еще пьян?

Возможно.

Но он думал о том, как она всегда придиралась к нему, о весе, который она набрала за последний год, и решил -  как-нибудь на этой неделе, может быть, завтра утром, они вдвоем совершат небольшую поездку в гараж Йоргенсенов.

Ⓒ Jorgensens’ Fence by Bentley Little, 2016

Ⓒ Игорь Шестак, перевод, 2022

Безмолвие деревьев

Я покинул Финикс более пятнадцати лет назад, после того, как катастрофы 2000 года так и не произошло, разочаровавшись в своей работе, в своей жизни, в своем социальном положении в этом треклятом мире. С тех пор я туда не возвращался. Я жил в Пайнтопе в арендованной хижине со старомодней спутниковой тарелкой, работал в большом казино в соседнем Хон-Да в резервации Форт-Апачи. Моя официальная должность была “детектив казино”, но в основном все, что я делал, это ходил кругами, обозначал свое присутствие и пытался вселить страх Божий в сотрудников и клиентов, чтобы они даже не думали делать то, чего им не следовало делать. Работа была так себе, но какого-либо дискомфорта я не испытывал.

Просто существовал.

Перемены пришли в облике женщины. Так всегда и бывает, не так ли? Она была высокой и смуглой, стройной и красивой, и здесь, в северных землях, выделялась, как отполированный рубин среди грубых кусков битого цемента. Клиентами Хон-Да были в основном местные деревенщины и богатые жители с юга, владеющие летними домиками под сенью величественных сосен, и хотя к нам постоянно заходили женщины, они обычно были в возрасте и в сопровождении своих мужей. Те немногие красавицы, которые забирались так далеко, неизменно были с музыкальными группами, выступающими в концертном зале, или в объятиях богатых бизнесменов, приехавших на короткие выходные.

Однако она была другой. Одна. Была середина утра, середина недели. Она явно кого-то искала, и когда ее глаза нашли меня, болтающего с пит-боссом в центре зала, сразу же направилась мимо столов и игровых автоматов к тому месту, где мы стояли. Вблизи женщина показалась мне знакомой, а когда улыбнулась мне и произнесла мое имя, я понял, что знаю ее, хотя все еще не мог вспомнить, где ее видел.

И тут до меня дошло. Фрида Бальдерама, маленькая девочка Карлоса, только совсем взрослая. Когда я видел ее в последний раз, она была милым двенадцатилетним ребенком, но это было давно, а сейчас она стала потрясающей молодой женщиной. Карлос был одним из хороших парней, одним из немногих, по кому я скучал, и хотя я не видел его и не разговаривал с ним с тех пор, как покинул Долину[28], уверен, учитывая наши прошлые, достаточно прочные отношения, мы смогли бы с легкостью восстановить дружеское общение независимо от того, сколько прошло времени. 

Фрида спросила, можем ли мы поговорить. Одни. Пит-босс отошел. Я предложил Фриде выпить.

- Кофе, чай, содовая, вода?

Она покачала головой, сказала, что все хорошо. За ее улыбкой скрывалась печаль, и внезапно я понял, - она пришла сюда, чтобы сообщить плохие новости. Я чувствовал это и внутренне приготовился.

- Мой отец мертв.

Я ожидал этих слов, но все равно был шокирован, услышав их. Карлос мертв? Он был всего на несколько лет старше меня.

- Что случилось? - спросил я.

Рак,