Мои красные туфли - Лиана Меррил

Карли внимательно осмотрела выставленные на старом фанерном столе солонки и перечницы. Рядом с ними парами, по завету Ноя, маршировали колонны слонов, пингвинов и других керамических животных.

— Мне это нужно? — Дана взяла в руки большой, слегка помятый знак «Идут строительные работы». Дейзи отреагировала на вопрос энергичным взмахом хвоста. Карли же едва взглянула.

— Нет.

— Эксперт дал заключение, — пояснила Дана таксе, ставя знак на место. — Так как же прошло путешествие в пустыню?

Дейзи направилась к следующей палатке, и подруги послушно поплелись вслед за ней.

— Интервью оказалось действительно интересным. Реймонд Барлоу — толковый старик. Да, Арлин и Пит Силвер действительно были любовниками, но, судя по всему, больше ничего. Он не знает, куда именно отправилась сестра, но считает, что она непременно имела веские причины для такого странного поступка. Судя по всему, Арлин всегда отличалась свободолюбивым нравом. А в конце интервью он предложил мне выйти за него замуж.

— Реймонд или Эван? Карли сморщила нос.

— Разумеется, Реймонд.

Дана остановилась у прилавка с разнообразными старинными вещами и вытащила черный пояс из тисненой кожи с серебряной, украшенной перламутром пряжкой. Примерила находку.

— Ну и как? Карли кивнула.

— Эван всю дорогу злился и дулся.

Дана купила пояс у женщины в светло-зеленом сарафане.

— На обратном пути мы ненадолго остановились у его родителей, — продолжила Карли, когда небольшая, но дружная компания снова тронулась в путь. — Они живут в Палм-Спрингсе, в огромном доме. Судя по всему, отец Эвана — какой-то очень крупный бизнесмен. Один из тех, у кого мой отец постоянно берет интервью. Мы остались к ленчу, но он задержался на деловой встрече или что-то в этом роде. Бросается в глаза, что Эван не слишком ладит с папочкой. Мама же кажется очень приятной, но мне ее жаль — ведь ей приходится постоянно и любыми путями поддерживать мир между Годзиллой и сыном Годзиллы.

— Почему-то мне никогда не приходило в голову, что Годзилла может оказаться женатым, — задумчиво произнесла Дана.

— А иначе откуда взялся Младший? — веско аргументировала Карли.

— Представляю, как его делали. Наверное, в процессе стерли с лица земли какую-нибудь небольшую японскую деревушку. Кстати, вы с Эваном уже спарились?

При этих словах копавшийся в старых журналах интеллигентный мужчина поднял голову.

Карли схватила Дану за руку и потащила ее по проходу между палаток.

— Разумеется, нет! Между нами заключено соглашение, забыла?

— Знаю. Работа в обмен на любимые туфли. Но судя по всему, он вовсе не против, да и тебе интересно, так почему бы и нет?

— Мне не интересно, — сухо возразила Карли. Глаза Даны блеснули.

— Что ты сказала?

— Я сказала, что мне все это абсолютно не интересно.

— Ой, Дезинька. — Дана взяла таксу на руки. — Смотри-ка, тетя Карли втюрилась в дядю Эвана…

Прищурившись, Карли выдержала взгляд двух пар любопытных изучающих глаз.

Дана опустила собачку на землю и тихонько запела:

— Карли и Эван сидят на дереве. Целуются. Любовь прежде всего…

Карли нетерпеливо схватила поводок.

— Пойдем, Дейзи. Нам пора.

— Да, причем втюрилась по самые уши. — Дана догнала подружек и рассмеялась. — Ой, не могу! Все это так интересно!

— Ничего интересного. Просто одна из составляющих моего невезения. Карьера полетела кувырком, машина испорчена, а саму меня неумолимо влечет к человеку, который меня откровенно презирает и даже ненавидит. До дикости типично.

— Думаю, на самом деле Эван вовсе не презирает тебя, а совсем наоборот — ты ему очень симпатична. Там, в клубе, я всерьез испугалась, что он расправится с Гленом. Пока вы танцевали, он не переставая упорно тянул из меня информацию.

— И что же его так интересовало? Что ты ему рассказала?

— Сказала, что ты предпочитаешь высоких брюнетов с голубыми глазами.

— Отличная рекомендация.

— Так что же ты собираешься делать?

— Ничего, — ответила Карли, с любопытством разглядывая коробку из-под обуви, полную старых «валентинок». — Ровным счетом ничего. Вполне возможно, что неудачи меня упорно преследуют, но это вовсе не означает, что надо вешать нос.

Одина дома не было. Стоило хозяйке открыть дверь в кухню, как ее поразила особая пустота, ощущение отсутствия чего-то крайне важного, что непременно должно было присутствовать. Разумеется, то, что кот не оказался в одну секунду у ног хозяйки, выпрашивая любовь и дружбу, было действительно очень странно. Дело в том, что Один находился под домашним арестом. За стенами дома расположился враждебный для кошек мир, наполненный злыми и нервными собаками, превышающими скорость машинами и кровожадными койотами.

Стараясь не паниковать раньше времени, Карли бросила на кухонный прилавок рюкзак и подобие ленча и быстро осмотрела дом. Очень скоро она поняла, что маленький викинг отправился покорять мир, покинув родной порт через открытое окно ванной комнаты. Проклиная собственную забывчивость и наступающие сумерки, Карли схватила фонарик и выбежала из дома.

— Один! — позвала она, присев на корточки и заглядывая под дом.

Луч фонарика высветил лишь грязь да паутину. Карли сходила за банкой с кошачьим кормом — характерный стук вкусных подушечек в жестяной банке всегда был для кота безотказным сигналом к возвращению домой. Карли затихла, надеясь услышать ответное мяуканье, но так ничего и не дождалась.

Она методично осмотрела обе стороны своей улицы, а потом начала постепенно удаляться от дома, квартал за кварталом. Она заглядывала под каждую машину и в каждую ямку куда можно было спрятаться. Все встречные, а также садовники, мойщики машин и просто люди, гуляющие с собаками, подвергались тщательному, подробному допросу о возможной встрече с большим черным котом. Солнце село, и вечерний воздух быстро наполнился прохладой. Наступало неуютное, жутковатое время, когда воображение рисовало всевозможные страшные картины. Время вампиров.

— Один? — В нескольких улицах от дома, сама испугавшись собственного дрожащего голоса, Карли заглянула под старый внедорожник. Луч фонарика неожиданно наткнулся на что-то темное и тут же неярко высветил два отражающих свет глаза. Куда, черт возьми, подевался Дженсен со своими очками ночного видения, которые ей сейчас так нужны? Карли быстро опустилась на колени и засунула голову под машину. — Один, малыш, это ты?

Да, это, несомненно, был представитель семейства кошачьих, причем нужного размера. Однако слабый свет фонарика не позволял разглядеть его. Единственный способ добраться до кота — ползти под машиной.