Бастард рода Неллеров. Книга 7 - Серг Усов

Когда же изменилось её отношение к милорду? Да, пожалуй, почти сразу после провала покушения на него. И дело даже не в полном исцелении, удивительно восхитительной магии, и не в том страхе, который юному аббату удалось поселить в душе неудавшейся отравительницы, и не в благодарности за сохранённую жизнь, и не в обещании вознаграждения и долгой молодости, хорошего здоровья, нет, всё не то. Она совсем недавно вдруг поняла, чем зацепил её господин Степ, и почему готова служить ему честно и с полной отдачей. Милорд Неллерский оказался первым в её жизни, кто сразу же относился к ней как к человеку, к плохому, враждебному, подлому, но именно как к человеку, а не просто как к предмету похоти, инструменту для интриг, отравлений, соблазнений, подглядываний или даже убийств. Юный её хозяин, да, хотел использовать Люсильду в своих целях, но он видел в ней человека. А это очень и очень дорогого стоило, дороже мешка с сахаром, в её глазах. А потом произошло знакомство с Эльзой, тётушкой далеко за сорок, но выглядящей будто девица моложе тридцати, и та вдруг отнеслась по доброму, а потом и муж Эльзы Ригер принял дворцовую служанку весьма дружелюбно. В лице этой супружеской пары у Люсильды впервые в жизни появились люди, которых она может считать родными. Не те оставшиеся в пригородах Готлина кузины и кузен — воспитавшая её тётка-то уже подохла — а действительно близкие люди.

— Эй, красавица, не проходи мимо. — окликнул её с крыльца весёлый мужичок, только-только открывший свою лавку. — Ваши дворцовые мою выпечку давно оценили. — он сразу понял, откуда она идёт. Впрочем, тут особого ума не надо.

— Как хорошую или негодную? — засмеялась Люсильда, проходя мимо и отмахнувшись рукой от предложения.

Магазины, несмотря на рань, уже начинали распахивать свои двери, а вдоль стен выставлялись прилавки, правда, товары ещё не выкладывали. Но помощница милорда Неллерского спешила вовсе не за покупками, и даже не за зельем, повышающим мужскую силу, это снадобье баронет Риккарн сам себе где-то добывал. У неё в городе имелось другое дело и весьма срочное.

Всё познаётся в сравнении, как ей однажды сказал господин в их последнюю встречу в «Золоте Кранца». А ведь её юный хозяин и в этом совершенно прав. Действительно, ублажать старого похотливого главу королевского секретариата Люсильде никакого удовольствия не доставляло, однако, по сравнению с мерзким толстяком Леопольдом баронет не так уж и плох. Он не бьёт её и щедр на подарки. Хотя, за такое его отношение она могла благодарить и саму себя, очень быстро нашла ключик к пятидесятишестилетнему Степу Риккарну, истязавшему себя мыслями о возрасте, отсутствии магии и мужской несостоятельности. Насчёт первых двух причин желчности баронета Люсильда ничего сделать не могла, а вот с третьей причиной озлобленности важного сановника сумела справиться.

Вместо того, чтобы покорно и молчком или даже со слезами и плачем принять первые же ласки старика, она принялась изображать, что получает огромное наслаждение от его объятий, будто находится в чертогах Создателя. Одно время она так пыталась привязать к себе брата Леопольда, интуитивно посчитав такое поведение подходящим, но тот не только по виду, а и по сути был настоящий хряк, бесчувственный скотина. Зато с главой королевского секретариата получилось как нельзя лучше. Он к ней привязался очень сильно и уже не мыслил ночей без юной любвеобильной красавицы, с восторгом — так ему казалось — делящей с ним ложе.

В последнее время Люсильда даже стала переживать за своего покровителя. Слишком уж он стал много принимать алхимических снадобий. Да, у него были хорошие отношения с баронетой Никой Ворской, тоже из рода Неллеров, как и его преподобие Степ, и она никогда не отказывалась исцелять королевского секретаря почти бесплатно, но возраст есть возраст, как бы однажды баронет не умер прямо на ней от чрезмерного усердия и слишком частых — до двух-трёх за вечер-ночь — ласк.

На этот прискорбный случай Люсильда присматривала себе другого покровителя во дворце и парочку наметила. Если что, благородная госпожа Ника поможет устроиться. Эту известную дворцовую интриганку, злопамятную, всесильную благодаря особым отношениям с обеими королевами, которых её муж, главный маг, снабжал лучшими мазями для красоты, жестокую, совершенно беспощадную к слугам, чем-то вызвавших её неудовольствие, Люсильда сильно побаивалась и старалась лишний раз баронете на глаза не попадаться. Но господин Степ приказал в любых сложных ситуациях обращаться за помощью и поддержкой именно к ней, а словам аббата Готлинского она верила.

Дом-магазин Ригера и Эльзы находился достаточно далеко от дворца, но не на окраинах, дворцовая служанка пришла туда ещё до открытия, по пути став свидетелем нескольких уличных склок. Видимо, кто-то плохо выспался — подумала — вот и ссорятся по пустякам, едва только вышли по делам.

В кварталах Ткачей и Обеденном, на углу в стыке которых располагалась Монастырская лавка готлинских товаров, пробуждались чуть позже, чем у дворца. Дверь в магазин Эльзы была ещё закрыта, но её раб Глеб, молодой русоволосый мужчина, взятый на контракт здесь в столице, из местных, уже намывал крыльцо пенящейся от мыльного состава водой.

— Люси? — удивился он, разогнувшись на звук её шагов. — А ты чего так рано?

— Не хочешь меня видеть? — спросила девушка.

— Нет, что ты, я…

— Дай пройти, раз не хочешь. — изобразила обиду.

На самом деле она забавлялась, давно заметив, что Глеб в неё всерьёз влюбился. Жалкий придурок даже забыл про разницу в их положении. Кабальный раб торговцев и свободная служанка из королевского дворца — это почти как крестьянин и дворянка, если сравнивать. Люсильде нравилось дразнить бедолагу надеждами на не сбыточное. А вообще, единственный мужчина, к которому она с удовольствием добровольно согласилась бы лечь в постель, находился далеко отсюда на севере, был сильно её моложе, носил титул милорда и являлся настоятелем обители. Да, она откровенно признавалась себе, что очень хотела бы согреть своего настоящего господина теплом своего тела.

— Ты меня не правильно поняла… — попытался оправдаться раб в спину входившей в магазин девушке.

Внутри её встретила пожилая женщина, завершившая протирку прилавков, и повела на второй этаж в хозяйскую столовую. Супруги Вилт, если и удивились внезапному приходу подопечной, то виду не показали. Они как раз закончили трапезу, хотя стол был ещё полон продуктами.

— Нам пора открывать лавку. — напомнил супруге лейтенант герцогской гвардии.

— Да подожди ты