Правила эксплуатации, или Как не выйти замуж - Марина Орлова

должны слечь еще несколько человек… если не десяток. Но и этого не хватит. Охота на рыжую ведьму уже открыта. И раненный чернокнижник будет действовать быстро, спонтанно и непредсказуемо.

Ему нужна ведьма с ее источником. Жизненно необходима. И он уже знает, где такую взять, если вспомнить сказанное голосом, что слышала Дарина в доме Василия.

И чем больше я об этом думал, тем более бредовым казался план Ждана жениться, а после защитить Дарину. Как? Уже сейчас очевидно, что чернокнижник — сверхопасен, а активация сил Дариной банально делу не поможет. Напротив, только усугубит: фон ее магии усилится, привлекая к себе все более новую опасность. Вот только времени обучиться управлять своей силой, у нее не будет. Юных ведьм наставницы обучают с раннего младенчества, порой, десятилетиями. Но у Дарины нет даже наставника. Как и времени.

Почему этого не понимает Ждан? Или понимает, но отчего-то не желает признавать?

Одни вопросы, которые только сильнее запутывают. И да, неприязнь и тревога Липы становятся понятны. А мое раздражение охотником только возросло.

Остается лишь удостоверится, что и Дарина отдает себе отчет в своих действиях, пока не стало слишком поздно. Но послушает ли она меня? Вряд ли.

А вот Велеса и Липу…

Увы, но и в этом я уже не уверен. В связи с тем, что обман, стараниями Ждана, открылся, и Дарина узнала о себе правду, сможет ли ведунья довериться Зверю и домовихе как прежде?

А меж тем, время не ждет. В том числе и мое. Через неполных два дня, срок договора истечет, и меня выбросит во Мрак. До этого момента необходимо разобраться с чернокнижником и забрать его душу с собой. Но для начала его следует выследить, заманить в ловушку и изничтожить. Благо, я, в отличие от охотника, магией владею. А для защиты клиентки, могу смело ею пользоваться, потому «руки у меня развязаны».

Как это сделать и заманить колдуна в ловушку? Прежде я бы без сомнений ответил «на живца». Тем более, теперь он должен торопиться, потому вероятность, что тот допустит ошибку — велика. Даже если не получится и придется пожертвовать «живцом» и упустить цель, появилась бы возможность собрать больше информации о враге, ранить и добить, когда тот вымотается.

Посмотрел на Дарину, а после отвел взгляд.

Прежде я бы не сомневался. Теперь мысль о возможной «жертве живцом» не казалась удачной. Совсем. Хотя бы потому что я не могу подвергать жизнь своего клиента опасности… Хотя бы поэтому.

Значит нужно придумать нечто другое. И быстро.

Время не ждет. Черный маг может напасть в любую минуту, неожиданно и подло. В любой момент, когда мы будем меньше всего этого ожидать…

Не успел я об этом подумать и заподозрить неладное, как Дарина открыла калиту.

А после послушался дикий женский визг полный ужаса и отчаяния.

— Батюшки святые! — запричитал Ждан, на руки которому запрыгнул немаленький Велес, заскулив точно щенок.

Что уж тут сказать… Даже мне захотелось перекреститься.

В проеме калиты показалась… Бабайка? Или как у людей такое чудище называется?

На мгновение мне подумалось, что это небезызвестная Кикимора, коей так часто любила угрожать рыжая ведунья. Но после присмотрелся… и лучше не стало.

Нечто большое, с черной косой через плечо, толщина которой никак не могла быть естественной, показалось в проеме. Наверное, из-за неправильной пропорции коса вызывала больше ассоциации со змеем, лежащим на объемной груди. На лице цвета мела, двумя красными и большими пятнами были нарисованы круги. Смольные брови, обведенные жирным контуром, были нарисованы под небольшим углом, потому выражение лица… существа, казалось скорее суровым, что не вязалось с радушной улыбкой во все… почерненные зубы, казавшиеся просто провалом во рту.

Это чудо казалось непропорционально высоким из-за несуразного, но явно дорого кокошника. Парадный, ярко-красный сарафан выглядывал из-под полушубка, который в первое мгновение и приняли за шерсть чудови… чуда. Из-за этого же полушубка и без того немалькая фигура стала еще более внушительной. А цветастый платок на мощных плечах пестрил узорами, из-за чего начиналась мигрень лишь от одного взгляда на него.

И все это «великолепие» позвякивало от каждого даже незначительного движения из-за горы бус и украшений, навешанных к месту и не очень. Совсем не очень.

Пухлые ладошки, с унизанными колечками пальцами, держали поднос с белым полотном, на котором красовался уже остывший каравай, со слегка надкусанными боками, на которых отпечатались следы почерненных зубов, и полупустая солонка, венчавшая сей кулинарный шедевр выпечки.

Дарина, сориентировавшаяся явно быстрее меня, шарахнулась в сторону и, натянув на лицо мученическую улыбку, поприветствовала гостей:

— Василинушка! Рады видеть дорогую гостью во всей… красе! — нашлась она.

— Да не держите песика. Мы уже подружились. Я его потом поглажу, — низким голосом умилилась Василина, оценив старания охотника.

Велес, поняв, что опасность не только не миновала, но и нагнеталась с каждой секундой, сделал вид, что визжал вовсе не он, ибо просто пес и не обучен, спрыгнул с рук все еще находящегося под впечатлением охотника, и сконфуженно гавкнул. Сфальшивил, прокашлялся, а затем засеменил за угол, пристыжено поджав уши и хвост. Но не успел скрыться за домом, как тут же показал из-за угла навострившиеся уши.

Ага, стыд стыдом, а любопытство никто не отменял.

— Все хворает животинка? — преувеличенно сочувственно вздохнула Василина, посмотрев на Дарину. — Глисты наверное. Не буду гладить, — решила-таки она.

Где-то за домом вздохнули одновременно с облегчением и возмущением.

Василина же, углядев в толпе присутствующих Ждана, расплылась в еще более угрожа… в смысле, обольстительной улыбке, от которой у меня появилась тоска по родным местам и ручным гарпиям из Мрака. Затем кивнула Дарине и не без труда протиснулась в калиту, заставив мое сердце настороженно замереть, стоило вспомнить, что та девица давеча снесла ворота с петель без особых усилий. После, не без помощи Михайло, мы ворота-то установили, но у меня большие сомнения, что они смогут выдержать еще один напор такой… колоритной и одинокой невесты. Тем более, что свою цель она уже определила, и останавливаться не собиралась, невзирая на треск ткани, съехавший с головы кокошник и свалившийся с подноса каравай.

Та просто поправила головной убор вместе с накладной косой, из-за чего теперь казалось, что коса росла прямо из уха. Далее Василина наклонилась, подняла с травы каравай, обдула не особо стараясь, надкусила еще раз для пробы. Проба не понравилась, судя по тому, как она наморщила носик, доставшийся ей явно по линии отца. Впрочем, неудачная проба не