Перерождение темного архимага IV. Повелитель тьмы - Amazerak

кто знает, возможно, придётся и к Калакуцкому наведаться тайно, как когда-то к Елагину, и устроить собственные «переговоры».

Третьякова я тоже прекрасно понимал. Война между губерниями — это, мягко говоря, не то, к чему хотелось бы прийти. Очередное кровопролитие, которое уж точно не останется без внимания императора. Тот, кажется, предпочитал не лезть в дела аристократов на восточной границе, отдавая решение всех проблем на откуп губернаторам, но если ситуация выйдет из-под контроля, государь в стороне не останется.

А ещё сегодня Третьяков, наконец, узнал о том, что мне известно про покушение. Было видно, он занервничал. Тоже мне, миротворец хренов. Пусть понимает, что и мне есть чего ему предъявить.

Теперь мне оставалось только ждать…

Помимо проблем с Калакуцким меня интересовало, главным образом, две вещи: откроются ли в моём имении новые ямы в ближайшее время, и появились ли под Усть-Катайгнском тенебрисы. О том, что там творится, мне предстояло узнать лишь через полмесяца, когда вернусь на передовую, а у нас пока было всё спокойно.

В эти дни обнаружилась небольшая бездна за пределами моих владений, но очень близко к ним. Я не знал, чья там земля, но всё равно приказал охране закрыть яму, чтобы тенебрисы не бежали к нам. А через пару дней разведчики засекли группу существ, движущихся, по всей вероятности, из Барнаульской губернии. С ними оказались два беллатора-великан, и я сам поехал их уничтожать, чтобы лишний раз не подвергать опасности своих людей. Всё равно заняться нечем. По-хорошему, решать данную проблему следовало Калакуцкому, но для барнаульского губернатора ссоры с соседями, кажется, были важнее.

Пятницу я провёл на своей базе, осматривал имущество. Парк автотехники пока увеличивать не собирался. На сегодняшний день он состоял из десятка минивэнов, двух десятков внедорожников, в том числе старых «Онисков» восьмидесятых годов, на одном из которых я катался сам, и десяти «Носорогов». Три из них требовали ремонта.

Но всё же не мешало докупить кое-какое оборудование, особенно бронежилеты (их почему-то не хватало), и рубрумитовые патроны, которые расходовались в нынешних обстоятельствах очень быстро.

Вопрос же строительства шахты снова пришлось отложить. Я собирался начать весной, но теперь было не до этого. Прежде всего, следовало понять причину, по которой на моей земле образуются бездны, и пока проблема не решится, ни о какой шахте речи не может идти.

Да и с финансами пока было туго.

В конце квартала я получил дивиденды от сафоновской компании — шестьсот с небольшим тысяч. Прибыль оказалась меньше, чем я рассчитывал, но меня это не удивило. Сафоновы сами испытывали огромные проблемы с тенебрисами и были вынуждены законсервировать уже три нефтяные скважины.

Так же ожидались дивиденды от «Первосибирска-23», но в конце полугодия, то есть как раз летом.

А вот доход от деревообрабатывающего завода и прочую прибыль, включая те деньги, которые мне платили местные аристократы за зачистку их имений от тенебрисов, сжирали охрана. Я хотел увеличить её численность до трёхсот человек, но не видел возможности. Двести пятьдесят бойцов — это пока был максимум, который я мог себе позволить.

Так же приходилось вкладывать средства в развитие мебельного цеха и в ремонт доходных домов, но по этим статьям основные расходы были на конец прошлого года, когда мы ещё получали деньги с добычи артефактов.

«Золотой путь» тоже кое-что приносил. Я получил в этом квартале почти сто тысяч и вдобавок надеялся стрясти с Елагиных неустойку. Ну и на артефакты рассчитывал. Как раз снег растаял, начинался сезон, и со дня на день первые отряды добытчиков собирались выехать на промысел.

Вот и выходило, что пока строить шахту было не на что, а летом и средства могли появиться, и, я надеялся, прояснится ситуация с тенебрисами.

Первый выезд за артефактами состоялся в субботу. Отправились сразу несколько отрядов. Под моим началом находились три самостоятельные группы добытчиков, работавшие за процент от выручки, и отряд из тридцати охранников. Всеми их, как и прежде, координировала Леди.

Мне тоже заходилось поехать, но скорее от безделья, нежели ради какой-то цели. Прекрасно понимал, что поход в тёмную область — далеко не самое весёлое развлечение, но что-то тянуло меня туда, и я ничего не мог с этим поделать.

Отправился вместе с отрядом охранников, который Леди возглавила лично. Мы двинулись через один из фортов южнее Первосибирска. В соответствии с договором, заключённым с Любецикими, в моём распоряжении имелась огромная территория, где подконтрольные мне добытчики могли заниматься промыслом. Туда мы и поехали.

Наш отряд разделился на две группы. Целый день мы лазили по прошлогодней траве в поисках ценных камней, но так ничего и не нашли. Мы оказались в не самом лучшем месте. А после обеда ещё и на стаю тенебрисов наткнулись. Монстров было мало, около двух десятков в общей сложности, и я испепелили без труда, но если б не я ребятам пришлось бы помучиться с этой гадостью.

Зато второй группе повезло. Они прочёсывали лесок поблизости, где до сих пор местами лежал снег, и собрали почти два десятка камней: несколько пустышек, а остальные — огненные и электрические.

Отряд остался на ночёвку в поле недалеко от форта, чтобы утром продолжить работу, а я поехал домой.

Мой старенький «Оникс» начал барахлить: то ли в движке, то ли ещё где-то слышался подозрительный стук. Похоже, пришла пора сдавать машину нашим механикам, которые вдвоём каким-то чудом умудрялись поддерживать на ходу весь автопарк базы.

А мне неплохо было бы приобрести что-нибудь посовременнее. Положение обязывает. А то сослуживцы уже косятся на это ржавое ведро. Да и свою серебристую бронированную «Волгу» стоило отдать в кузовное ателье, чтобы вмятины поправили. А то видок у машины не слишком презентабельный, да и, по словам Захара, какие-то проблемы с ходовой появились. Новое авто для выездов в город я так же подумывал приобрести, но деньги было жалко, ведь предназначались они для шахты, а седан представительского класса минимум тысяч пятьдесят стоил.

Когда я пересёк рубеж и оказался в зоне покрытия телефонной сети, на моём мобильнике высветились вызовы от губернатора. Я догадался, зачем он звонил: наверняка, по поводу Елагиных.

— Алло, здравствуйте, Алексей Михайлович, — проговорил Эдуард, услышав мой голос. — Долго же я до вас дозвониться не мог.

— Так я в тёмной области весь день был.

— Что ж вам неймётся? Вроде бы в отпуске.

— Сам не понимаю, Эдуард Анатольевич. Так получается.

— Ну дело ваше. А я вот по какому поводу звоню. Разговаривал я сегодня с Калакуцким, и…