Дневник мага - Ольга Мяхар

А из руин разрушенного замка позже, ночью, двое анрелов сумели вынести тело умирающего собрата… бывшего, конечно. Его наконец-то вернули на небо. Очистили. Подарили бессмертие и вырастили крылья.

— Но…

— Но анрел уже потерял все. Сначала друзей, отвернувшихся от него. Потом веру. Потом возлюбленную. И он окончательно сошел с ума и сжег себя на костре вместе с пылатощей девушкой, которую тоже нашли среди руин того самого замка. Но уже не анрелы. А люди.

Тяжелое молчание. На меня не смотрят. Его трясет. Я же скупо улыбаюсь.

— Но… почему? — Глухо. — Почему, ведь он хотел…

— Спасти всех. — Мягко. — И никто в целом мире не захотел спасти его.

С этими словами я уснул, довольный, что озадачил этого зазнайку, уверенного, что по первому свистку все подряд просто обязаны срочно жертвовать своей жизнью на благо любой нации.

Суббота

Анрел хмур, задумчив. Сказал, что погибнем вместе! Я так рад… прямо счастлив.

Мы нашли берлогу с какими-то зверушками. Напоминают динозавров, причем хищных. Анрел предложил отважно сразиться, я ему кивнул и умотал в заросли. Пущай сражается, я — бурно за.

Меня догнали, прожгли гневным взглядом и попытались объяснить всю глубину морального падения. Объясняю, что идея драться с динозаврами принадлежала ему, а не мне. Бежим дальше. Сзади что-то грохочет, и доносятся жуткие звуки. Кошусь на анрела. У него такое лицо, будто он вообще просто тут бегает.

Эффектно отбиваюсь пульсарами от стада! Сир порхает по ветвям деревьев, кричит, чтобы я лез к нему и не трогал несчастных зверушек, ибо они не виноваты, что кушать хотят.

Один или три пульсара попали по ветке, на которой он как раз стоял. Анрелочек рухнул в гущу стаи. Широко улыбаюсь, слушая вопли и звуки взрывов. Кажется, какому-то из зверей не повезло. Парень выбрался злой, потоптанный и со следами укусов. Об идеалах Гринписа больше не заикался. Ура.

Это и есть та деревня?

Что-то какая-то безлюдная. Заходим, я задумчиво оглядываюсь по сторонам. А, нет, народ есть. Вон сколько, и все с ружьями. Нас вежливо попросили выметаться обратно. Я заикнулся про колодец, на меня недвусмысленно навели дуло. Ну и ладно. Дуюсь, ухожу обратно. Анрел за моей спиной вещает что-то о всепрощении и о том, что он — чистая душа, которая поможет каждому.

Звуки пальбы, вопли, рычание и снова крики заставили остановиться и угрюмо обернуться. Сир стоял один, с завязанной в узел винтовкой, и пинал кого-то с особо бандитской физиономией. Остальные тупо смотрели на бывшее оружие, не рискуя стрелять по хрупкому с виду пареньку.

Вернулся, оттащил Сира от мужика. Вежливо всем улыбнулся и снова ушел. В лес. Нас не задерживали.

В лесу Сир возмущался, зачем я его остановил. Напоминаю, что бить ближнего своего нехорошо. Смущенный анрел неуверенно кивнул и затих.

Решили ждать ночи. После чего — проберемся к колодцу.

Хм… а чего это он решил мне помочь? Ведь если я вернусь, план по спасению мира с треском провалится. Сир сказал, что он сам тут всех спасет, а я могу валить.

Я завис, переваривая информацию.

Напомнил о печальной судьбе вчерашнего персонажа.

Сир сказал, что не боится, и, если что, совершит еще и самоубийство.

И глаза такие печальные-печальные. Полные света, всепрощения и… наива.

Хочется ругаться и курить. Жаль, забыл сигареты дома. Ну вот что ты будешь делать с этим идиотом?

Крадемся в деревню. Собаки со страшным лаем рушат конспирацию. Колдую — собаки и толпа выбежавших жителей мгновенно уснули, рухнув кто где. Сир качает головой, и мы идем к колодцу уже не таясь.

Пришли. Прощаемся. Анрел прижал меня к себе, всплакнул, попросил жить долго и счастливо. Спросил, что менее болезненно: остановка сердца или взрыв мозга. А то он боится помирать.

Стою с умным видом, мечтая его придушить.

Еще раз попрощались. Анрел попросил сделать ему могилку, ибо здесь похоронят вряд ли, а там хоть я с семьей буду ее навещать.

Душу парня, обещая закопать его немедленно. Вырывается, сипит, пытается материться.

Сидим у колодца. Понимаю, что вот так его тут бросить и уйти — просто не могу. Угрюмо смотрю на доверчиво сидящего рядом и жмущегося к плечу паренька. Он сам-то хоть верит, что в одиночку тут всех спасет? Идиот.

Сказал, что остаюсь. Писк, визг, меня обнимают, заливаясь слезами счастья.

Он и впрямь перетрусил, что я его брошу.

Твою дивизию, ну не могу я вот так просто взять и уйти. Придется спасать мир, как бы пафосно это ни звучало. Спрашиваю у анрела, когда конкретно всеобщее восстание.

Сказал — послезавтра. У меня явно очень выразительный взгляд. Бледный анрел гладит по голове, говорит, что бывает и хуже.

Н-да-а?!

Воскресенье

Переночевали в лесу. Анрел ест сыр, спрашивает о наших планах. Предлагаю идти к самому главному и надавать по морде.

Парень восхищается моим мужеством, объясняет, что в ард он бы один нипочем не рискнул соваться. В ард?!

А поближе никак? Анрел сказал, что никак.

Хм… Спросил его, как туда добраться побыстрее… Если можно — минут за пять, а то меня дома ждут.

Анрелочек предложил как вариант: самоубийство. Душу этого идиота.

И земля разверзлась у наших ног. И крикнул кто-то средь ветвей. И указал мне анрел путь, ведущий вниз, пиная под зад и улыбаясь.

Бли-ин! Это он мне за тумаки мстит. А не фиг было издеваться. Короче, пролетев пару метров, грохнулся на камни, отшиб все, что мог, и с трудом встал. Передо мной стояло огромное кривое зеркало с черной, пылающей алыми линиями поверхностью. Анрел спрыгнул следом, элегантно приземлился, ткнул пальчиком в стекло и сообщил, что ему туда нельзя.

Опять все я?

Хм, кстати, а моя магия-то там действует? Сказали, что даже если и действует, при температуре под триста по Цельсию натворить я ничего не сумею. Скока?!

Очень нехорошо смотрю на анрелочка. Мне ласково улыбаются и пожимают плечами. Типа забыл сказать. Угу. Пасиба!

С трудом вылез обратно на поверхность. Идея с отважным спуском в ард и угрозами их главному с треском провалилась. А впрочем, это естественно. Если бы даже не жуткий жар, то толпы рогатых убили бы меня гарантированно.

Анрел угрюмо сидит рядом, у него идей нет.

Спросил, как именно я должен победить всю нежить разом.

Мне объяснили, что время сильно замедлится, и я просто буду исчезать и появляться во всех местах мира, где нужна моя помощь. Таким образом, убивать будет просто, но вот когда последний монстр рухнет и время снова ускорится, на меня грохнется такая усталость, что сердце и мозг банально не выдержат.

Киваю, чешу затылок. Спрашиваю, что именно должно вызвать восстание трупов.

Анрел сказал — артефакт, который спрятан в церкви того самого города, из которого мы недавно притопали.

Нет, я не могу с ним. А раньше сказать не мог?

Прилетели в город. В прямом смысле — анрел нес меня на руках, ужасаясь весу и умоляя сесть на диету.

Ворвались в церковь. И пока анрел левитировал под потолком, благословляя впечатленных священников, я — подошел к алтарю, свистнул цепочку с невзрачным камушком и смылся из церкви.

Уничтожаем страшный артефакт. Анрел действует на нервы, уверяя, что такое уничтожить не смог еще никто и никогда.

Отмахиваюсь и колдую что-то очень мощное.

Пол-леса нет. Сидим все черные, обожженные. И если бы не защита крылатого, точно бы сдох.

А артефакту хоть бы хны!

Я его сломал. Не спрашивайте как. Лежу, тяжело дышу и смотрю на ползающего неподалеку анрела. Его мои эксперименты чуть не добили. Но зато артефакт расколот на две кривые половинки.

Одну он обещал забрать на небо, а вторую я притырил себе, повесив на грудь.

Понедельник

И снова колодец.

Сердечно прощаюсь с крылатым чудом, прошу больше никогда не навещать и забыть о моем существовании. От меня требуют взаимности. И мы расстаемся вполне довольные друг другом.

Сижу в колодце, по пояс в воде. Очень злой и нервничающий. Анрел свесился через край, орет так, что глохну, слова прощания и напутствия.

Ору в ответ, чтобы он меня достал отсюда.

Тишина. После чего на голову падает бадья с водой, а сверху орут, чтобы я хватался. Ни фига не вижу, голова раскалывается, анрела хочется убить. А бадью тянут наверх!

Кое-как встал.

На голову снова рухнула бадья. Спросили, держусь ли я. Все в тумане, правый глаз не видит, череп, кажется, треснул.