Хроники ада - Константин Кривчиков

Олег, пригнувшись, прокрался вдоль забора и на углу снова присел. Сосредоточился перед завершающим броском через открытое пространство. Оглянулся назад. Влад занял позицию за ним – на том месте, где Олег только что находился. Кулик слегка замешкался и как раз перебегал дорогу, чтобы занять позицию на противоположной стороне.

И в этот миг тишину мертвого поселка разорвали автоматные очереди. Однако не со стороны башни, чего опасался Олег и к чему был отчасти готов. Стреляли одновременно из двух точек с противоположной стороны переулка из автоматических винтовок. Но Олег не успел этого понять. Он лишь увидел, как дернулась голова Кулика, и тут же ощутил рвущую боль в правом бедре. Еще через мгновение пуля попала ему в шею чуть ниже уха, и он упал на землю, инстинктивно схватившись левой рукой за разгрузочный пояс.

Олег был еще жив, когда к нему осторожно приблизился человек в военной форме маскировочного цвета. Обеими руками он держал автоматическую винтовку, опущенную стволом вниз. Человек нагнулся над Олегом и, заметив, что зрачки умирающего продолжают двигаться, криво усмехнулся. Затем его губы зашевелились, и Олег расслышал:

– How do you do, boy?

– Дую, дую, – прошептал Олег и разжал левую ладонь.

Дергач и Купер

Новосибирская Зона Посещения

Купер поднялся с корточек и, зачем-то отряхнув руки, с недоумением посмотрел на напарника:

– Похоже, этот русский парень успел взорвать гранату. Ты понимаешь? Зачем он так сделал? Уже умирая… так глупо…

Илья пожал плечами. Ему не хотелось говорить на эту тему. Да и что он мог объяснить этому подданному английской королевы? Что здесь вам не тут?

Он снова окинул взглядом проулок. Картина скоротечного боя, разыгравшегося несколько минут назад, поражала суровой простотой. Сначала два «спеца» из батальона особого назначения UFOR расстреляли в упор из-за засады троих российских парней – судя по амуниции, тоже спецназовцев. Затем приблизились к одному из них, чтобы, скорее всего, добить. И нарвались на противопехотную гранату. В итоге четыре трупа и один тяжелораненый – уфер.

Первый уфер погиб на месте. Но вот второй «спец» из UFOR в момент взрыва находился в отдалении, метрах в семи, и это его спасло от немедленной смерти. Верхняя часть туловища и голова спецназовца, защищенные массивным бронежилетом и каской, почти не пострадали. Если не считать мелкого осколка, рассекшего скулу. Но вот ноги, и особенно нижняя их часть от ботинок до колен, были изодраны осколками чуть не в клочья. Купер, при символической помощи Дергача, перевязал собрата по оружию, наложил жгуты и оттащил его к противоположному забору – подальше от тел российских бойцов. Парень сохранял сознание, хотя и успел потерять много крови; от него Купер и получил скудные сведения о состоявшемся бое.

– Выходит, ты знал о засаде? – спросил Илья, когда Купер закончил короткий разговор с раненым.

– О нашей – знал, о русской – догадывался.

– Откуда?

– В ФСБ и ГРУ тоже не дураки сидят.

– Думаешь, эти погибшие парни могут быть из ГРУ?

– Все возможно.

Купер неожиданно стал очень лаконичным. Но теперь уже любопытство обуяло Дергача.

– Хочешь сказать, наши маневры у них под колпаком?

– Ну, под колпаком – это сильно сказано. Но мы же на территории России. А ты как хотел? К тому же ты «засветился», когда притащился к Биберсу. Думаешь, в штабе UFOR нет русских агентов?

– Хочешь сказать, они нас просчитали и хотели устроить засаду?

– Вроде того. Вот мы и приняли контрмеры. Еще с вечера высадили здесь двоих парней. Они с утра все прочесали и засели… Как глупо.

Купер выругался. Пошарил по карманам и вытащил пачку сигарет.

– Что будем делать? – спросил Илья. – Парень-то ваш – не очень хорош. Рация же у тебя есть?

– У меня нет. Лишний груз. Ты же, наверное, знаешь, какая в Зоне связь, – можно сутки у передатчика просидеть впустую. У меня только «аварийка» на случай чрезвычайной ситуации. Но у парней в рюкзаке есть станция спутниковой связи. Надо пошарить в углу за забором.

– Так давай. Только учти – сюда «вертушку» вызывать нельзя.

Купер не ответил, закуривая.

– Чего молчишь? – с нетерпением спросил Дергач. – Нельзя прямо сюда «вертушку» вызывать – спугнем группу Нагаева. Нам, кстати, тоже надо сматываться. Ты понимаешь, что они могут быть где-то на подходе?

– Понимаю. И что ты предлагаешь?

– Придется его сначала оттащить куда-нибудь. Донесем до нашей лежки в лесополосе и там попробуем выйти на связь.

– Логично. И еще я запущу «аварийку». Так больше шансов, что нас запеленгуют и спасут парня.

– И заодно сорвут операцию, – сказал Дергач. – Запеленговав сигнал «аварийки», они пошлют «вертушку» прямо сюда и всех взбаламутят. «Вертушку» надо вызывать к месту нашей высадки. Или перенастроить «аварийку» на другую частоту.

– Чего? – У Купера вытянулось лицо. – Так это же полтора километра по пересеченной местности. Хочешь сказать, что парня надо туда переть? А вдруг он не выдержит? Ты видел, сколько из него крови вытекло?

– Это уж точно не моя забота. У меня своя задача. А с вашим парнем разбирайтесь сами.

– С нашим парнем.

– Вот именно – с вашим. Хочешь – тащи его на горбу к месту высадки. Хочешь – бросай здесь. Моя задача – обнаружить группу Нагаева и сесть к ней на хвост.

Купер глубоко затянулся, спалив сигарету почти до самого фильтра. Потом щелчком откинул окурок в сторону и с угрозой процедил:

– Сука ты, Дергач. Я с Михелем еще в Афганистане вместе служил.

– И что?

– А то, что я сейчас включу «аварийку», и пусть вертолет прилетает прямо сюда. Рядом с башней гравитационных аномалий нет.

– Сорвешь операцию, Биберс тебе голову оторвет.

– Эта офисная мышь? Плевал я на него и вашу вонючую операцию! Я солдат, а не крыса. И Михелю из-за ваших делишек умереть не дам. Достаточно того, что погиб Анри. А попробуешь мне помешать…

Купер, хищно усмехнувшись, демонстративно положил ладонь на рукоятку пистолета. И вдруг замер. Они стояли друг напротив друга. В зоне внимания Дергача находилась водонапорная башня, а Купер смотрел ему за спину в сторону проулка. Лицо спецназовца заметно побледнело даже под слоем загара.

– И что? – сдерживая злость, проговорил Илья. Он еще ничего не понял, лишь подумал, что Купер на грани бешенства. Тоже мне, рыцарь спецназа. – Не надо меня пугать. Когда я доложу Биберсу…

– Тсс, – прошипел Купер. – Молчи и не делай резких движений. Сзади тебя «гадюка».

Дергач медленно обернулся через плечо и на мгновение потерял способность дышать. Метрах в ста от них в переулок вползала пульсирующая лента багрового цвета. Она действительно отчасти напоминала змею, но невероятно огромную, просто гигантскую. А еще она напоминала толстую и прозрачную кишку из полиэтилена, внутри которой переливалась багрово-красная густая субстанция, похожая на жидкий кисель. Или на загустевшую кровь. И вот сейчас эта «змея» ползла по направлению к ним. Илья слышал о подобной аномалии, появившейся в Зоне после Скачка, но никогда не видел. И поэтому перетрусил.

– Откуда… она… здесь? – с трудом выдавил, сглотнув комок в горле.

– Наверное, на шум среагировала, – все тем же свистящим шепотом ответил Купер. – Но сейчас здесь тихо. Глядишь и уползет. Видишь, еле-еле тащится, словно прислушивается. Сейчас – главное – не шуметь.

То, что предлагал Купер, звучало разумно. Но Дергач в этот момент оказался неспособен к рациональному мышлению. «Гадюка» уже полностью втянула в проулок свое туловище (если багровый обрубок длиной под пятьдесят метров можно было назвать туловищем), и до людей ей оставалось метров шестьдесят. Не больше. И, что самое жуткое, она продолжала продвигаться вперед размеренными рывками.

И психика Ильи не выдержала тяжелейшего напряжения последних суток. Он заорал и бросился со всех ног к водонапорной башне. Ведь это было так очевидно! Вот она – кирпичная защита, можно сказать средневековая крепость. И, что важно, высоченная. Достаточно забраться в окно, залезть наверх, и никакая «гадюка» не страшна. Продолжая вскрикивать от непреодолимого чувства ужаса, Дергач пулей, не ощущая под собой ног, пролетел до стены башни и с разбегу вскарабкался на подоконник. Точнее, на нижнюю часть оконного проема, где когда-то крепилась рама.

От гибели его спасло лишь то, что проем располагался высоко, на уровне почти двух метров. Взбираясь на кирпичную стенку, Илья сбавил темп, к тому же сильно ударился коленкой. Этот болезненный удар слегка привел его в себя, вернув чувство предосторожности. Матюкнувшись, он выпрямился в проеме и, опершись рукой на боковую стенку, заглянул вниз.

И оцепенел. Уже приподнятая для прыжка нога зависла в воздухе, а готовый вырваться крик застрял в глотке. Внизу перед ним, вместо надежного бетонного пола, клубилось нечто голубовато-зеленое, похожее то ли на дымку, то ли на туман. Через пару секунд, вглядевшись, Дергач понял, что под легкой дымкой скрывалась более плотная субстанция, напоминающая по консистенции желе. Или студень.