Секрет Светлячка - Елена Владимировна Гуйда

Наверное обидно. Обидно умирать, когда у тебя столько всего не сделано. Когда не выяснила, что за флаг над Старханом, не поговорила с Роуз, не нашла того, кто стал причиной смерти льера Петренса, не… столько этих «не». Возможно бесконечность.

Не хотелось сейчас думать о том, что во всем виновата Роуз. Это было так больно, что казалось разорвется сердце. Хотя… я почти умерла? Что хуже со мной может случиться уже.

Но еще, казалось очень важным поговорить с Киром. О чем? Тем для разговоров у нас могло бы быть предостаточно, если бы было больше времени. И не важно, о чем говорить с человеком, который тебе нравится по-настоящему. С таким человеком вполне можно и помолчать. Просто подержаться за руки, побыть рядом.

Но всем правит судьба. Моей жизнью она распорядилась как-то так. Нелепо распорядилась, нужно сказать. Вот совсем нелепо.

И это обидно!

По губам потекло что-то теплое, соленое, с отчетливым металлическим привкусом. Это было так неожиданно, что я не сразу поняла, что это – кровь.

– Эссеш тарим, эссеш ссамархай. Саамах, – я не сразу узнала голос Роуз. Он показался мне слабым, простуженным, а еще… еще было четкое ощущение – она в отчаянии.

И кровь… Она применяла магию крови! Боги, она там совсем рехнулась что ли? Вот совсем с ума сошла?!

Даже думать было страшно о таком сейчас. Это… неправильно опасно, ужасно. Но я была настолько обессилена, что даже отреагировать на это должным образом не получилось.

Пока в мое тело не хлынула магия, наполняя меня силой, приводя в чувства, заживляя раны. Это больно. Это просто чертовски больно. Кажется, даже больнее, чем когда меня там убивали в темном дворе Северного Горенгвиля.

А может потому, что Роуз следовало бы применить хоть одно обезболивающее заклинание?!

Боги! Какое заклинание?! Ей никакого применять нельзя без лицензии. Что с ней вообще теперь будет?! Как можно объяснить подобное?

И магия крови! Здесь имперские ищейки на каждом шагу. Кирай совсем рядом и может узнать о ней…

Боги!

Все эти не совсем связанные между собой мысли прыгали испуганными кузнечиками. И думать как-то нормально и связно никак не получалось.

В какой-то момент боль утихла. Совсем исчезла, будто меня не выкручивало и не выламывало мгновением ранее.

И это было не мене неожиданно, чем вообще все, что со мной случалось за последние сутки.

Глаза открылись сразу. Белоснежные стены городского госпиталя стали тем еще испытанием. Но привыкла я быстро. В нос удалил запах лекарств и крока из «Горного приюта».

И тут я встретила серьезный, полный страха и волнения взгляд молчаливой, напряженной сверх всякой меры Мейтроуз. В ее темных, как и у многих южанок, да и у меня тоже, глазах еще вспыхивали серебристые искры, выдавая то, что она применяла магию. Это было так опасно и неправильно. Но что-то мне подсказывало, что она бы и дракона откопала, если бы дело касалось моей жизни и безопасности. Не то, что решилась применить магию крови в стенах целительской.

И так стало стыдно. Так невыносимо стыдно.

Ведь я засомневалась. Я раздумывала, как мне поступить, в то время как Роуз просто взяла и приняла решение исходя из того, как лучше будет мне.

Он всю свою жизнь построила вокруг меня. Моих желаний, стремлений, перспектив.

И какова моя благодарность.

– Прости, – попросила совершенно искренне я.

Конечно, она вряд ли поймет, за что именно я попросила у нее прощения, но так моя совесть будет немного чище.

– Ты так меня напугала, – непривычно мягко заговорила Роуз, поправляя мои разметавшиеся по подушке волосы, одеяло… в общем, чувствую она просто не знала куда деть руки после всех волнений.

– Как ты вообще здесь оказалась? – спросила я.

Ни слабости, ни боли я больше не чувствовала. Словно просто проснулась от страшного сна. И если бы не палата госпиталя и бледная Роуз, присевшая на край койки, то именно сном для меня все и осталось.

– Услышала Зов жизни, – вздохнула тетя.

И мне стало не по себе. Если она способна слышать Зов, то не смогла бы находиться рядом с местами, где совершались нападения. Это точно. Слишком все это.

– Твой… этот. Сказал, что на тебя напала песчаная крылатая бестия. Что вообще в этом городе происходит? – растерянно произнесла Роуз. Она, похоже, совершенно искренне ничего не понимала. И это уже настораживало меня. Сильно как-то непохоже, что под ее рукой велась организация преступлений. – Чего тебя только черти понесли туда? Мужиков здоровых, темных боевых магов не нашлось? Что девчонке без практики и мастерства делать на задании ночью?! Чего он вообще тебя за собой поволок?

– Я вообще-то целитель! Целитель отряда боевых магов! – возразила на это я.

Вполне себе живенько возразила. Все же магия крови – сильная, древняя и точно нешуточная магия. А если ты еще и богат знаниями.

– Вша ты безголовая! – вспылила Роуз. Теперь вот это точно была моя тетя. – Опасно это все. ОПА-С-НО! Что не понятно? А твой этот… командир. Ни грамма не умнее. Потащить тебя за собой. Хоть я его просила…

– Что ты делала? – нужно сказать, что вот до этой фразы мне еще было стыдно и совестно, а теперь. – О чем просила?!

– Не подвергать тебя опасности, – уклончиво ответила на это Роуз. – Пусть мужики занимаются подобными делами.

Как льер Кларенс для Мейтроуз? Или нет? Ох-хох!

Все, больше тянуть с этим разговором невозможно.

– Конечно, – скрипнув зубами, кивнула я. – Как ты? Ты ведь тоже используешь лера Кларенса, как тебе это нужно?

Глава 16.2

Несколько мгновений в палате была немая сцена. Я смотрела на Роуз и почему-то думала, что мне вряд ли еще удастся увидеть когда-либо ее настолько шокированной. Эта женщина всегда умела держать свои эмоции и чувства под контролем. Когда мы бежали в неизвестность из залитого кровью, полыхающего Стархана. Когда со стойкостью скалы принимала удары судьбы. И точно как скала прикрывала меня от всех ветров и невзгод.

Под ее потяжелевшим взглядом у меня внутри что-то истерически завопило, прося пощады, но… если сейчас не выяснить все, то потом будет только хуже.

– Что вы проворачивали с льером Кларенсом? – настаивала на ответе я, осознав, что сама Роуз отвечать не спешит. Голос дрогнул, но я только выше вздернула подбородок.

– Торговлю запрещенными южными