Золото инков - Клайв Касслер

– Земли еще не видишь? – спросил Ганн.

– Пока нет, – ответил Питт. – Спускаюсь по стволу пальмы, обвитой какими-то канатами.

– Лианы?

– Все может быть. Ботаника никогда не входила в число моих любимых предметов.

– Можешь воспользоваться случаем и поиграть в Тарзана, – пошутил Ганн.

– Непременно, как только встречу Джейн...

Питт оборвал фразу так внезапно, что Ганн не на шутку встревожился:

– Что случилось? С тобой все в порядке?

Когда Питт ответил, его голос был еле слышен:

– Я едва не схватил одну такую лиану, а она оказалась огромной змеей толщиной с водопроводную трубу и с пастью, как у аллигатора.

– Какого она цвета?

– Черная с крупными желтыми пятнами.

– Обыкновенный удав, – попытался успокоить его Ганн. – Конечно, размеры этой твари впечатляют, но она не ядовита.

– Мне вполне достаточно одного его внешнего вида, – возразил Питт уже более спокойным голосом.

– Кого еще встретил?

– Несколько великолепных бабочек, птиц, а еще и самого отталкивающего вида насекомых. Но лучше всего цветы, они всех существующих оттенков и размером почти с мою голову.

Разговор оборвался, после того как Питт возобновил свой нелегкий спуск.

– Выключи лебедку, – передал он наверх, почувствовав под ногами твердую почву. – Я на земле.

– Видишь какие-нибудь признаки галеона? – спросил Ганн.

Питт не дал ему немедленного ответа. Взяв мачете под мышку, он отцепил пояс безопасности и только после этого осмотрелся вокруг. Ему показалось, что он находится на дне океана. Кругом царил полумрак. Очертания предметов расплывчаты. Плотная листва, не пропускавшая солнечных лучей, скрадывала цветовую гамму, сохранив только зеленый и голубой оттенки.

Более приятным открытием было то, что на уровне земли джунгли оказались вполне проходимыми. Если не считать полусгнившие листья и сломанные сучья, вокруг него почти не было растительности. Очевидно, отсутствие солнечного света препятствовало развитию подлеска.

– Я не вижу ничего, что могло бы напоминать корпус корабля или хотя бы его обломки, – произнес он наконец.

– Крах, – отозвался Ганн, не скрывая разочарования. – Может, магнитометр зафиксировал небольшое месторождение железа.

– Рано еще говорить, – произнес Питт спокойно.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Ганн.

– Грибки, насекомые и бактерии за четыре столетия вполне могли уничтожить весь органический материал, составлявший корпус судна.

Ганн помолчал, обдумывая услышанное.

– Возможно, ты прав, – произнес он. – В таком случае ты должен стоять сейчас прямо на обломках галеона.

– Ты говоришь, что от корпуса совсем ничего не осталось? – вступил в разговор Джордино.

– Если что-то и осталось, то оно покрыто мхом и перегноем. Надеюсь, мне удастся откопать несколько керамических сосудов, куски металла и камни балласта. Место, где я нахожусь, определенно напоминает давно брошенный лагерь.

– Мы можем чем-то помочь тебе?

– Нет, берите курс на Манту и заправьтесь горючим. А я покопаюсь вокруг и, бог даст, найду что-нибудь.

– Может быть, тебе потребуются какие-то инструменты?

– Обойдусь одним мачете.

– Ты не потерял сигнальные ракеты?

– Они прикреплены к поясу.

– Выпустишь их сразу, как только услышишь шум вертолета.

– Будьте покойны. Я не намерен выбираться отсюда пешком.

– Тогда увидимся через два часа.

– Постарайтесь не задерживаться.

В другое время и при других обстоятельствах Питт, возможно, загрустил бы, слыша, как звук моторов вертолета замер в отдалении, оставив его одного в мрачной атмосфере джунглей. Но сейчас он испытывал скорее чувство радостного возбуждения при мысли о том, что где-то, совсем недалеко от него лежат обломки галеона, способные стать ключом к тайне древних сокровищ. Вместо того чтобы немедленно приступить к раскопкам, он обошел вокруг предполагаемого места последней стоянки “Консепсьон”, стараясь определить возможную территорию поисков. Ему показалось, что он вполне успешно справился с этой задачей.

Лапа якоря, выступавшая из земли, позволила ему установить положение носа корабля. Он не допускал мысли, что опытный штурман Томас Кэттилл держал такую ценную вещь, как шкатулка из жадеита, в грузовом трюме судна. Реликвия предназначалась в подарок самой королеве, скорее всего, она находилась у него под рукой, в капитанской каюте на корме.

Расчищая территорию поисков с помощью мачете, Питт находил все больше следов происшедшей здесь катастрофы, хотя и не обнаружил человеческих останков. Вероятнее всего, члены команды были смыты за борт приливной волной. Среди его добычи оказался шаблон для изготовления обуви, костяные ручки от ножей, давно обратившихся в прах от времени, несколько глиняных тарелок и остатки котла для приготовления пищи. Относительно небольшое число находок сначала удивило его, а затем посеяло сомнения в успехе предприятия. Он начал серьезно опасаться, что кто-то до него обнаружил обломки корабля и унес самые ценные вещи. Он достал из кармана пластиковый пакет со схемой галеона и заново изучил ее. После этого тщательно ограничил место поисков участком, где на плане Перлмуттера был указан трюм для перевозки наиболее важной части груза.

Его внимание привлекла большая куча перегноя, с которой он и решил начать поиски. Ему потребовалось удалить слой всего в десять сантиметров толщиной, и он обнаружил несколько превосходно выполненных каменных голов и фигурок разного размера. Все они изображали сказочных животных, судя по всему, богов древних инков. У него вырвался вздох облегчения. Сокровища галеона остались нетронутыми.

Убрав крупную лиану, упавшую с ближайшего дерева, он обнаружил еще двенадцать скульптур, на этот раз людей, три из них были выполнены в натуральную величину. В сумраке джунглей они показались Питту мертвецами, вставшими из гробов. Керамика сохранилась хуже, а те предметы, что уцелели при кораблекрушении, рассыпались на мелкие фрагменты при первом прикосновении к ним. Еще меньше ему повезло с бесценными рулонами материи, от которых осталось всего несколько жалких клочков.

Питт упорно продолжал копать, не обращая внимания на поломанные ногти и слизь, покрывшую его руки. Скоро он добавил к своим находкам небольшую кучку предметов из жадеита, выполненных рукой древнего мастера, и великолепных мозаик из перламутра и бирюзы Их было так много, что он не стал считать.

Сделав небольшой перерыв в работе, Питт вытер пот со лба Нетрудно было предположить, сколько споров между учеными и правительствами Эквадора и Перу вызовет в недалеком будущем найденный им клад. Одни будут указывать на то, что находки сделаны на территории их страны. Другие с не меньшим основанием требовать, чтобы древние реликвии были возвращены на свою историческую родину. Очевидным было только то, что ни один из найденных шедевров никогда не окажется в доме их первооткрывателя.

Бросив взгляд на часы, Питт обнаружил, что прошло больше часа, как он покинул вертолет. Он собрал находки в одно место и направился туда, где, по его расчетам, должна была находиться капитанская каюта. Отбросив в сторону очередной слой почвы, он услышал металлический звук. Через несколько минут на поверхности появилась одна из двух корабельных пушек. Бронза была покрыта толстым слоем патины, а ствол забит мусором, накопившимся за четыре столетия.

Рубашка Питта давно промокла от пота и влажных испарений джунглей. Лицо и руки распухли от укусов насекомых. Сейчас он больше напоминал бродягу, прожившего всю жизнь на болотах, чем ученого, покинувшего недавно кабину вертолета. К тому же все больше начинала сказываться накопившаяся усталость. Он уже подумывал, не отдохнуть ли ему минут десять – пятнадцать на куче прелых листьев, когда взгляд его упал на огромного бушмейстера, проскользнувшего мимо сложенных неподалеку камней корабельного балласта. Питт знал, что длина этой самой крупной из ядовитых змей Америки достигает трех метров, что она невероятно агрессивна, а укус ее почти всегда смертелен. Все мысли об отдыхе моментально вылетели у него из головы. Он с опаской огляделся по сторонам в поисках родственников опасной рептилии.

Питт понял, что на правильном пути, когда извлек из земли большой рулевой крюк и несколько ржавых болтов, на которых некогда крепился штурвал. К ним добавился еще и кормовой фонарь. Теперь он точно знал, что копает на том месте, где когда-то находилась каюта капитана. Оставалось найти самое главное – шкатулку из жадеита.

Еще через сорок минут он обнаружил чернильницу, два бокала и обломки масляной лампы. С этого момента он начал работать руками, не прибегая к помощи мачете. Убрав очередной слой мусора, Питт увидел перед собой зеленый глаз. Он, вытерев руки о грязные штаны, извлек из кармана носовой платок и аккуратно протер каменную поверхность находки. На него смотрело человеческое лицо, выполненное рукой искусного мастера. От волнения у Питта перехватило дыхание.