Ритуал возмездия - Александр Тамоников

— Куда ж ты денешься? –  закончил разговор майор Лукин. –  Работаем, ребята! Разошлись, с богом!

Харламов с Семеновым пошли в подразделения, майор Лукин вызвал своего заместителя по штатной группе старшего лейтенанта Белова. Тот прибыл через несколько минут.

— Товарищ майор, старший лейтенант Белов по вашему приказанию прибыл!

— Садись перед картой, Вова. Видишь вот этот участок «зеленки»?

— Так точно, и что?

— А то, что готовь группу к совершению марша на западный склон, вот на этот рубеж, –  майор указал место, где должен был рассредоточить силы группы Белов, –  будешь за командира! Задача следующая…

Лукин довел до Белова то, что ранее было доведено до командиров первых двух групп.

— А вы? –  спросил старший лейтенант.

— Я до рубежа действия пойду с вами, но потом возьму троих ребят и займу позицию в самой «зеленке». Из нее хорошо просматриваются и аул, и, что главное, выход из ущелья. Готовь группу, выход в 20-00.

— Все понял, командир, разрешите выполнять?

— Выполняй, Вова, выполняй!

Лукин остался один, закурил. Как ему сейчас не хватало Димы Горелова! Тот бы сразу снял нервное напряжение и вселил бы во всех какой-то особенный задор, азарт перед боем. Это он умел –  и сам настроиться, и людей настроить на схватку! И не было бы так пусто на душе, и не стояли бы перед взором черные, обожженные отверстия глазниц расстрелянного им, Лукиным, боевика. Горелов нашел бы нужные слова, чтобы убедить друга в справедливости его поступка. И стало бы спокойнее! Но Дмитрий в Москве. Отдыхает. Подумать только, он там, где ходят обычные, нормальные люди, где нет гор с их снайперами, нет войны, нет смерти рядом.

Лукин встал, отряхнулся, отправился к своей группе. Он доверял своему заместителю, но лично проверить готовность к бою подчиненного ему подразделения был обязан по Уставу.

Глава 2

 Чечня. Аул Балак, пятница, 31 мая 2002 г

 20-00 местного времени

В доме богатого владельца тысячных отар Ахмеда Велиева в большой зале второго этажа собрались Герхард Милле, его заместитель Георг Ломидзе и командиры трех отделений. Бывший сержант-контрактник Российской армии Андрей Боков, беглый уголовник из Прикарпатья Василь Таравка и солдат удачи из Сирии Халиль, прошедший специальную подготовку в лагерях талибов под Кандагаром. Общались на русском языке, говорил в основном Герхард. За шампурами свежеиспеченного люля-кебаба эстонец обсуждал окончательный план завтрашних действий отряда наемников.

— Братья! Джума заплатил нам неплохие деньги, мы их должны отработать! Как вы все знаете, все у нас вроде готово. Противник обозначил себя. Одно меня настораживает. Слишком уж малочисленны силы, которые федералы выдвинули против самого Джумы. Они не могут не знать, что Хозяин хорошо защищен. Что это? Излишняя самоуверенность? Недооценка противника? Ошибка разведки? Или нечто другое? То, что завтра радикально изменит обстановку, и не в нашу пользу? Будем считать, что проводим военный совет. Каждый может высказать свое мнение, и оно будет учтено при принятии окончательного решения. Я слушаю, –  беря в руки шампур, разрешил говорить другим Герхард. –  Георг, что думаешь ты?

— Я не раз сталкивался с настоящими «профи», Герхард, и скажу, что десять специалистов своего дела сила не такая уж и малая! Взять их экипировку, вооружение –  да они только залпом из своих многозарядных гранатометов, вакуумными зарядами, в состоянии уничтожить Балак со всей его обороной! Прибавь сюда восемнадцатизарядные пистолеты повышенной бронебойности «гюрза». Ставь в колонну десяток своих бойцов в обычных бронежилетах, которые не у каждого и есть, пуля этой «гюрзы» пройдет сквозь них, как сквозь масло! А крупнокалиберные снайперские винтовки, бьющие на два километра патроном калибра 12.7 мм? И еще много того, чего мы и в глаза не видели. Потом, все они в облегченной, но прочной бронезащите. От головы до ног! Пули наших «АК-74» будут отскакивать от них, как горох. А болевой шок от их попадания «профи» быстро снимут своими сильнодействующими препаратами из специальных боевых аптечек. Нет, Герхард, командование русских хорошо просчитало, сколько вывести бойцов на Джуму и его охрану! И они, уверен, завалили бы Хозяина, будь он завтра на обычной свадьбе. Но эту десятку ждет сюрприз, и вот тут они растеряют всю свою мощь. Они потеряют главное –  цель и смысл проводимой ими операции. К тому же они не знают о нашем отряде, наше появление в российской форме окажет на них шокирующее воздействие. Да, они быстро придут в себя, и нам придется схватиться с противником, но все свое тактическое преимущество «профи» потеряют! Они обречены, но все же будет лучше, если быстрее подойдет со своими джигитами Аслан. Вот удара его отряда спецназу уже не выдержать. Я все сказал!

С Ломидзе согласились все командиры отделений.

Герхард, проглотив порцию люля, закурил слабую смесь анаши с табаком.

— Значит, –  спросил он, –  никакой «подставы» или скрытого маневра со стороны «спецов» вы не видите?

— Лично я не вижу, –  ответил Георг.

— Мы тоже не видим, –  ответил за всех отделенных Таравка.

— Хорошо! Подчиняюсь мнению большинства. С этим определились. Пойдем дальше: разведка доложила, что русские в восемь часов вышли на равнину и их ровно десять человек. Они рассредоточились на ширину в сто метров, начали сближение с аулом. Сейчас «профи» где-то в ста пятидесяти метрах от аула. Судя по всему, они займут позиции в траве на той стороне арыка. Применят маскировку и будут ждать завтрашнего дня. Когда они начнут действовать? Когда жених с невестой займут свое место. Свадьба будет проходить на пустыре, в пределах досягаемости их вооружения. И вот тут их командир увидит, что вместо Джумы в женихах другой горец. Что он предпримет?

Ответил все тот же Георг:

— Я бы на его месте выждал до ночи и, не обнаружив Джумы, отошел бы от аула! Доложил бы командованию и действовал по его приказу. А он в данном случае может быть один: уходить из зоны боевого применения. Куда-нибудь на встречу с «вертушками», которые сюда ментов притащили бы для тотальной зачистки аула!

— Все верно, Георг! Обнаружив отсутствие на свадьбе Джумы, выждав какое-то время, русский спецназ уйдет. Попытается уйти. И в этом ему помешаем мы! Наш отряд атакует «профи»! А для большей эффективности нашего нападения к оператору с минарета подсадить снайпера с прибором ночного видения, чтобы за ночь тот определил все десять позиций русских. Тебе, сержант, –  приказал Герхард Бокову, –  со своим отделением обойти противника и залечь у них в тылу, вдоль оврага. Сделать это, переодевшись, как только русские выйдут к арыку, сегодня же! Туда же к утру подойдут и бойцы с постов наблюдения, еще восемь человек. Смотрите, чтобы горцы вас за врага не приняли, одного местного с собой возьмите. Атаку на спецназ начинаем с двух сторон, как только на пустыре соберется народ, под его прикрытием. Все должно у нас получиться! И после того, как покончим с «профи», начинаем главное дело! С этого момента включать камеры. Уничтожать всех, от годовалого ребенка до столетнего старца. Использовать все имеющееся оружие. Зачистить селение до подхода сил Аслана. Я специально вызову его. Когда мы будем готовы встретить его джигитов.

— Что? –  в один голос удивленно воскликнули командиры наемников.

Герхард оглядел своих подчиненных холодным, змеиным взглядом:

— Да! И это будет второй маневр, о которым вы до сих пор не знали. Отряд Аслана должен быть уничтожен, как и селение! И также по приказу Джумы! Самого полевого командира снять снайпером с минарета и ударить по «чехам» с флангов из пулеметов и подствольных гранатометов. А затем провести и третий маневр. У каждого из вас в отделениях есть люди, от которых вы не прочь избавиться. Вот и избавляйтесь! По два-три человека из своих подчиненных валите смело. Лучше русских –  извини, Андрей, но война-то между Россией и Чечней? Затем, сбросив русскую форму, общий отход в ущелье, по пути уничтожаем остатки отряда Аслана, если таковые попадутся! Уходим в Грузию. Там, в Тбилиси, на счету одного уважаемого господина нас ждут наши деньги! Получаем их, делим и разлетаемся кто куда. Отряд на время прекращает свое существование. Ну, об этом поговорим в гостях у гостеприимного Георга! Всем все ясно?

Бывший русский сержант Боков спросил:

— Но если не удастся весь аул положить?

— А мы начнем сегодня! Отряд расположен в четырех домах и заброшенной школе. Учебное заведение местного масштаба отпадает, а вот в остальных домах мы в полночь и начнем тотальную зачистку! Как только вернетесь на свои постоялые дворы, готовьтесь и в 0-00 бейте чеченцев, только, смотрите, используя глушители, а лучше ножи, но чтобы тихо, без шума и визга!

С пола поднялся араб. Он нервно теребил четки:

— Нехорошо получается, один хлеб-соль кушали?