Самые богатые люди Земли. Большая двадцатка - Самодуров Вадим

Впрочем, будто желая приободрить всех тех, кто верит, что богатые тоже плачут, в 2007 году Абрамович, по информации российских экспертов, на время из российского олигарха №1 превратился в № 2, уступив место более молодому и агрессивному «коллеге» – Олегу Дерипаске. Теперь граждане со среднемесячной зарплатой в 300 долларов смогли наконец облегченно вздохнуть: и у олигархов бывают тяжелые времена, а главное – ничто не вечно под солнцем.

Развод Абрамовича продемонстрировал важную особенность жизни миллиардеров, независимо от их национальности и гражданства. Им могут принадлежать нефтяные скважины, замки, самолеты, яхты, но не собственная личная жизнь. Губернаторский иммунитет и даже гражданство другой страны не могут спасти ни от притязаний судебных следователей в случае развода, ни, тем более, от назойливых слухов и домыслов «общественности».

Еще одним аргументом в пользу того, что многомиллиардное состояние – это не столько неограниченная власть, сколько тяжкое бремя, стало и участие президента Путина в разводе четы Абрамовичей. По мнению британской газеты «Daily Mail», Роман Абрамович согласился развестись с женой только после того, как Владимир Путин велел ему «навести порядок в личной жизни». Подобное указание Абрамович получил после того, как связь Романа Абрамовича и модели Дарьи Жуковой стала достоянием общественности.

Особые отношения Владимира Путина и Романа Абрамовича – почти очевидный факт для всех, кто хотя бы смотрит телевизор. Роман Абрамович, пожалуй, единственный человек, который может позволить себе приходить на встречи с президентом с вечной щетиной на лице и в небрежно расстегнутой рубашке без галстука. Все, кто мог наблюдать встречу Абрамовича и Путина (например, в рамках заседаний Госсовета) могут согласиться с британским биографом Крисом Хатчинсом (Chris Hutchins), пишущим: …Путин воспринимает Абрамовича чуть ли не как любимого сына, а когда Абрамович входит в комнату, лицо Путина начинает светиться.

Безусловно, причиной таких отношений может являться простая человеческая симпатия. Но есть в этой пристрастности и еще одно обстоятельство – то же самое, что и в симпатии к Абрамовичу простых людей. Его воспринимают (и Путин тоже) как посланника России, который не только является гарантом стабильности и развития российской экономики, но и носителем определенного имиджа – имиджа сильной и богатой России. Такой посланник должен сам обладать хорошей репутацией…

Впрочем, последнее – не более чем предположение, без которого портрет Романа Абрамовича не был бы полным.

Завершая этот рассказ, я не могу не сделать еще пару штрихов к наброску портрета российского олигарха. В интервью, которое мне удалось взять у Романа Аркадьевича, он рассказывал о Чукотке, о природе, о бизнесе… Но как только речь заходила о родителях, о семье, о детстве, о его собственных детях, Роман Абрамович умолкал, замыкался, деликатно, но твердо просил сменить тему. В этом настойчивом нежелании была непонятная для нормального журналистского апломба беззащитность, неловкость и застенчивость.

Абрамович – человек увлекающийся. Заинтересовавшись футболом, он не только купил «Челси», но и начал реализовывать программу по строительству футбольных полей по всей России, купил несколько спортивных изданий и привлек к решению футбольных проблем некоторых своих наиболее доверенных лиц, в том числе из администрации Чукотки. Находясь за границей, Абрамович получает все книжные и киноновинки, лично составляет список прессы и других покупок, которые высылают ему из России. В окружении олигарха любят шутить, что если шеф вдруг заинтересуется кино, то им всем придется идти на режиссерские курсы.

Примерно через год после опубликованного мной одного из первых больших материалов о губернаторе Чукотки я оказался в заснеженном Куршевеле, где уже широко и с размахом кутила российская буржуазия. В арендованных за баснословные деньги коттеджах размещались выписанные для развлечения звезды российского шоу-бизнеса. Шампанское «Cristal» по три тысячи евро за бутылку не успевали завозить. По вечерам расквартированные по швейцарской деревне российские фотомодели, да и просто смазливые провинциальные девочки от 14 лет и старше сползались в арендованные нашими миллионерами залы, чтобы скрасить вечер и ночь потенциальным содержателям, спонсорам, «папикам». Когда в один из таких затянувшихся вечеров, переросших в вакханалию со швырянием пачками денег в официантов и обслугу, катанием по полу и коллективным исполнением советского гимна, я вышел на воздух, то в стороне заметил одинокую фигуру, бредущую между деревьев. Сунув руки в карманы какой-то потрепанной куртки, надвинув вязаную шапку на лоб, между сосен и елей отрешенно шел Роман Абрамович. Характерно ссутулившись, он загребал снег ногами. Неожиданно Абрамович остановился и посмотрел наверх, в пространство между верхушками деревьев и небом. Его лицо было точно таким же, как на всех известных фотографиях: печальные глаза и растерянная полуулыбка… Посреди швейцарского леса стоял самый богатый человек России. Он выглядел потерянным, одиноким и прятал замерзшие руки в карманах, как первоклассник, удравший на улицу без варежек. Я вдруг подумал, что именно таким и останется в моей памяти человек, которого называли «кошельком Семьи» и у которого есть все, о чем можно мечтать.

23 миллиарда долларов

Тео Альбрехт

Theodor Paul Albrecht

В ноябре 1971 года в Германии было совершено громкое преступление. Адвокат Ханс Иоахим Олленбург и профессиональный аферист Пауль Корн выкрали одного из совладельцев сети магазинов «Aldi» Тео Альбрехта прямо с порога его фирмы. Младшего из братьев Альбрехт погубила привычка покидать офис позже всех и скупость – из экономии Тео не вызывал даже личного шофера. Прежде чем затолкать Тео в машину, похитители потребовали показать им паспорт: уж больно потрепанный был на миллиардере костюмчик…

Прошло семнадцать дней, прежде чем семья Альбрехта, при посредничестве рурского епископа Франца Хенгсбаха (Franz Hengsbach), согласилась заплатить требуемый выкуп в 7 миллионов дойчемарок. Правда, небывалая по тем временам сумма выкупа вымогателей так и не осчастливила. В 1972 году они были арестованы, успев истратить меньше половины денег.

С тех пор братья Альбрехт стали вести еще более скрытный образ жизни. Интервью они принципиально не дают. Последняя фотография Тео датирована 1971 годом. Правда, в начале 1980-х одному репортеру после долгой охоты удалось заснять братьев вместе на выходе из штаб-квартиры концерна. Когда снимок лег на стол редактора одной из немецких газет, он искреннее возмутился: «Что вы меня дурачите? Хотите сказать, что эти два додика в мятых штанах и есть знаменитые миллиардеры?!» Действительно, на снимке были двое ничем не примечательных клерков в дешевых серых костюмах. Никто так и не смог достоверно сказать, были ли это братья Альбрехт или кто-то другой…

С тех пор в образе жизни Тео Альбрехта мало что изменилось. Даже с датой его рождения по-прежнему нет полной определенности. Одни источники говорят, что Тео Альбрехт родился 13 марта, другие сообщают, что 28 марта.

Впрочем, в этом последнем факте нет ничего удивительного: братья Альбрехт родились так давно, что уже стали частью истории. А подобные загадки историю только красят.

Теодор Пауль Альбрехт появился на свет в 1922 году, когда едва была подведена черта под Первой мировой войной. Проигравшая в войне Германия в это время погрузилась в глубокую депрессию: экономика, ориентированная на войну, оказалась не готова к мирной жизни, армия безработных пополнилась сотнями тысяч вернувшихся с фронта солдат, страны-победительницы обложили Германию огромными репарациями. В результате цены на товары первой необходимости выросли в пять–десять раз, рабочие бастовали, в городах не хватало продуктов… Сердце немецкой стальной и угольной промышленности – Рурская область, где жила семья Альбрехтов, – оказалась в особенно бедственном положении. После окончания войны предприятия стояли, а рабочим не платили зарплату. К этому времени отец семейства ушел из шахтеров и работал на маслобойне. Но в семье уже появился первый ребенок. И рождение Тео усугубило и без того тяжелое положение семьи. Если бы не лавка, которую открыла мать еще в 1913 году, кормить детей было бы просто не на что…