Комдив - Берг Александр Анатольевич

Кроме того, об обороне Краматорска сообщили и по радио. Левитан торжественно зачитал в сводке Совинформбюро об освобождении города частями 4-й гвардейской армии и об организации обороны города силами народного ополчения и партизанских отрядов. Когда это сообщение услышали в Краматорске, радовались и ликовали все жители города, а уже через пару недель они с восторгом встречали наши передовые части, радуясь окончательному освобождению Краматорска.

Вот со Сталино получилось не так легко, как с другими городами: немцы успели подтянуть в город резервы и подготовиться к обороне. Мы, кстати, к Сталино подошли уже ближе к вечеру и, видя, что с наскоку город не взять, принялись его окружать, благо сил на это у нас вполне хватало. Ночью разведгруппы отправились на разведку. Кроме того, через штаб партизанского движения в Москве нам удалось связаться с городским подпольем, и в итоге наших разведчиков ждали проводники из подпольщиков. Они встретили наших бойцов в условленных местах, а затем одна группа разведчиков вернулась назад вместе с парой подпольщиков, которые в штабе нашей армии указали на карте полное расположение противника.

На следующее утро был назначен штурм города, и начали мы его очень рано, в четыре часа утра. Первыми заговорили наши гаубицы, они были с нами. Пускай М-10 и М-30 были не такими дальнобойными, как А-19 и МЛ-20, зато они отлично транспортировались, а если учесть, что средняя скорость наших колонн была порядка тридцати километров в час, то и проблем с их буксировкой у нас не возникало.

Вначале артиллеристы дали пристрелочный залп по немецким казармам, которые им указали подпольщики, а затем по корректировке наших разведгрупп повели беглый огонь. В связи с нашим подходом немцы хоть и заняли оборону по пригородам, но большая часть их войск ночевала в казармах, которые мы и накрыли. Пользуясь утренним сумраком, наши части пошли на штурм: первыми двигались танки, второй волной за ними шли бронетранспортёры, а пехота бежала позади них, прикрываясь их бронёй. Сонные немцы пытались вести по нам огонь, но он был редким и к тому же сразу подавлялся ответным огнём.

К шести часам утра, сбив немецкую оборону на окраинах Сталино, наши бойцы стали растекаться по улицам города. Разбившись на боевые группы, они под прикрытием бронетехники медленно двинулись вперёд, зачищая дома. И тут снова неоценимую помощь нам оказало городское подполье. Подпольщики, прекрасно ориентируясь в городе и зная все ходы и выходы, проводили наших бойцов в тыл к немцам, что позволило нам наносить противнику удар в спину. Благодаря их помощи мы довольно быстро продвигались вперёд, и уже к вечеру немногочисленные остатки немецкого гарнизона сдались под гарантии сохранения им жизни.

То, как всё хорошо получилось в Краматорске, подвигло высокое начальство повторить всё это и в Сталино. Правда, перебросить сюда часть войск не получится, а потому нам приказали оставить тут один полк. Руководство городского подполья также бросило клич, призывая на защиту родного города, и уже к вечеру следующего дня около десяти тысяч горожан записались в народное ополчение, тем самым позволив сформировать Сталинскую дивизию народного ополчения. Трофейного оружия, как и боеприпасов, хватало, так что вооружили эту дивизию хорошо, хватало даже трофейных орудий, правда, в основном противотанковых, но и то хлеб.

Все остальные горожане тем временем готовили укрепления вокруг города, в чём им помогли отрытые ранее немцами окопы. Также в окраинных домах устраивали огневые точки, а немного в глубине на всякий случай готовили вторую линию обороны. Одновременно с этим в городе проводили масштабную чистку от полицаев и предателей: накануне тяжёлых боёв иметь за спиной вражеских пособников никто не хотел, а в том, что бои будут тяжёлыми, никто не сомневался. Сталино связывал достаточно большой для данной местности транспортный узел, а кроме того, в ходе предстоящих боёв отсюда мог последовать неожиданный удар в спину немецким войскам, а потому они постараются непременно отбить его назад. Защитникам города надо было продержаться две-три недели, и они об этом знали: мы проинформировали жителей, что наша армия перешла в наступление и вскоре тут будут передовые части наших войск.

Убедившись, что горожане организовали оборону, и оставив в городе один полк с танковым батальоном, мы двинулись дальше – уже на Мариуполь. Теперь нам постоянно приходилось сбивать немецкие заслоны, но недостаточность сил не позволяла противнику организовать сильную оборону, и противопоставить нам крупные силы он не мог. К тому же на фронте постепенно начали распространяться панические слухи, что мы просто окружаем немецкие части, образуя гигантский котёл. То, что Краматорск и Сталино были захвачены русскими, делало эти слухи правдоподобными, а прерванная нами линия снабжения ещё больше убеждала державших фронт немцев в правдивости слухов об окружении.

В итоге фронт понемногу стал сыпаться. Боясь попасть в котёл, немцы стали отступать, и войска Ватутина – всё быстрее продвигаться вперёд. А мы под налётами немецкой авиации, которая активизировалась, видимо, получив хороший нагоняй от своего начальства, двигались дальше, попутно отбивая авианалёты, и, громя все встреченные немецкие части, упорно шли вперёд.

По дороге были ещё два немецких аэродрома, но на этот раз, к нашему большому сожалению, мы застали их пустыми. Получив предупреждение от авиаразведки, немцы своевременно улетели и даже успели вывезти наземный персонал, вот только эвакуировать склады они не успели. Снова пополнив свои запасы топлива и продовольствия, мы подожгли остальное. Правда, немного бомб-соток взяли с собой: зачем использовать свою взрывчатку, которой, кстати, не так много, если вместо неё можно использовать трофейные бомбы?

Вот так мы и дошли до Мариуполя, где застряли на четыре дня. Немцы успели согнать сюда достаточное количество войск, в том числе и с передовой, так что бой за город получился очень жарким и кровопролитным. В итоге мы потеряли здесь больше людей и техники, чем за всё время нашего рейда. Несмотря на помощь подпольщиков, благодаря которой мы знали о противнике буквально всё, нам пришлось с боем вырывать у немцев каждый дом, и даже наше тотальное превосходство в бронетехнике помогало не очень сильно. Бойцам приходилось прочёсывать каждый дом снизу доверху, да ещё учитывать возможность наличия в доме мирных жителей, хотя через тех же подпольщиков всем мирным жителям рекомендовалось прятаться в подвалах.

Расход гранат и патронов к автоматам был просто колоссальным, так как лучше их активно использовать, чем экономить и терять бойцов. Севастьянов уже составил запрос командованию на гранаты и патроны, и нам обещали ночью привезти их на транспортных самолётах, благо лететь недалеко, так что летуны вполне успеют за достаточно короткую летнюю ночь слетать по темноте к нам и вернуться к себе назад.

Оборонявшие Мариуполь немцы оказались упорными и бились до конца, пленных почти не было, но всё же мы их додавили. Трудно сопротивляться, когда бронетехника не даёт тебе высунуть нос из дома. На малейшие попытки противника использовать дома как огневые точки мы отвечали массированным огнём. Танки и бронетранспортёры огнём своих орудий и пулемётов давили в зародыше любые попытки немцев отстреливаться из окон, а в самих домах использование гранат и автоматического оружия позволяло достаточно уверенно уничтожать противника, не давая ему возможности эффективно отстреливаться.

В итоге, хоть и с потерями, впрочем, вполне терпимыми, почти не снизившими нашу боеспособность, мы додавили немцев. Зачистив город, армия встала на отдых и ремонт техники, которой в ходе боёв досталось, и теперь ремонтники, стараясь изо всех сил, ударными темпами ремонтировали технику. Пока мы никуда не собирались двигаться, а потому и собирать в Мариуполе народное ополчение не стали.

Положение на фронте стало для немцев критическим. Несмотря на то что мы просто прошлись по их тылам, а не создали кольцо окружения, захват нами Краматорска, Сталино и Мариуполя, уничтожение, пускай и на время, транспортных линий, плюс попавшие в зону нашей досягаемости склады с топливом и вооружением – всё это привело к тому, что немецкие части на фронте стали испытывать серьёзный недостаток в боеприпасах. Кроме того, активизировались наши диверсионные группы и партизаны, вследствие чего автомобильные колонны снабжения немцев постоянно попадали под удары. В итоге, по совокупности всех этих факторов, немцы начали отход, хотя вопивший из Берлина фюрер запретил им отступать даже на шаг.