Цитадель Теней - Алексо Тор

Вначале маленькая брюнетка и Харита рьяно поддерживали фурри, но вскоре девчонки разделились в предпочтениях. Харита, приняв облик весьма похожий на фурри, продолжала болеть за кагэми-фурри, а вот т'эрка, под впечатлением от мастерства Векса, переключила свою поддержку на него.

А впечатляться было чем.

Гебура выставил вертикальный блок и попытался нанести киборгу удар задней лапой в грудь. Векс уклонился. Развернувшись вокруг своей оси, он ударил белому фурри механической рукой в шею. Тот повалился на землю.

Хесед же, уловив момент, нацелился со-виа передней лапой в голову. Но удар черного фурри лишь коснулся кончиков волос темнокожего кагэми. Векс, успев присесть, ответил точным попаданием кулака в колено противника. Хесед, рявкнув, потерял равновесие и рухнул на спину.

Гебура, успевший подняться, попытался провести удар в голову синевласого правой лапой. Векс отвел удар вниз. Захватив шею фурри в тиски своих мощных рук, киборг перебросил кагэми через плечо, повалив на обе лопатки. Закончил парень точным ударом механического кулака в грудь.

Фурри не сдавались. Братья осыпали противника все новыми и новыми атаками. Однако Векс держал оборону.

По окончанию спарринга, изможденные и обессиленные, трое кагэми тяжело опустились на мягкую траву. Грудь воинов вздымалась от частого и глубокого дыхания, волосы и шерсть слиплись от пота. Еще одного раунда они, попросту, не выдержали бы.

Друзья отдыхали и восстанавливали силы, когда Харита начала меняться. Химера выронила из рук флягу с водой, предназначенную для фурри, и согнулась пополам. Трое кагэми Декен и в компании кагэми Сацуи удивленно наблюдали, как тело их подруги начало увеличиваться в размерах, одновременно покрываясь дэнэ эшекей. Вскоре над группой кагэми нависала денром в своем истинном облике, с горящими по всему телу теневыми знаками. Харита трясла рогатой головой, вырывая когтистыми лапами землю. Татуировки перестроились на теле денром, сотворив новый узор.

Ухмыляющийся Хесед поздравил Хариту со становлением кагэми-денром эрэдэ виа Халлар.

Что касается самих фурри, то братья стали чаще ходить на задания. Т'эрка волновалась за косматых кагэми, вспоминая подслушанный разговор. О самом разговоре девочка так никому ничего и не сказала. Не говорила она и о своих подозрениях по поводу шиварца. Даже со своими друзьями, она не решалась поднять эту тему. Но частое, пусть и кратковременное, отсутствие близких ей существ, спокойствия ей не добавляло. Дольше чем на сутки фурри, конечно, не покидали стен Цитадели, но не волноваться о них, малышка не могла.

В период отсутствия фурри, негласным телохранителем т'эрки стал Векс. Девочка не знала, что такого братья ему сказали или о чем попросили, но как только они скрывались в Зеркале, киборг начинал сопровождать ее, нависая могучей скалой. Первое время малышка пыталась уговорить молчаливого парня перестать везде следовать за ней, но тот не поддавался уговорам. Правда своих попыток девочка не прекращала. До тех пор, пока Гремучая Пятерка вновь не заявила о себе. Кеа, в компании своих подчиненных, подкараулил со-виа у западной стены и напал на нее. Застигнутая врасплох, юная кагэми ничего не могла сделать. Более того, она даже и забыла о со-виа, ведь теперь она была тайро самого Ансацу, который внушал страх для многих обитателей Цитадели. Но, видимо, даже его нахождение рядом с девочкой, смогло лишь на некоторое время остановить нападки Пятерки. Эта встреча для т'эрки могла пройти не лучше последней — огненный был все еще вне себя от ярости. Простить нанесенного оскорбления он так и не смог. Спасло т'эрку появление Векса. Молчаливый взор крупного представителя виа Декен заставил ретироваться кагэми Сацуи. Хотя судя по брошенному напоследок взгляду, Кеа не желал отступать от своего. С того дня маленькая брюнетка была только рада компании чернокожего кагэми. Векс легко отвечал на любые вопросы, задаваемые молодой кагэми, не смотря на разность виа. Единственное, что казалось т'эрки странным, так это полное отсутствие эмоций на лице Векса. Порой, в ее голову приходила мысль, что не только рука у парня механическая, но и разум.

Когда же и Векс покидал ее ради задания, лишь Харита оставалась с ней. Химере, после определения направленности, так же стали приходить вызовы, но много реже, нежели старшим товарищам. Когда денром впервые получила вызов, ее эмоции сменялись с той же частотой, что и обличья. Удивление, радость, испуг, предвкушение — все это отражалось на лице химеры, пока она стояла перед Зеркалом в своем истинном виде, готовая приступить к первому заданию.

Единственная, кто ни разу не получал призыва, была т'эрка. Как считала она сама, это было связанно с тем, что она никак не принимала свою сущность кагэми. Даже с учетом всех тренировок с шиварцем, количество коих увеличилось. Несмотря на то, что Ансацу покидал Цитадель чаще других ее знакомых, он всегда находил время для очередной тренировки. Каждый раз, перед или после вызова, мужчина занимался с девочкой. Зачастую бывало, что тайро попросту дожидалась возвращения Амо в башне, если занятия были прерваны очередным вызовом.

Как и в этот раз.

— Я повторяю свой вопрос, что «это» здесь делает? — мужчина стоял в дверном проеме и не сводил глаз с девочек. Или точнее, девочка чувствовала на себе его взгляд, несмотря на повязку.

— Харита не «это», — обиделась малышка. После принятия для себя факта, что этот нелюдимый мужчина, вполне, мог быть ее отцом, она не только стала более послушной на занятиях, но и увереннее в общении с ним.

— Что твоя бесформенная подружка делает в моей башне? — голос мужчины стал немного злее.

— Цветы рассматривает? — т'эрка кивнула на горшки в руках. Точнее на то, что от них осталось.

На скулах Амо заходили желваки.

Девочки одновременно сглотнули. Хоть они и не были напрямую причастны к крушению вазы, от гнева шиварца это мало могло спасти.

А получилось так, что несколько часов назад Харита пришла к подруге. Химере было скучно одной, а т'эрка ожидала возвращения наставника с очередного вызова. Чтобы как-то занять время, девочки решили потренироваться. Харита принимала различные облики, а малышка пыталась четко рассмотреть их используя нодзому. Вскоре денром вошла во вкус и преобразилась в, довольно, крупное существо. И вот тут сработало, чисто человеческое — «как слон в посудной лавке». Харита снесла с полки один из горшков, который разлетелся на черепки. Повезло еще, что он был пуст.

— Ему не повезло встретиться с вами двумя, — заметил мужчина, услышав рассказ тайро о случившемся.

Ансацу подошел к юным кагэми, провел рукой над разбитым горшком и тот восстановился.