Ненастоящий герой. Том 5 - N&K@

Глава 33

Вынужденный сражаться с двумя големами сразу, одновременно отбиваясь от шквала Водных лезвий, вождь окончательно завяз. Он вертелся изо всех сил, но не находил возможности сделать и шага в сторону противника.

Однако и Нал никак не мог его дожать. Но он хотя бы имел возможность пополнять ману зельями. Все-таки мудрость у него оставалась на том же уровне. Липун Исцеления Душ повышал лишь одну характеристику.

Наконец, умудрившись встать так, чтобы собственный голем закрыл Налланномому обзор, глава племени уклонился от одного каменного кулака, отвел в сторону второй и, пользуясь секундной передышкой, выхватил из пространственного артефакта подозрительного вида пятнистое снадобье.

Судя по подсказке системы, оно временно поднимало показатели силы и ловкости.

Вождь залпом опустошил склянку, но и Нал не тратил время зря и, предельно сосредоточившись, в очередной раз взмахнул жезлом.

Барьер.

Едва заметная полупрозрачная волна подкатилась к вождю, вот только в этот раз она прошла сквозь него, а наружу вытолкнула лишь меч!

— Это как вообще? — не понял произошедшего Травмарук.

Хапилектра тоже издала удивленную трель.

— Еще что! — надменно хмыкнул Банарв, задрав подбородок. — Ты бы видел, что он в битве с Кракеном вытворил!

— С кем с кем⁈ — не поверил своим ушам орк, а его глаза превратились в два полноводных выплеснувшихся из берегов озера.

— Смотрите! — оборвала их диалог Бешеная.

Меч, словно живой, вырвался из рук вождя и отлетел в сторону. От неожиданности рослый иллит пошатнулся и попытался удержать оружие, но это и стало его роковой ошибкой. Отвлекшись, он пропустил прямой мощный удар в торс от первого каменного голема.

Раздался скрежет смятого доспеха и хруст сломанных костей. В груди воина появилась внушительного размера вмятина, а изо рта с хрипом вырвался поток крови. Сам же он отлетел в сторону второго голема, который тут же добавил, засветив кулаком промеж лопаток.

Глава племени переломанной куклой рухнул к ногам Нала.

Он был еще жив, но без срочного лечения и мощных зелий определенно умрет еще до заката.

— Отец! — испуганно крикнул Паммаллоном и рванул к вождю.

— Секундочку. — нахмурился Банарв. — Если это его отец, а Каракатица с ним братья, то получается…

Гнетущая тишина поглотила ряды зрителей, наблюдавших за исходом сражения. Определенно не такого исхода они ожидали перед началом поединка. Неужели давно проданный в рабство минсак и правда выйдет победителем?

— Сдавайся. — тяжело дыша, произнес Налланномом, приставив жезл к горлу поверженного противника. Кровь сочилась у него из множества открытых ран, но думал он, как всегда, не о себе. — Сдавайся, и я обещаю, что спасу тебе жизнь!

— Минсак… — злобно сверкая глазами, прохрипел вождь. — Пам, убей всех чужа…

Договорить он не сумел, потому что с яркой синей вспышкой Водное лезвие отрезало ему голову. Это был единственный способ остановить кровопролитие, и Нал пошел на него, скрепя сердце. Пожертвовать одним, чтобы спасти многих.

Даже если этот один — твой собственный отец.

— По праву Сиилтонты и по нашим законам, я — новый вождь племени! — во весь голос заявил Налланномом, подняв над головой жезл. И пусть по щекам его текли слезы, но это отнюдь не умаляло его величия. А может и наоборот добавляло образу особого рыцарского достоинства. — Приказываю всем сложить оружие! Сейчас же!

Один за другим жители острова бросали на песок мечи, сабли, посохи и другие средства ведения боя. Молча они опускались на колени и склоняли головы перед новым правителем. Традиции веками передавались от отца к сыну, и теперь никто не смел оспорить результат поединка.

Включая Паммаллонома.

Сделав еще пару шагов, тот бросил последний взгляд на обезглавленного вождя и преклонился перед родным братом, которого еще утром надменно высмеивал.

Нал же смотрел отнюдь не на соплеменников. Не отрывая взгляда, он следил за лидером собственной спаты. И в глазах его застыла немая просьба.

— Рад? — с надеждой в голосе спросила Бешеная.

— Освободить наших. — чуть помолчав, приказал маркиз, слезая с камня. — Банарв, посмотри, что у них интересного в сокровищнице. Местных, если не сопротивляются, не трогать.

Услышав последнюю фразу, Налланномом с благодарностью кивнул и без сил рухнул на колени. К нему тут же подбежали две молодые иллитки, чтобы обработать раны. Среди расы прирожденных пиратов определенно должно хватать умельцев врачевания.

Бешеная, раздосадовано цыкнув, с размаху загнала ножи в ножны и ушла с Банарвом в надежде, что кто-нибудь осмелится сопротивляться. Ксинс сняла оковы с Травмарука и Хапилектры и сопроводила их на корабль. Те пытались ее о чем-то расспрашивать, но дроу отвечала односложно, и им ничего не оставалось, кроме как дождаться возвращения дварфа.

А Радремон медленно подошел к так и оставшемуся возле тела отца Налу. Под давящим взглядом маркиза молодые иллитки, как раз закончившие бинтовать нового вождя, испарились, словно туман поутру, оставив членов спаты наедине. И даже приливные волны почтительно отступили, не смея тревожить могущественного темного мага.

— Спасибо. — подняв голову, проронил иллит. — Спасибо, что сохранил им жизни.

— Они унижали тебя, насмехались, не ставили ни во что, продали в рабство! А ты рисковал собой, чтобы их спасти. — фор Корстед поднял с земли меч бывшего предводителя и принялся вертеть тот в руках. Артефактный. Редкого качества. — Неужели не хочешь отомстить?

— Я уже отомстил. — грустно улыбнулся Налланномом, бросив взгляд на мертвого родителя. — Хоть и не хотел…

— Какой же ты все-таки…

— Я знаю. — перебил его Нал, протянув руку. Радремон подставил ладонь и иллит поднялся на ноги, опершись об нее. — Но по-другому не могу.

Маркиз снисходительно хмыкнул. Скорей всего, Налланномом — единственный на всем Миткаласе, кто умудрился сохранить чистую душу, живя в этом дерьмовом мире. Он даже переступил через собственные принципы ради защиты тех, кто призирал его с самого рождения. И это решение явно далось ему с