Ненастоящий герой. Том 5 - N&K@

— Потому что это невозможно. — ответил ему стоявший не так уж и далеко Травмарук.

— Как это невозможно? — удивился дварф. — Сиятельство, вон, швыряет.

— Швыряет⁈ — пораженно переспросил орк. — С каких пор?

— Да у босса козырных карт — полня колода! — хохотнула Бешеная, не отрывая возбужденного взгляда от поединка. — И каждая вторая — туз. С ним по-честному не сыграешь.

Тем временем бой продолжался, и Нал уже выглядел весьма плачевно. Его тело покрывали с пару десятков кровоточащих рубцов, а одно щупальце держалось лишь на шматке кожи и грозилось вот-вот оторваться. Здоровья осталось меньше четверти. Сам же он пока что не сумел ни разу достать своего противника.

— Что делать будем, Сиятельство? — с трудом сдерживая волнение, спросил Банарв.

— Пока ничего. — Радремон спокойно откинулся на замшелом булыжнике, приняв позу поудобнее. — Эй, девчонка, поднос мне отдай! — крикнул он проходившей мимо иллитке, и настолько властным был его голос, что та безропотно рассталась со своей ношей, предназначавшейся кому-то из важных шишек племени. — Сидим, смотрим представление. Виноград будешь?

Маркиз действительно ни секунды не волновался. Но не потому, что безоговорочно верил в победу Нала — все-таки тот не был бойцом и в спате отвечал за поддержку — а потому, что неподалеку стояла Ксинс, готовая по первому сигналу вмешаться в поединок.

Будь то Сиилтонта или еще какая абракадабра, фор Корстед плевать хотел на условности и не планировал так просто отдавать с трудом взращенного соратника. А для своей магии первых жертв он уже давно выбрал. Едва Налланномм наиграется, как деревня утонет в синей иллитской крови!

Израненный Нал лежал на песке, а к нему медленно приближался торжествующий вождь. Его сомкнутые магией уста искажала гримаса брезгливости и почему-то разочарования. Может минсак и сумел поднять несколько рангов, но выученные им заклинания силой не блистали. В племени ценили исключительно боевые чары.

Толпа кричала и улюлюкала, поддерживая своего лидера. Одна часть скандировала его имя, а другая призывала немедленно прикончить зарвавшегося выскочку.

Банарв откровенно нервничал, нетерпеливо ожидая команду действовать.

Бешеная плотоядно скалилась, предвкушая резню.

Ксинс держала ладонь на пространственном кольце готовая в любой момент выхватить лук и отправить в полет парочку стрел.

Все зависело от решения Радремона.

Но тот медлил.

Он лучше всех знал Налланномома, проведя с ним вместе немало времени. Но, в то же время, и Нал, наблюдая за лидером, многому у него научился. В частности, способам ведения боя. И пусть фор Корстед не понимал, каким именно образом Налланномом планирует переломить ход схватки, но общую канву задумки он видел отчетливо.

— Что ж, посмотрим. — с улыбкой проронил Радремон, беспечно закинув руки за голову.

Вождь стоял над истекающим кровью противником. Он открыл было рот, чтобы что-то произнести, но Молчанка продолжала действовать, и рослый иллит лишь презрительно плюнул в лицо неприятеля.

Он занес меч.

Крики членов племени достигли своего пика, заглушив даже плеск волн и шум ветра.

Нал не шевелился.

Расставив ноги чуть пошире и приняв непоколебимую устойчивую позу, вождь с силой опустил оружие, намереваясь разом снести магу голову. Однако вместо звука разрезаемой плоти раздался оглушительный лязг, а фонтан крови сменил сноп искр, веером разлетевшийся во все стороны.

Из песка, бесстрашно схватив меч за лезвие, вырвалась серая каменная рука, а следом появилась и остальная собранная из булыжников фигура. Ростом та немного уступала синекожему воину, но зато в ширину превосходила даже самых мускулистых орков.

Бесновавшиеся до сего момента иллиты разом замолчали, и тихий голос Ксинс донесся до ушей каждого, способного понять общий язык:

— Каменный голем.

— Так вот что он зубрил чуть ли не от самой Гатонды! — с облегчением вздохнул Банарв, опуская молот. — Ничего себе замашки у Каракатицы.

Тем временем вождь сумел с помощью навыка освободить оружие из лап наколдованного прислужника. Он попытался вновь достать Нала, но был в очередной раз отброшен Барьером. А швырнуть алую дугу ему помешал поспешивший следом голем.

Завязалась драка с каменюкой.

Налланном же медленно поднялся на ноги. Его тело окутало золотистое сияние Продвинутого возложения рук. Оно восстановило большую часть здоровья и временно перекрыло эффект кровотечения. И пусть Налу не удалось обезоружить противника, но у него имелся и другой способ одержать победу.

В его руке появился Липун Исцеления Души.

С этого момента Радремон уже больше не сомневался в победе соратника.

За несколько ударов вождь понял, что быстро голема не разрушить. Его выпады оставляли глубокие борозды на теле прислужника, но не похоже, чтобы тот от подобного сильно страдал. Но зато иллит определенно имел преимущество в скорости. А потому, проскочив под каменным кулаком, он отпрыгнул в сторону и резким взмахом отправил в Нала кроваво-красный серп.

Тот столкнулся в воздухе с Водным лезвием. Но в этот раз развеялся уже боевой навык, а заклинание, потеряв часть силы, продолжило свой полет.

Налланномом с рождения обладал внушительным показателем интеллекта. Но, использовав Липун, он и вовсе достиг высот, недоступных соплеменникам. И пусть до фор Корстеда с его дарованными системой параметрами иллиту никогда не добраться, но среди остальных Нал шагнул на совершенно иную высоту.

Тем не менее вождь умудрялся не только противостоять голему и отбиваться от Водных лезвий, он так же медленно продвигался к противнику, все еще намереваясь повергнуть того в ближнем бою. Его меч сверкал различными навыками, а внимательный взгляд сощуренных глаз не упускал ни единой возможности.

Однако ситуация резко изменилась, когда Налланномом призвал второго голема!

И тот выглядел даже еще сильнее первого.

Теперь фор Корстед понял, зачем в Киолае иллит просил у него эссенцию жидкого пламени. И почему столько времени проводил в горах. Нал не только самостоятельно изучил сложное заклинание, но и улучшил его до второй ступени, после чего тренировался использовать.

В битве с Кракеном блеснуть чарами ему не удалось, но теперь Осьминожка показал себя во всей красе!