100 великих тайн Третьего рейха - Василий Веденеев

Пресловутые сверхсекретные «виндзорские протоколы», о которых снято немало приключенческих фильмов и написано романов, могли существовать в действительности. Якобы по этим соглашениям Эдуард Виндзор соглашался стать новым английским королём в случае оккупации немцами Великобритании. Или заключить с ними мир на определённых Германией условиях, если нацисты вернут ему престол.

Когда началась Вторая мировая война, герцогу Виндзорскому присвоили звание генерал-майора британской армии и направили его офицером связи во французский Генеральный штаб. В этот период Эдуард фактически подтвердил свою тесную связь с нацистами — он открыто встречался с их представителями и передавал им важные военные сведения. В частности, британский герцог-генерал сообщил немцам, что англичане не станут защищать Бельгию.

Для немцев это сообщение стало неоценимым подарком. Нацисты помнили о «плане Шлиффена», хорошо обкатанном в Первую мировую войну — удар по Бельгии и Голландии, заявлявшим о своём нейтралитете, и обход французов, надеявшихся на свою «линию Мажино». Так и произошло. Вскоре Париж пал. Видимо, во многом благодаря и герцогу Виндзору.

Сам Эдуард, вместе с Уоллис, после оккупации нацистами Франции перебрался в Испанию. Но там правил генерал Франко, и герцог буквально метнулся через границу в «нейтральную» Португалию, где тоже царил профашистский режим. Там он публично резко выступал против английского правительства и продолжал поддерживать отношения с немцами. В июле 1940 года супруги Виндзор просили гестапо дать их служанке паспорт для поездки в Париж за постельным бельём и столовым серебром, оставшимися на квартире герцога. Немцы разрешили.

Сэр Уинстон Черчилль, взбешённый и крайне озабоченный таким поведением экс-короля Эдуарда, предложил ему в связи со сложившимися обстоятельствами немедленно вернуться на Острова: во время войны стало не до прежних запретов. Премьер-министр выслал за герцогом специальный гидросамолёт. Но Виндзор решил не возвращаться: он боялся бывших собственных подданных больше, чем нацистов.

Немцы умело нагнетали обстановку, преследуя собственные интересы. Властвовавший в Португалии режим Салазара постоянно следил за Эдуардом, а окружавшие его немецкие агенты старались уверить экс-короля, что если бы он остался на троне, то в Европе по-прежнему царили мир и спокойствие. Теперь же ужасающие бомбардировки Англии должны склонить её к миру с Германией и, возможно, тогда для Эдуарда всё счастливо переменится?

Активность спецслужб нацистов настолько возросла, что герцог стал откровенно бояться своих «друзей». Как выяснилось впоследствии, совсем не напрасно — Берлин уже детально разработал план секретной операции, по которому герцога Виндзора намеревались заманить на охоту в местность рядом с границей с Испанией, там силой захватить и тайно доставить в Мадрид. Оттуда ему лежала прямая дорога в Берлин, где Виндзора наверняка собирались поставить перед выбором: жизнь по указке Гитлера или смерть.

Английское правительство, чтобы хоть как-то поскорее развязать обстановку, предложило Эдуарду стать губернатором Багамских островов: разведка постоянно доносила о крайне подозрительной возне вокруг Виндзора. Но герцог, как назло, тянул с отплытием и всё никак не мог решиться, на чью сторону встать — открыто признать себя явным сторонником «нового порядка» или пытаться продолжать «сохранять лицо»? Наконец, он всё-таки решился и уплыл из Португалии на Багамы, к немалому облегчению британцев и большой досаде немцев.

После поражения Германии англичане предприняли экстраординарные меры, чтобы быстро и надёжно уничтожить все следы сотрудничества герцога Эдуарда с немцами. В замок Кронберг в Германии, где хранились архивные документы рейха, имевшие государственное и историческое значение, срочно прибыл агент «Интеллидженс сервис» Энтони Блант, ранее успешно перевербованный ГУГБ НКВД СССР. Официально он искал письма английской королевы Виктории, но истинной причиной являлось полное изъятие из немецких архивов любого компромата на Виндзора. Все правительственные документы и архивные трофейные материалы тщательно обрабатывались сотрудниками британских спецслужб, которые старательно убирали любые упоминания об истинном лице экс-короля. Но в середине 50-х годов XX века некоторые сведения из немецких военных архивов всё же просочились в печать, и это доставило немало неприятностей Букингемскому дворцу, который старательно делал хорошую мину при плохой игре и пытался обелить члена династии Виндзоров. Впрочем, в этой истории осталось немало «белых пятен» и неразгаданных тайн. Ведь те же пресловутые «виндзорские протоколы» так и не обнаружены. Если они вдруг «всплывут», их опубликование окажется не хуже взрыва атомной бомбы.

Кстати, госпожа Симпсон отплатила за всё Эдуарду Виндзору чёрной неблагодарностью и супружеской изменой — на протяжении ряда лет она, открыто обманывая мужа, сожительствовала с богатым американцем Джимми Донэхью, который имел давнюю скандальную славу алкоголика и гомосексуалиста. Поэтому не исключено, что пресловутое «Шанхайское досье» — совсем не дезинформирующий компромат.

В начале пятидесятых годов супруги Виндзоры тайно побывали в Англии — в ходе секретного визита герцог встречался с Черчиллем и просил назначения на какой-нибудь высокий государственный пост. Он поднимал вопрос об официальном признании его супруги. Однако, как и раньше, получил вежливый, но твёрдый отказ на все свои просьбы. Британия ничего не забыла!

Характерно, что позже чета Виндзоров отправилась с визитом в Германию, где имела большой успех. Немцы тоже ничего не забыли!

Протокол Хоссбаха

Обычно этот документ считают относящимся к 10 ноября 1937 года, поскольку на нём проставлена именно эта дата. Впервые его огласили на заседании Международного военного трибунала в Нюрнберге 24 ноября 1945 года. Однако, как позднее удалось установить, секретное совещание, на котором выступал Гитлер, состоялось в рейхсканцелярии 5 ноября 1937 года. То есть на пять дней раньше официально проставленной даты. Почему время проведения совещания сместили на пять дней, так и осталось тайной. Учитывая немецкую пунктуальность и педантичность, наверняка потребовалось личное распоряжение рейхсканцлера на изменение даты — в рейхе ничего не делалось без приказа.

В тот день, 5 ноября, на секретном совещании в рейхсканцелярии присутствовали сам Адольф Гитлер, военный министр фельдмаршал фон Бломберг, командующий сухопутными войсками генерал-полковник барон фон Фрич, командующий военно-морским флотом адмирал Редер, командующий люфтваффе генерал-полковник Геринг, министр иностранных дел барон фон Нейрат и полковник Хоссбах, который вёл протокол заседания, получившего, как кодовое наименование, имя протоколиста.

Открыл совещание сам фюрер. Охарактеризовав с собственной точки зрения складывающееся международное положение, а также кратко проанализировав расстановку сил, Адольф Гитлер прямо заявил присутствующим, что аншлюс Австрии, который ранее им запланирован, практически уже является делом решённым.

Второе, что его интересовало — захват и аннексия Чехословакии. Там оружейная кузница Европы, где производится масса стрелкового оружия, прекрасно оснащённые автомобильные заводы «Шкода» и обувные предприятия Бати, поставлявшие продукцию в половину стран мира. Немецкая армия может там сразу получить оружие, множество автомашин, одежду и обувь. В горах Чехии масса полезных ископаемых.

— Будущее Германии полностью зависит от удовлетворения её нужды в новых территориях, — заявил фюрер. — Это невозможно без подавления противодействия, и проблема в том, чтобы достичь наибольшего пространства наименьшей ценой.

Далее Гитлер предложил присутствовавшим на секретном совещании высшим военачальникам рейха сразу же определить сроки и способы применения военной силы при решении поставленных задач. В ходе совещания, развивая свою мысль, рейхсканцлер сказал:

— Вряд ли я долго проживу. Проблемы жизненного пространства необходимо решить по возможности ещё при моей жизни. Будущие поколения этого не сделают. В случае моей смерти в интересах долгосрочной германской политики я прошу рассматривать это выступление как мою последнюю волю и политическое завещание.

Присутствовавшие некоторое время потрясённо молчали, однако фюрер собрал их не за тем, чтобы они делали вид, что набрали в рот воды. Пришлось высказываться. Герман Геринг полностью поддержал Гитлера и выразил готовность выполнять поставленные перед военно-воздушными силами задачи. Иного выступления от него и не стоило ожидать.

Настроение Гитлеру испортил военный министр — фельдмаршал фон Бломберг, которого в офицерских кругах прозвали «Дутый лев». Он напомнил, что ещё в конце июня 1937 года подготовил для фюрера подробный доклад, в котором говорилось: согласно анализу международной обстановки, Германии в ближайшем будущем не грозит нападение с чьей-либо стороны. Западные державы, — в первую очередь Англия и Франция, — совершенно не склонны к агрессии и, самое главное, никто из них в настоящее время не готов к ведению длительных военных действий с применением современной боевой техники. Не готова к военным действиям и Россия. Фон Бломберг повторил основные положения своего доклада, и его решительно поддержал генерал-полковник барон фон Фрич, командующий сухопутными войсками.