Земля под ногами. Из истории заселения и освоения Эрец Исраэль. С начала девятнадцатого века до конца Первой мировой войны - Феликс Кандель

Лишившись пособия‚ экронцы продали скот и сельскохозяйственные орудия‚ чтобы прокормить семьи; через несколько месяцев они не выдержали‚ возобновили работы‚ а барон вновь стал им помогать. /В сезон "шмиты" 1902–1903 годов ашкеназские раввины Иерусалима запретили сельскохозяйственные работы‚ раввины Тверии разрешили – ради выполнения заповеди заселения Эрец Исраэль./

***

В 1891 году барон Мориц Гирш‚ еврейский банкир из Парижа и щедрый филантроп‚ купил в Аргентине гигантские участки земли‚ чтобы создать для российских евреев "новое отечество‚ отвлечь их от обычного занятия – торговли и‚ превратив в земледельцев‚ постепенно содействовать этим делу возрождения еврейского народа". Было учреждено акционерное Еврейское колонизационное общество /ЕКО/‚ которому Гирш пожертвовал гигантскую сумму – два миллиона фунтов стерлингов. ЕКО обязалось за ближайшие двадцать пять лет вывезти из Российской империи три миллиона евреев‚ превратив их в земледельцев в разных странах Америки.

Однако действительность оказалась иной. За первые несколько лет в Аргентину переехало не более семи тысяч человек‚ и эмиграция на этом практически прекратилась. После смерти барона Гирша переселение в Аргентину отошло на второй план; ЕКО вкладывало средства в развитие ремесел и земледелия среди российских евреев‚ оказывало финансовую помощь поселенцам на этой земле‚ в 1901–1902 годах основало в Нижней Галилее Явнеэль‚ Месху /Кфар–Тавор/‚ а также Менахемию – первое еврейское поселение в долине реки Иордан. Поселения на этой земле‚ основанные на деньги барона Гирша‚ стоят по сей день‚ а в аргентинских поселках к середине двадцатого века оставалось незначительное количество евреев. 

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Иерусалим конца девятнадцатого века. Образ жизни еврейского населения. Строительство железной дороги Яффа–Иерусалим. Яффа – "врата Сиона".

1

К началу двадцатого века еврейское население на этой земле насчитывало пятьдесят–шестьдесят тысяч человек. Из них пять с половиной тысяч жили в сельскохозяйственных поселениях‚ созданных за последние два десятилетия; их основными промыслами были цитрусовые‚ виноградарство‚ зерновые культуры‚ разведение масличных деревьев. В Иерусалиме жили тридцать пять тысяч евреев‚ что составляло примерно две трети населения города.

Стороннего наблюдателя поражал вид Иерусалима‚ смешение Востока и Запада в его архитектуре‚ одеждах‚ обычаях‚ разнообразие человеческих типов на его улицах: "Арабы–феллахи‚ турецкие солдаты в потрепанных мундирах‚ чиновники в европейских одеждах с красными фесками на голове‚ местные женщины в белых или цветных платьях до пят‚ полностью скрывающих фигуру‚ священники в длинных черных рясах со шляпами разных фасонов‚ евреи–ашкеназы в кафтанах‚ жены арабских крестьян в синих платьях и белых платках на голове до самых глаз‚ бедуины с кинжалами и старинными пистолетами за поясом‚ черкесы – высокорослые и угрюмые‚ цыгане‚ итальянцы‚ французы – мужчины и женщины всех наций‚ сект и религий‚ прокладывающие себе дорогу на узких улочках Иерусалима".

Иерусалим разросся. Появились улицы‚ застроенные по европейскому образцу вне стен Старого города‚ выросли многоэтажные здания‚ открылись банки и крупные магазины; были проложены дороги из Иерусалима в Шхем и Иерихон‚ регулярно ходили дилижансы в Яффу и поезда по железной дороге. Именитые гости и богатые туристы останавливались в современной гостинице‚ которую содержала семья Камениц в центре города; там устраивали свадьбы‚ бар–мицвы‚ прочие семейные торжества; на традиционный "седер" праздника Песах собирались в гостинице до пятисот человек. К Стене Плача почти вплотную примыкали арабские дома‚ оставляя узкий проход для молящихся; барон Э.Ротшильд – по свидетельству современника – "пришел в ужас‚ увидев‚ в каком состоянии находится то‚ что осталось от нашей святыни‚ и решил приобрести ее любой ценой". Ротшильд предложил выстроить для арабов жилые дома в другом месте и снести старые постройки‚ чтобы пространство перед Стеной Плача стало собственностью еврейской общины‚ – но из этого ничего не вышло.

В 1898 году Иерусалим посетил кайзер Германии Вильгельм II. Турецкий султан стремился укрепить связи между двумя странами‚ а потому кайзеру была оказана высокая честь: замостили городские улицы‚ расставили на них фонари‚ засыпали крепостной ров возле Яффских ворот‚ проделали брешь в стене‚ чтобы кайзер мог проехать в карете в Старый город. В 1902 году на выезде из города‚ по дороге в Яффу‚ торжественно открыли еврейскую больницу "Шаарей Цедек" – "Врата справедливости". Деньги на строительство собрали евреи Германии; доктор Моше Валах стал первым ее директором‚ пробыл в этой должности почти пятьдесят лет‚ и в обиходе это лечебное заведение называли "больницей Валаха". К началу двадцатого века заложили в Иерусалиме фундамент здания еврейской библиотеки; врач Йосеф Хазанович переслал из Белостока собрание современных и старинных книг‚ которые составили основу будущей Национальной библиотеки. /В 1906 году‚ во время погрома‚ в квартире Хазановича в Белостоке чудом сохранились книги и старинные рукописи‚ предназначенные для отправки в Иерусалим. В тот же день погромщики уничтожили в Белостоке огромный архив раввина Ш.Могилёвера./

В Иерусалиме появились банкиры‚ промышленники‚ журналисты‚ адвокаты‚ врачи‚ но основное еврейское население города составляли мелкие торговцы‚ ремесленники‚ учащиеся иешив. В городе существовали разные общины евреев – выходцев из Испании‚ Персии‚ Грузии‚ Марокко‚ Бухары‚ Курдистана‚ прочих стран мира. Община евреев–ашкеназов делилась на землячества – выходцев из того или иного города России‚ Германии‚ Австро–Венгрии‚ Румынии. Российские евреи основали шестнадцать землячеств бывших жителей Вильны‚ Минска‚ Пинска‚ Варшавы и других городов. В каждом городе собирали пожертвования и посылали в Иерусалим своим землякам; эти деньги делились поровну на каждого‚ вплоть до новорожденного младенца‚ – лишь раввины и самые благочестивые люди получали увеличенную долю. Ежемесячные пособия были неодинаковыми в разных землячествах – в зависимости от щедрости благотворителей в их городах; это влияло на уровень жизни иерусалимских евреев‚ а потому при заключении браков непременно обращали внимание на принадлежность жениха к тому или иному землячеству. У сефардов распределение происходило иным способом: помощь получали лишь раввины и ученые‚ а остальные зарабатывали на пропитание всевозможными способами.

Старожил Иерусалима вспоминал: "Среди ремесленников преобладали портные и сапожники‚ столяры‚ жестянщики и ювелиры‚ а также пекари‚ мукомолы‚ часовщики. Торговцы‚ как правило‚ привозили товары из Бейрута‚ но некоторые получали их прямо из Европы. Крупный иерусалимский торговец Цви Зеэв Марк привозил часы из Гамбурга‚ и в каждой порядочной семье существовал обычай: после помолвки невеста посылала в дар жениху часы из этого магазина. Из Голландии везли селедку‚ из России – муку‚ крупу‚ изделия из стекла‚ из Франции – картофель‚ сахар–рафинад‚ кожу для изготовления обуви‚ из Австрии везли бумагу‚ изделия из керамики‚ из Турции – рыбу‚ орехи и миндаль‚ халву и восточные сладости. Немецкие купцы привозили из Германии табак и пачки курительной бумаги‚ на обложках которых был напечатан текст немецкой народной песни. Яаков Герценштейн из Одессы выпустил в продажу курительную бумагу‚ на обложке которой можно было прочитать стихотворение Нафтали Герца Имбера "Мишмар га–Ярден".

Мелкие иерусалимские торговцы отправлялись в Яффу‚ закупали бакалейные товары у арабов–оптовиков и на ослах везли обратно. На пути стояли сборщики дорожных налогов: собранные деньги предназначались на содержание городской больницы. За каждого осла полагалось заплатить половину груша‚ за лошадь груш‚ за верблюда полтора груша‚ за повозку‚ которую везли две лошади‚ двенадцать грушей‚ за повозку с тремя лошадьми – пятнадцать грушей; если по дороге прогоняли мелкий домашний скот‚ за каждую козу или овцу платили восьмую часть груша" /один груш – примерно пять копеек в пересчете на российские деньги того времени/.

Жил в Иерусалиме сапожник рабби Нисан‚ который в свободное время обучал сапожников Торе; жил портной рабби Шломо – по субботам‚ после обеда‚ он собирал детей в синагоге‚ раздавал им сладости‚ а они вслух читали псалмы Давида; жил столяр рабби Шмуэль – в его дом сходились на молитву друзья‚ а на исходе субботы они пели и танцевали до глубокой ночи.

Образ жизни евреев Старого города практически не менялся в поколениях. К празднику Песах начинали готовиться за много недель до этого. Скребли полы‚ отмывали двери‚ окна‚ шкафы и прочую мебель. Все тарелки тщательно мыли. Медную посуду начищали до зеркального блеска‚ а затем заворачивали в покрывало‚ чтобы блеск не потускнел к празднику. Постельное белье выносили наружу и проветривали на солнце. Одежду вычищали щетками‚ выворачивая карманы‚ в которых могли заваляться хлебные крошки. По этой же причине непременно вскрывали перины и подушки; сложный процесс стирки‚ сушки и набивки перин был долгим и трудоемким‚ но хозяйки старались вовсю. На Песах в Старом городе заново белили дома‚ красили лестницы‚ кухни‚ ванные комнаты. Бывало‚ что владельцы домов‚ предназначенных на съём‚ включали в договор особый пункт‚ обязывающий жильца белить дом перед праздником Песах.