Ничейная пешка (СИ) - Грачёв Павел Сергеевич

Когда дверь закрылась, женщина созналась, что просто тщательнее следит за собой по сравнению с товарками. Может из-за воспитания, может из-за столпа воды, но она соблюдает гигиену, поэтому от неё не воняет тухлой рыбой. Ещё в начале карьеры клиенты заметили, что она свежа и чиста как лесной ручей. Так её и прозвали ручей, ручеёк, Ручейка.

*

Соу всё-таки выяснил, что провалялся в отключке всего-то пол часа, так что теперь он сидел и пытался придумать, как можно помочь этой женщине и её дочке. Вариант — оторвать бандитам головы или, на крайний случай, сдать их городской страже, Найя сразу отвергла — для них это смертный приговор. Помочь ей выкупиться — было уже более разумно. Но если у неё вдруг появится целый золотой, у Червя могут возникнуть ненужные вопросы, и он от неё не отстанет. Так что, она попросила ничего такого не делать, а просто приходить несколько раз в неделю под видом постоянного клиента. Этого вполне достаточно.

— А почему ты подумала, что я работаю на бандитов…и чего ты вообще испугалась? Грон говорил, вы вовремя платите дань. — Соу сжал и разжал кулак. Рука ещё сильно болела, но уже было ясно, что ничего страшного не случилось.

— Не в этом дело. — Женщина отрицательно покачала головой. — Крысиная дань платится только с профессионального прибытка. Если карманник не ворует, попрошайка не побирается, лавочник не торгует, а у шлюхи нет клиентов, — они не обязаны ничего платить. Таков закон крыс. — Найя с тоской вздохнула, и погладила уснувшую на коленях девочку. — Но мы с Одноручкой не хотим проблем, поэтому регулярно платим…Червю это не нравится, почему-то…Но, дело не в этом. Сольди уже девять, и Червь рассчитывает, что она скоро пойдёт по моим стопам, никуда не денется. Молодая девственница с настоящим столпом товар редкий, экзотический…и очень дорогой. — Мать обняла дочку и тихо заплакала. — Это моя вина, прости меня, Соленька…

Соу дал женщине выплкаться и только потом продолжил задавать вопросы.

— А причём здесь староимперский алфавит? Если Червь уже знает, что у Сольди пробудился столп, какой смысл что-то скрывать? — Соу действительно запутался и не понимал, в чём основная проблема — кому надо открутить голову?

— Он не знает, что я начала учить её магии и планирую отправить в академию. Иначе он заберёт мою девочку…Прости меня…Я так мало времени уделяла тебе. Из-за меня твой столп пробудился слишком поздно, — слёзы снова покатились по щекам Найи, — он такой слабенький, а ведь тебе уже девять… — Женщина вытерла лицо платком и посмотрела на Соу. — Её возьмут в академию, они берут всех, я точно знаю. Но через год ей придётся сдавать переводной экзамен… Вот я и пытаюсь…чтоб был хоть какой-то шанс, но… — Найя уже не смогла сдерживать рыдания. — Если бы я больше с ней занималась…

Девочка проснулась и начала успокаивать мать. Видимо это было уже не первый раз. Сольди налила кружку и дала её Найе. Пока женщина пила мелкими глотками воду, ребёнок нежно гладила её по голове.

— У неё всё получится — я уверен! — Это были не пустые слова. Умная, смелая, самостоятельная. Со своей стороны, Соу намеревался сделать всё, чтобы Сольди и такие же как она получили возможность занять достойное место в этом мире. — За Червя не беспокойся. Я обещаю, что, если он хоть пальцем её тронет, я его раздавлю как червяка. — Каламбур получился дурацким, но Найя улыбнулась сквозь слёзы.

— Спасибо. — Женщина не знала, почему этот магистр хочет ей помочь, но на душе стало гораздо спокойней и уверенней.

— Найя, я хотел уточнить. Магия у ребёнка либо есть, либо её нет. Это так?

— Так. — Женщина, обняла своё дитя. Свою гордость, свою радость, надежду и смысл своего существования.

— И чтобы стать сильнее маги с самого рождения специально тренируются и развивают её? — Соу почувствовал, как в его голове щёлкнул затвор.

— Да. — Найя ещё крепче обняла Сольди, будто пытаясь этим искупить вину.

— И если с ребёнком заниматься с раннего детства, то его сила проявится гораздо раньше? — Патрон в патроннике.

— Да, это уже точно подтверждено. — Найя стало даже интересно, зачем магистр спрашивает у неё такие очевидные вещи и при этом так радуется ответам.

— Так может магическая сила есть у всех, просто не со всеми в детстве…

Женщина не дала ему договорить. Закрыв рот рукой она безуспешно пыталась сдержать смех.

— Нет, она либо есть, либо её нет. — Найя искренне смеялась над странным магом, поэтому не заметила ужас, боль и отчаяние с каким он смотрел на неё. — Даже не у всех магистров дети обладают первым столпом, а у всех людей вообще… — Ручейка с одной стороны осознавала, что перед ней сидит могущественный маг, а с другой, это предположение было настолько смешным и абсурдным… — Соу, ты просто невероятен. Ты сильнее всех магов, что я встречала, но при этом ты ведёшь себя…как человек. — Женщина замолчала, и внимательно посмотрела на магистра. Соу уже поборол эмоции. Ничего кроме глубокой задумчивости, его лицо сейчас не выражало. — Ты даже бровью не повёл, когда я тебя назвала человеком! Если бы я не видела, то ни за что не поверила бы…Да я и сейчас не могу до конца поверить.

Николай сидел и тоже не мог поверить в происходящее. Даже Найя, столкнувшаяся с правдой, не видит очевиднейших вещей, и с маниакальным упорством продолжает заниматься самообманом. Ну что ж, он готов притвориться, что принял законы этого мира, но только для того, чтобы в один прекрасный момент сломать их об колено.

Глава 21. Меч, магия и лом

— Если всё как вы говорите, магистр, я сам буду доплачивать ему за наши занятия. — Влад Аттон сжал эфес рапиры и хищно оскалился в предвкушении хорошей драки. Небритый, темноволосый, слегка седеющий мужчина неопределённого возраста, среднего роста в поношенном камзоле… Граф Аттон больше напоминал капитана наёмников или главаря бандитов (что в целом одно и тоже), чем доблестного полковника керрийской гвардии. — Со всем уважением, магистр. — Слегка склонив голову он коснулся пальцами края широкополой шляпы.

— Тэй’Аттон. Я ещё раз повторяю, его руна уникальна. Вы не сможете пробить ауру магистра Бесстрашного за пять минут. Зачем это ребячество?

— Со всем уважением, магистр Фетлир. Это не ребячество. — мужчина поскрёб подбородок и сплюнул на песок полигона факультета боевой магии. — Поверьте, Давлин, то есть тэй’Майриз, уже рассказал мне о его тренировках в Ларха. Я прекрасно осведомлён о талантах и способностях магистра Бесстрашного… — маг и человек ненадолго замолчали, думая каждый о своём. — Могу я задать вопрос, магистр Фетлир? Раньше вы не хотели, чтобы он тратил время на “игрушки”. Со всем уважением, что изменилось?

— Магистр Бесстрашный настаивает, что эти тренировки ему необходимы. У меня нет основания ставить под сомнения его слова… — Со стороны это звучало как отговорка, но магистр Фетлир сказал именно то, что думал. — Тэй’Аттон, я признаю, что магистр Бесстрашный держит меч даже хуже меня, но тэй’Майриз наблюдал за его тренировками, когда он ещё…

— А вот и он, со всем уважением… — Мужчина прервал магистра и указал на приближающихся магов.

*

Мирая водила Соу к специалисту по элементалистике, чтобы узнать наконец, что он такое создаёт последние дни. Это оказалась Виктория — сверхтяжёлый элемент, открытый магистрами-близнецами Кевином и Юргеном Данн и названный ими в честь младшей сестры. С тех пор прошло полтора века, но практического применения он так и не получил.

Магистр Ольсет Коваль поначалу с недоверием отнёсся к заявлению Мираи, что это сверхтяжёлый элемент, созданный не в лабораторных условиях, да ещё и одним магом. Однако стоило Соу продемонстрировать его, как бывший скептик забегал по аудитории с разными непонятными устройствами, костеря при этом лаборантов за то, что те не подготовили нужные приборы заранее. К пятой минуте, когда уже было замерено всё что можно, магистр Коваль смотрел на Соу со вселенским обожанием. Узнав, что завтра магистр Бесстрашный сможет повторить это чудо, Ольсет едва не заплакал от счастья. Чтобы не травмировать учёного, Бесстрашный не стал рассказывать, что утром уже создал один в храме Аллиды.