Мы раскрываем убийства - Ричард Томас Осман

— Я знаю, — отвечает Макс. — Но я Макс Хайфилд.

Женщина не знает, что ответить.

Хэнк не берет трубку. А Джефф Нолан бы взял. Джефф увидел бы его имя на экране и сразу взял бы трубку. Даже среди ночи. Может, у них с Хэнком ничего не получится? Но Макс сжег все мосты.

Ладно, сначала надо присмотреться к дубайскому телохранителю. В последнее время Макса чрезвычайно интересует его личная безопасность. Раньше он нанимал телохранителей, потому что все так делали и он не хотел чувствовать себя менее важным, чем, скажем, Бен Аффлек. Но с тех пор как посыпались эти записки с угрозами, необходимость в телохранителе стала насущной.

В последней записке говорилось:

Я знаю, что ты сделал. Тебе это с рук не сойдет. Покойся с миром.

Во что же он вляпался?

Он, конечно, ни за что не признается в этом Хэнку, Джеффу и даже своему психотерапевту, но, похоже, кто-то его раскусил.

В «Розе из Сарасоты» Макс играет солдата, ветерана войны во Вьетнаме, а может, в Корее — Макс точно не помнит и вообще не понимает, какого лешего американский солдат забыл в Корее или во Вьетнаме. Солдат тяжело болен; по сценарию у него был рак, но Макс решил, что это некрасиво, и в конце концов сценаристы согласились не уточнять, чем именно болел герой. Просто Максу нельзя было резко худеть для съемок, потому что сразу после этого фильма он должен был сниматься в «Геракле против Посейдона». В общем, у его героя была какая-то болезнь, он лежал в хосписе, кашлял, подружился со старушками и твердил, как сильно их любит, и Макс подумал: за эту роль ему точно дадут «Оскар». Но «Оскар» не дали. Фильм похоронили — вмешалась политика, — и теперь его нет даже на «Нетфликсе», по крайней мере, не было, когда Макс проверял в последний раз (а это было вчера; сегодня проверит еще раз). Фильм выстрелил только в Китае, и то потому, что режиссеры вмонтировали в него вставки из другого фильма Макса о Второй мировой, выдав их за флешбэки.

В жизни, конечно, бывают и взлеты, и падения, но Макс очень рассердился, когда «Роза из Сарасоты» провалилась. Иногда он просыпается среди ночи и очень грустит по этому поводу.

Макс не задумывается о смерти. Смерть для него — это бутафорские пистолеты и пакетики с искусственной кровью, каскадеры, приземляющиеся на маты. Но на съемках «Розы из Сарасоты» он думал о смерти.

И сейчас, окруженный роскошью и одиночеством зала ожидания первого класса, он тоже о ней думает.

67

— Ты не отвечала на звонки, вот и пришлось приехать лично, — говорит Хэнк.

Он ждал их в частном обеденном зале виноградника «Рокгроув». Эми должна была догадаться. Только они избавились от Эдди, как заявился Хэнк.

— На всякий случай предупреждаю: я вооружен, — добавляет Хэнк.

— Стрелять ты все равно не станешь, — говорит Эми, — так что не выпендривайся.

— Почему вы хотите убить Эми? — спрашивает Рози и садится. — Кстати, я Рози Д’Антонио.

— Очень приятно, мисс Д’Антонио, — улыбается Хэнк. — Слышал, ваши книги пользуются популярностью у миллионов людей; не могут же они все ошибаться?

— Отличный слоган. Пожалуй, помещу его на обложке следующего романа, — отвечает Рози.

— Стив Уилер. — Стив пожимает Хэнку руку. — Свекр Эми.

— А, так вот кто твой загадочный спутник, — кивает Хэнк. — Надеюсь, я вас не напугал, мистер Уилер? Вы какой-то бледный.

Стив отмахивается и садится.

— Ты приехал убить меня, Хэнк? — спрашивает Эми.

— Господи, нет, конечно. — Хэнк смеется от одной этой мысли.

Эми не смеется.

— Тогда зачем тебе пистолет?

— Для защиты и передачи тебя властям, — объясняет Хэнк. — Разве это не очевидно?

— Думаете, Эми имеет отношение к убийствам? — спрашивает Стив.

Хэнк кивает:

— Угу. Вы видели дерево?

Стив выглядывает в окно, откуда видно дерево.

— Здорово они придумали замазать отверстия клеем.

— Хочешь сказать, что ты в первый раз видишь это дерево, Эми? — хмыкает Хэнк.

Эми смотрит на него и кивает.

— То есть ты никого к этому дереву не приколачивала? Не припоминаешь такого?

— Нет, — качает головой Эми. — Могу задать тебе тот же вопрос.

— Боже. Конечно, нет, — отвечает Хэнк. — Почему ты решила, что я к этому причастен? Ты же должна понимать, что у меня нет в этом деле никакого интереса.

Эми вспоминает предупреждение Джеффа: Хэнку нельзя доверять.

— Я знаю, что ты ушел из фирмы Джеффа — и клиенты тут же начали умирать.

— А еще вы пытались выследить Эми, — добавляет Стив.

— А как же иначе? — отвечает Хэнк. — Я пытался раскрыть убийства, а Эми — моя главная подозреваемая.

— Я твоя главная подозреваемая?

— Скажу больше — единственная. — Хэнк улыбается. — Поэтому я и взял пистолет. У Джеффа были дела с Франсуа Любе. Ты же в курсе? Любе был его клиентом, Джефф был единственным, кто поддерживал с ним прямой контакт и знал местонахождение всех жертв.

Эми качает головой. Джефф и Джо Блоу — одно лицо? Не может быть.

— Брось, Хэнк. Вы же были друзьями.

— Поэтому я и ушел из «Максимальной защиты», — говорит Хэнк. — Когда начали арестовывать наших клиентов, я быстро смекнул, что к чему. Для реализации контрабандной схемы Любе нужны были сведения, и эти сведения могли предоставить только двое: я и Джефф. Я их не предоставлял, так что остается один вариант.

— Не только у вас был доступ к документам, — возразил Стив. — Сьюзан Нокс тоже их видела.

Хэнк качает головой, берет портфель и достает из него конверт.

— В этом маленьком конвертике доказательства вины Джеффа? — спрашивает Рози.

— Начнем с того, что конверт не маленький. Это А4, — отвечает Хэнк.

— Простите, — отвечает Рози и салютует Хэнку бокалом.

— И да, — говорит Хэнк. — В этом конверте формата А4 — доказательства. Личные дела клиентов «Максимальной защиты». В них говорится, что Джефф Нолан сам привел в компанию пятерых клиентов: Джексона Линча, Кортни Льюис, Марка Гуча, Беллу Санчес и Эндрю Фэрбенкса.

— Всех пятерых?

— Всех пятерых, — кивает Хэнк. — И всех остальных, кто летал по заданиям «Вирусного контента» — а всего их было тридцать пять человек, — тоже привел Джефф.

— Ой-ой-ой, — говорит Рози.

Ой-ой-ой. Похоже, дело плохо. Но Стиву приходит в голову другая мысль. Кто еще мог знать, что Кортни Льюис сидит в дубайской тюрьме?

— Значит, Джефф и Франсуа Любе вместе заправляли международной контрабандой налички? — агрессивно спрашивает Эми. — Ты это хочешь сказать?

— Именно, — кивает Хэнк. — Джефф работал с Франсуа Любе, самым успешным в мире контрабандистом наличных денег. Готов поставить на это свою репутацию. А ты была его исполнителем. Не знаю, зачем вам понадобилось убивать этих людей, — причины наверняка были, — но, думаю, это ваших рук дело.

За столом повисает тишина. Первым заговаривает Стив:

— У нас по средам викторина в пабе. В «Медной обезьяне». Это как раз завтра. Нам надо пойти туда вчетвером.

Рози смеется.

— Давайте договоримся, что в следующие сутки никто никого не убьет, — продолжает он. — О большем я не прошу, Хэнк, и позволь мне взглянуть на эти документы.

— Если что, у меня есть копии, — предупреждает Хэнк.

— Пора лететь домой, — говорит Стив. — Хочу кое с кем вас познакомить.

68

От имени Франсуа Любе

ChatGPT, переписать текст в стиле дружелюбного английского джентльмена.

Как же я посмеялся, когда Роб Кенна рассказал мне о последнем повороте в нашей истории! Рози Д’Антонио, знаменитая писательница и весьма привлекательная женщина, одурачила киллера. У нас серьезный бизнес, но иногда можно расслабиться и немного посмеяться. Что ж, будет Робу урок.

Все любят смешные истории, и Роб, наверное, надеялся на мое понимание, но зря.

Он утратил мое доверие. В самом деле, сколько можно терпеть? Хотя мне совсем не хочется этого делать, я решил, что пора привлечь полицию. Пусть узнают, что кровь, обнаруженная на трех местах преступления, принадлежит Эми