Требуются детективы - Фридрих Незнанский

Никаких вещей у Дениса с собой не было. Он еще в самолете тепло попрощался с Ликой. Она вручила ему свернутую в три раза бумажку со своим калининградским адресом и телефоном. Денис положил ее в карман брюк и легко сбежал по трапу.

Теперь в его голове крутилось только одно: «Не упустить эту черную спину впереди меня!»

Промозглый ветер пробирал до костей. «И тут этот мерзкий дождь!» — пронеслось у Дениса в голове. Ночное небо, освещенное яркими огнями аэропорта, приобрело неестественно лиловый цвет.

Истомина уже ждала машина. Он быстрой походкой подошел к большому черному «ауди», перед ним открыл дверцу широкоплечий человек, неприязненно окинув взглядом всех, кто невольно оказался поблизости от машины, захлопнул дверцу за Истоминым и сам сел вперед, рядом с водителем.

«Так, так, так…» — лихорадочно думал Денис, оглядываясь. Вдруг прямо рядом с ним, раздался чей-то надменный голос:

— Подвезти? Такси.

Денис обернулся. Шагах в пяти от него, облокотившись на желтенькую машину, стоял мужчина лет пятидесяти в кожаной куртке и кепке.

— Да, пожалуйста, — обрадовался Денис.

Он быстро сел в машину рядом с водителем.

— Куда едем?

— Вон за той машиной, видите? «Ауди».

Таксист не смотрел на машину, он смотрел на Гряз-

нова. На его лице была написана странная, необоснованная неприязнь.

— Что вы на меня так смотрите? — разозлился Денис. — Я же сказал, вон за той машиной, желательно побыстрее.

— Спокойно, спокойно, — отчеканил таксист. — Платить как будешь, по счетчику или договоримся?

— Да заплачу я, сколько скажешь. Трогай давай!

— Слышь, я тебе не лошадь, — заведя машину, проворчал тот.

Они выехали на трассу. Денис не отрываясь следил за едущей впереди них машиной Истомина.

— А куда он едет? — спросил таксист.

— Не знаю, — честно ответил Денис.

— Это как же так? — удивился таксист.

Денис молча пожал плечами:

— Мы просто поедем за ним, и все.

— А если, скажем, он в Литву поедет? — насмешливо спросил таксист.

— Ну тогда вы меня высадите на границе.

— Ладно… — почесал небритый подбородок таксист, — договорились, Штирлиц. Ты только деньги плати.

— Не волнуйтесь. Не обижу.

— Ну это мы еще посмотрим, — угрожающе покосился на Дениса таксист, — кто кого обидит.

«Чокнутый какой-то попался…»— подумал Гряз-нов с неудовольствием.

— Черт! Вот работа поганая, — бормотал таксист. — Вози вас таких в ночи, туда-сюда, туда-сюда. Замотаешься! Резина лысая, дождь в стекло, а «дворники» дохлые, еле работают. Тьфу ты!

— Вас, кажется, никто не заставлял таксистом работать. Сами свою профессию выбрали, — раздраженно ответил Денис.

— Профессия! Не заставляли! — как-то даже пролаял таксист. — Ты откуда такой умный-то выискался? А жить я, по-твоему, на какие шиши должен?

— По-моему, есть много профессий. Выбирай, как говорится, на вкус.

— А вы еще все не заплатить норовите. Денег у вас все нету, вашу мать. А сами за «аудями» гоняетесь! — тут он непотребно выругался.

— Я чего-то не понимаю, — тоже завелся Денис, не отводя, однако, взгляда от впереди едущей машины. — Вы со своими этими жалобами сейчас к кому обращались? Ко мне? Так мне не жалко. Коли не научились по-другому денег зарабатывать, нечего на других пенять. Не я вам эту работу выбрал.

Таксист презрительно глянул на Дениса и включил магнитолу на полную мощность.

Грязнов только сейчас рассмотрел его лицо. «Отличный типаж для художника-кубиста», — подумал он. Все черты лица крупные и заостренные, четко, будто черным карандашом очерченные брови, сведенные на переносице, заостренный нос, угловатые узкие губы, время от времени подрагивающие, как при нервном тике, острый, выдающийся, покрытый жесткой щетиной подбородок, даже морщины на его лице, казалось, представляли собой исключительно геометрические фигуры — квадраты и треугольники.

Между тем таксист говорил не переставая. Его не устраивало все: отвратительная погода, чертовы дороги, глупые туристы, бандиты, разъезжающие на всяких там «аудях» (он опять грубо выругался), пассажиры, непременно отказывающиеся платить назначенную им цену, дурацкая музыка по радио, безголосые певцы и певицы, гомики, евреи, пролезшие, мать их, на телевидение, и так далее и тому подобное. Денис уже смирился и просто тихо сидел, не отрываясь взглядом от «ауди», выслушивая весь этот словесный поток и с отвращением думая о том, что еще не была затронута сфера политики, а когда дело доходит до нее, то нормальный-то человек даст фору, ну а тут уж — выноси всех святых! Но это продолжалось недолго. Не прошло и пяти минут, как таксист основательно прошелся по президентам — настоящему и особенно бывшему, нелицеприятно обличил Зюганова и Немцова, обругал нецензурным словом Новодворскую, а также пообещал при случае набить морду Жириновскому и Явлинскому. Политическую тему таксист закончил пассажем о том, что на них нет Сталина.

Денис упорно молчал, а таксисту слушатели, а тем более собеседники, нужны не были.

За окном уже светлело. Они ехали, судя по всему, где-то за городом. По обе стороны от дороги тянулся сосновый лес. «Ауди» свернула на широкую, вымощенную булыжником дорогу. Уже отсюда можно было видеть высокий готический замок, обнесенный крепостной стеной с мощными чугунными воротами, в которые и въехала машина. Ворота, видимо управляемые невидимым механизмом, плавно закрылись.

— Ну что, приехали? — спросил таксист, останавливаясь. — Замок желаете осмотреть, господин хороший? — усмехнулся он.

— А что это за замок? — осторожно спросил Денис.

— Замок? О-о, — едко протянул таксист. — 13-й век. Позднее средневековье. Готика с элементами романского стиля. Наследие доблестного рыцаря Рудольфа Слютера. Это массивное, внушающее трепет здание до сих пор напоминает нам о мрачном средневековье: крестовые походы, «процессы ведьм», сжигания на кострах, эпидемии страшных болезней и исступленные психические эпидемии, опустошавшие целые области! — тоном заправского экскурсовода завывал таксист.

— Как это у вас так получается? — искренне удивился Денис.

— Я просто знаю историю своего города, — гордо заявил тот. — Ну это ж до недавнего времени музей был. Там всякая утварь средневековая выставлялась, орудия инквизиционных пыток, кстати, тоже. — Денис отметил, как загорелись глаза у шофера при словосочетании «орудия пыток», хотя, возможно, ему это только показалось. — Я одно время здесь работал, туристов возил. А теперь хрен туда попадешь! Бандюги проклятые! — Он с ненавистью сплюнул.

Дальше посыпалась все та же нецензурная брань, из которой Денис смог понять, что какие-то крутые бизнесмены купили этот замок и, что там теперь происходит, никто не знает, только там повсюду натыканы камеры, усиленная охрана, дорогие машины и масса всего подозрительного. И главное — теперь никого внутрь не пускают.

— Так, интересно, — протянул Денис.

— Ты не базарь, — резко прервал его таксист. — Интересно ему. Бабки гони. Преследование черной иномарки плюс познавательные сведения о замке… Сотку.

Денис полез в бумажник.

— Надеюсь, ты понял, что зеленых? — презрительно кинул он, по звуку определяя, какого цвета деньги отсчитывает Денис.

— Сотню баксов? Ну и расценки. Немудрено, что ваши пассажиры отказываются вам платить столько, сколько вы просите. Тихо, тихо, тихо, — предупредил он уже готовую разгореться новую тираду непотребной брани. — Я заплачу. Сказал же, что заплачу. Именно столько, сколько вы просите. Только мне кажется, что один из пунктов предоставленных вами услуг до конца не выполнен — познавательные сведения о замке. Раз вы тут работали, может быть, знаете, как туда можно пробраться незамеченным?

— Бесполезно, — отрезал таксист. — Повсюду камеры, охрана.

— Я это уже слышал, — не унимался Денис. — Я спрашиваю вас не об охране, а о каком-нибудь потайном ходе, лазейке какой-нибудь, все-таки средневековый замок, а не какая-нибудь там избенка.

— Да ходов всяких — миллион. Только они же все открыты еще при музее были. Значит, и при них охрана. Я вот что сказать могу. Основа готического строения — каркас.

— И что это значит? — не понял Денис.

— Это значит, что стена, как таковая, ничего не несет. А если так, то зачем ей быть сплошной и глухой?

— Вы хотите сказать, что там в стенах дыры, так, что ли?

— Какие дыры? Ну совсем дурной, — поразился таксист несообразительности Дениса. — Там есть узкие сквозные галереи. И их очень много. Может, какая-нибудь из них еще не замечена. Мы, я помню, еще мальчишками лазали в замок через одну такую галерею. Стена там тонкая и ветхая была и от времени наполовину развалена, но сокрыта от глаза плющом. Не знаю, нашли ее или нет.

— А где она находится?