Завербованная смерть - Сергей Зверев

– Старший лейтенант Овчинникова, – отозвалась девушка, улыбаясь краешком губ.

– Так, Саша, спокойно. – Вячеслав Генрихович решил на корню уничтожить возможный пожар. – Со своей задачей ты справился блестяще.

– Можно мне узнать ее суть? – зловеще поинтересовался Оршанский. – А то – блестяще выполнил, а что выполнял, я так и не знаю!

– Тебе и не следовало знать. – Голос полковника окрасился начальственным оттенком. – Иначе твоя самодеятельность могла испортить все дело. Я понимаю, что миссия у тебя была не из приятных, – продолжал начальник отдела, смягчив интонации, – но кто-то должен выполнять и эти функции.

– Какие?! – не удержался разведчик.

– Раздражитель, – ответил полковник. – Давай-ка я объясню все по порядку. Мы, да и ты, прекрасно понимали, что с наскоку в среду цирковых своего человека не внедрить. Под любой личиной, пусть даже под маской московского журналиста. Тебя просто отторгнули бы – и все. Циркачи – особые консерваторы, и чужаков к себе не подпускают. Наоборот, очень тщательно к ним присматриваются.

– А зачем же тогда… – начал Александр, но Шапошников его перебил.

– Наташа, – полковник кивнул головой в сторону бывшей Изольды, – уже работала в цирке восемь месяцев, но даже она не смогла выйти на намек агентуры. И тогда мы решили спровоцировать ситуацию. Одному из иностранных резидентов, который давно был у нас под колпаком, удалось завладеть частью чертежей и узлов нашей новейшей ракеты «Вулкан». Как мы и предполагали, бумаги и секретные узлы осели в цирке, который вот-вот должен был выехать на гастроли. Но! – Полковник многозначительно поднял палец вверх. – Поскольку отработанную схему подобных передач мы так и не раскрыли, возникла острая необходимость сделать так, чтобы передача этих документов прошла не так, как обычно, а в несколько видоизмененной обстановке, так сказать, в экстремальных условиях. Для этого и понадобилось твое присутствие.

– Для чего «для этого»? – не понял Оршанский.

– На твою игру было поставлено очень многое, – поощрительно кивнул головой полковник, – документы, как ты понимаешь – фальшивые, ни в коем случае не должны были попасть за границу, иначе нас тут же раскусили бы и этот канал тотчас свернулся бы. И заподозрить их агент ничего не должен был, иначе лег бы на дно и передал бумаги позже, что, в общем-то, для нас только отодвигало на время провал. Контакт должен был состояться именно на этих гастролях. Присутствие журналиста, сующего нос во все щели, да еще в одном фургоне с агентом…

– Ка-а-ак? – искренне поразился Александр. – Хруцкий?

– Именно, – кивнул головой полковник.

– Но…

– Эти мелкие контрабандисты икрой нас тоже сначала сбили с панталыку. – Полковник отхлебнул из своего стакана. – Поэтому мы и внедрили к ним старшего лейтенанта Овчинникову.

Девушка скромно потупила глазки.

– Однако через некоторое время стало ясно, что эти типчики специализируются только по икре, и об этом, кстати, знала почти вся труппа. Компаньонами они были не жадными, обратно в Россию перевозили в своем тайнике видики, шмотки и прочую мелочь. Естественно, беспошлинно. Их прикрывали. Понятно, что под наш интерес они никак не могли подпадать – слишком уж заметны.

– А зачем тогда меня на них ориентировали? – не понял Оршанский.

– А это было прикрытие, – пояснил полковник. – Как только у Хруцкого возникли осложнения и он почувствовал что-то неладное, он избавился от компромата, спокойно сдав своих коллег по цеху. Кстати, идея с контрабандой изначально принадлежала ему. Он наладил дело, в том числе и финансово, и отошел в сторонку. И вот когда появился ты, старый клоун сдал компаньонов, поднял шумиху, и под этот всеобщий икорный психоз спокойно избавился от улик и документов, передав их своему покупателю прямо во время представления. Пока ты сидел в полицейском участке, он тщательно замел остатки следов.

– Так это не Вероника сдала дрессировщика и иллюзиониста?

– Вероника, – подтвердил Шапошников, – но с подачи Хруцкого.

– А эта история с кастрацией, любовными треугольниками…

– Должны же мы были как-то внедрить своего агента? – невозмутимо отреагировал полковник. – Тогда ассистенткой была Гогоберидзе, что нас не устраивало, пришлось немного потеатральничать…

– Нет, Александр, – Наташа понимающе улыбнулась уставившемуся на нее Оршанскому, – я очень тактично уходила от постели.

– А если бы не удалось? – хрипло спросил разведчик.

– Не беспокойся, – вступился за девушку полковник, – с рукопашным боем у нее все в порядке. Ладно, ребятки, – Шапошников поднялся, – работы у меня много. Если есть еще вопросы – спрашивайте, а нет, то, если ты, Оршанский, про загс не передумал, готов быть у вас на свадьбе посаженым отцом.

– Вы знаете, – отозвался Александр, зловеще поглядывая на девушку, – к вам вопросов у меня нет, а вот к вашей сотруднице…

– Пожалуйста, до завтрашнего утра она в твоем распоряжении, – охотно согласился Вячеслав Генрихович, – но завтра утром – оба у меня, отчет ждать не будет.

– Есть, – звонко отозвалась парочка, и под лукавым взглядом полковника бодро покинула кабинет.