Старший дознаватель - Роман Феликсович Путилов

за счет Завода, вместе со своей пассией — Шороховой Алиной Владимировной, бывшей женой директора, бывшего «ГИПРОШахта» Василия Ильича, которого я сейчас пытался сделать очень бедным человеком, пара любящих сердец отправилась отдыхать на Алтай. Уж не знаю, что рассказывал Аркадий, влюбленной в него женщине, но да топовых туристических мест пара не доехала. Аркадий остановился в съемной квартире в столице Алтайского края, имея задание устроится на базу, которой владел и руководил Семен Самуилович Флейшман, человек, который задолжал Заводу несколько десятков автомобилей.

— Алина на Алтае осталась, а я на два дня отпросился. Есть что, здоровье поправить?

При всем моем хорошем отношении к Аркаше и важности его миссии, у этого улыбчивого парня был один существенный недостаток — Аркаша был наркоманом. И хотя он не был полностью «пробитым», которому требуется колоться каждый день, но при каждой нашей встрече я был вынужден стимулировать моего агента несколькими дозами растительной дряни.

— Прощаться будем — отдам. — приободрил я собеседника: — Давай, рассказывай, как устроился.

Глава 19

Глава девятнадцатая.

Ноябрь 1993 года.

Запасы не меряны. Убытки не считаны.

— Устроился нормально. — Аркадий доел хот-дог, скомкал бумажку, вытер ей следы майонеза на губах и запустил в кусты: — Устроился на базу грузчиком, но не на склад директора, сам понимаешь. Денег мне не платят, обещают через три месяца начать выдавать зарплату, так что с тебя вспомоществование, а то у меня шикарная женщина на содержании, сам должен понимать.

От слов агента я невольно поморщился — в последнее время мне все тяжелее расставаться с наличкой, то ли чувствую злое дыхание преследователей за спиной, то ли ониомания у меня началась в особо острой форме. Но Аркаше денег придется дать, тут у меня личное — хочется утереть нос дражайшему Семену Самуиловичу и нагреть его, как он пытался нагреть Завод.

— Деньги я тебе дам. —. преодолев внутреннее сопротивление, сказал я: — Но ты, Аркаша, тоже губу не раскатывай. Я вашу сладкую парочку долго содержать тоже не могу. Мне от тебя результат нужен и максимально быстро. Что ты там интересного разнюхал?

— Да пока ничего интересного, я же только устроился. — заюлил Кондратьев: — Но со следующей недели меня будут самостоятельно на ночное дежурство на складе оставлять — бывает, что ночью машины с грузом приезжают, может быть что-то интересное и увижу.

— Ну а вообще, на базе, как обстановка?

— Да все нормально там. Машины постоянно с грузом приезжают, оптовики с раннего утра перед складами уже торчат, деньги крутятся очень хорошие. Кстати, Флейшман даже территорию расширил, забор сейчас в поле метров на сто дальше переносят, и три новых ангара начали возводить сразу.

— Еще что-то есть интересное?

— Да нет, пожалуй. Только Алина ныть начинает, ей в квартире на окраине целыми днями сидеть скучно…

— То есть, сидеть одной, в квартире на окраине Кемерово ей сидеть было нескучно, а на Алтае, с тобой, сразу заскучала? Ты что, женщиной совсем не занимаешься?

— Да как не занимаюсь⁈ — Аркаша возмущенно выпучил глаза: Да я ее считай каждую ночь… Кхм… Короче, я что могу, то делаю.

— Ну и продолжай. А от меня передай, что надо потерпеть, ее бывший муж дело в суде по разделу имущества специально затягивает, наверное, надеется ее найти и что-то нехорошее с ней сделать, я не исключаю даже самого худшего. Поэтому, если хочет жить, а в перспективе жить богато, то пусть сидит очень тихо и не высовывается. Ну и ты со своей стороны не давай ей скучать и глупостями заниматься. Да и сам не подставляйся, но в тоже время смотри по сторонам внимательно. Если что-то будет интересное, сразу мне звони…

— А куда тебе звонить? Ты в кабинете бываешь очень –очень редко…

Да, Аркадий, озвучил насущную проблему. Вопрос со связью был настолько острым, что зачастую порождал множество нереализованных возможностей.

У меня конечно был настоянный человек на телефоне, юрист Валя на Заводе, что добросовестно сидела с восьми утра до семнадцати часов вечера в кабинете юридической службы, но вот именно Аркадию звонить на Завод было категорически нельзя, по закону подлости, в самый неподходящий момент кто-то мог увидеть, услышать или узнать, что недавно принятый на работу, сотрудник зачем-то поддерживает связь с главным оппонентом владельца торговой базы.

— У тебя есть телефон в квартире, что ты снял?

Оказалось, что есть, но пресловутая «девятка», возможность выходить на междугородную связь, ожидаемо была отключена.

— Но я то тебе звонить могу? Правильно? Давай так поступим — я тебе звоню каждый вечер, в десять часов вечера будет нормально? Если ничего нет, то ты просто трубку не берешь, а если есть, что сообщить, то соответственно трубку поднимаешь, и мы с тобой все обговариваем. Все у тебя?

— Да, давай, поехали. — нездорово блеснули глаза агента и, не дожидаясь моего ответа, он полез в машину. Душой он был уже далеко, в том чудесном месте, куда его уносят его наркотические демоны.

Ранее утро следующего дня.

Локация — Дорожный район Города.

Как я понимаю, из-за вчерашнего набега злых варягов на РОВД, моя начальница не успела проговорить вопрос о саботаже со стороны водителей дежурной части с начальником РОВД, что сегодня вылилось в настоящую диверсию.

Работал я по прежней схеме.

Машина останавливалась у соседнего дома, я натравливал на дверь Демона, хозяин в одних трусах выходил разобраться — что за тварь портит его дверь, в результате, через десять минут заспанный гражданин уже усаживался в «собачник» милицейского автомобиля. Старший сержант Кригер, рыжий кудрявый здоровяк, с круглым и красным, от дурной крови, лицом, совершенно спокойно дал мне забрать двух человек, проехал двести метров в сторону третьего адреса и… машина заглохла, причем, приборная доска погасла намертво.

— Все, приехали. — старший сержант скорчил грустную физиономию, но на водителя, у которого сломалась машина и ему предстоит, вместо того, чтобы отправится домой отдыхать, чинить ее, на пару со своим сменщиком, Кригер похож не был.

Скорее всего, водитель дежурки — ослабил клемму на аккумуляторе, а, вероятнее всего, скинул провод в другом месте — не знаю, я не водитель и это не моя машина. Кригер вылез из-за руля, поднял капот и зашуршал чем-то в двигательном отсеке, после чего вернулся в кабину и закурил, выпуская дым в открытую форточку. С заднего сиденья громко чихнул Демон.

В