Бог смерти не любит яблоки - Алиса Чернышова

семейства, он действительно работал в первую очередь во благо Гвады, а не самого себя. И безжалостен он был не только по отношению к другим, но и к себе тоже. Она не раз и не два наблюдала, как принц урабатывается до полусмерти, бросает вызов смерти, ходит по краю — ради того, что считает своим долгом. Агенор примерял маски, женщин, образы, убеждения, стороны… Но он был верен двум константам: своей работе и своей стране… Ладно, его пиарщицу, возможно, тоже можно было добавить в этот список, хоть и не на первое место. Забавный факт: Агенор мог сменить маленькую армию любовниц и пару-тройку жён, но неизменной помощнице своей оставался так же неизменно верен.

Леди Авалон всегда уважала в нём преданность своему делу. Глубоко и безоговорочно. Потому что для неё работа вот уже много лет была единственным смыслом жизни.

И, что уж скрывать, единственной причиной за эту жизнь держаться.

Вот и сейчас она могла сколько угодно злиться на Агенора, но он был прав: договор должен быть подписан. так или иначе, благодаря их с Танатосом общему прошлому или вопреки.

А значит, что бы там ни было, она должна работать — и посмотрим, куда эта игра их заведёт. По возможности, конечно, хотелось бы обойтись вовсе без игр, но… Она устало покачала головой.

Она просто должна представить, что не знает Танатоса вовсе. И сделать свою работу.

“Тана, наш статус?”

“Всё готово к пресс-конференции, миледи. Репортёры проверены и аккредитованы, система безопасности работает исправно, независимая пресса тщательно отобрана и подготовлена.”

“Хорошо. Настроения в вирте?”

“Ничего хуже ожидаемого. Мы мониторим открытые источники информации и корректируем самые проблемные моменты.”

“Хорошо. Полагаю, можно начинать. Мы должны сделать всё возможное и невозможное.”

“Вам не нужно мне об этом напоминать.”

“Вот и хорошо.”

Она медленно вдохнула и выдохнула. Как раз вовремя — дверь кабинета с шипением распахнулась, а значит, сопровождающие Танатоса прибыли за инструкциями.

— Убедитесь, что ари готов к пресс-конференции, — бросила леди Авалон, не оборачиваясь. — Уточните, не нужно ли ему что-либо. Мы встречаемся через полчаса по стандартному времени в зале советов, и мне нужно, чтобы к тому моменту вице-канцлер цвёл, как роза.

— Я вполне готов к пресс-коференции, смею заверить, — раздался за спиной насмешливый голос. — Мне ничего не нужно, спасибо. Но я честно не уверен насчёт розы; едва ли мои создатели предполагали, что однажды мне понадобится, цитируя вас, “цвести”.

Она прикрыла глаза и беззвучно выругалась.

Это будет ошеломительно длинный день.

4

Она дала себе ровно четыре вздоха на то, чтобы успокоиться, а после медленно обернулась.

Танатос стоял в дверях, облокотившись плечом о стену, сложил руки на груди и рассматривал её. В его глазах и мимике невозможно было прочесть ровным счётом ничего, но раньше, в ненастоящем онлайн-мире, он именно так переплетал руки, когда был чем-то взволнован.

Там, на их планете, она подошла бы и запустила ладонь в его волосы — этот жест всегда успокаивал его. Здесь, разумеется, она осталась на месте, даже руки за спиной сцепила, чтобы точно не позволить себе лишнего движения.

Но мысленную отметку себе сделала: может ли быть, что он сильно взволнован? Или это тоже часть игры?

— Я, разумеется, несказанно рада видеть вас здесь, ари, — проговорила она, тщательно контролируя экспрессию и подбирая слова. — Но должна признать, что ваше появление тут несколько… неожиданно.

И кому-то она за это снимет голову, возможно даже что в буквальном смысле. Бог новой эры, убивающий людей взглядом, просто так разгуливает по её ведомству — это за гранью, мать его, хоть немного адекватного!

— Извините, если напугал вас, — броня вежливой улыбки, пустой, как старая рекламная вывеска, — вспомнил, что до начала пресс-конференции хотел бы обсудить с вами пару вопросов.

Очаровательно, чтоб его.

— Разумеется, ари. Хотя смею сказать, что ваши самостоятельные прогулки по ведомству могут вызвать некоторую неловкость и привести к непредвиденным неприятным ситуациям. Потому в следующий раз, оказавшись в подобной ситуации, вам следует воспользоваться помощью своего вирт-проводника. Он предназначен для обслуживания дипломатов, и смею заверить, он более чем компетентен.

— Я пытался, но боюсь, что мой вирт-помощник не мог напрямую связаться с вами. Решать же мой вопрос через вашего секретаря было, полагаю, слишком накладно. И довольно долго.

Она проглотила фразу “Этого не может быть”. Уже понятно, что он просто издевается, но вопросы она решила задавать и дальше, так сказать, до последнего — просто из упрямства.

— Понимаю. Но не стоило бы в данном случае обратиться к вашему сопровождающему?

— К сожалению, это невозможно.

— Почему же? Его работа — улаживать такого рода недоразумения.

— Несомненно. Но, боюсь, мой сопровождающий немного мёртв.

Она медленно моргнула и с трудом справилась с желанием себя ущипнуть.

— Немного мёртв, — повторила леди Авалон медленно, переваривая эту новость. — Как… неудобно получилось.

— Не то слово, — хмыкнул Танатос, передёрнув плечами, — неловкая вышла ситуация.

Она таращилась на него, изо всех сил пытаясь как-то утрясти это в своей голове. Наконец она сделала предположение, которое, на её взгляд, было наиболее логичным. В конечном итоге, она читала о чём-то подобном в досье Танатоса, пусть и относилось это к ранним годам на Олимпе.

— Я так понимаю, у вас возникла небольшая проблема с контролем над пси-способностями, ари? — уточнила она максимально вежливо.

Этот удар вообще не планировался как удар — но, как ни странно, он попал прямо в цель.

Леди Авалон буквально почувствовала, как напрягся Танатос. Воздух в кабинете сгустился, и памятные регалии едва заметно завибрировали на полках.

Она мысленно выругалась, прикидывая, какую из тревожных программ в случае чего активировать, но он взял себя в руки почти мгновенно, хотя в изгибе плотно сжатых губ всё ещё отчётливо читалась злость.

— Я не какой-то… невменяемый психопат, миледи, — сказал он сквозь зубы. — Я полностью владею своим даром и не убиваю любого, кто подвернётся, без причины.

— Прошу простить, — она мысленно посоветовала себе прикусить язык и быть на этом поле очень осторожной… Ну, и запомнить слабое место — просто так, на будущее. — Но, в таком случае, у вас была некая… причина убить своего сопровождающего? Он проявил к вам неуважение? Вы почувствовали угрозу?

На самом деле, она ни на секунду в это не верила. Майлза проверили вдоль и поперек, он был отличным