Все дороги ведут сюда (ЛП) - Запата Мариана

— Понятно. — Я сделала то, что он сказал, а затем крикнула: — Если уроню, беги, ладно?

— Не беспокойся обо мне, ангел. Время для дреля.

— Аврора, — поправила я его, судорожно выдохнув. Это был не первый раз, когда он назвал меня неправильным именем, я была почти уверена.

— Хорошо, тебе нужен только один шуруп. Это не должно быть идеально, — проинструктировал он, прежде чем раздать дополнительные шаги, которые я выполняла скользкими руками. — Ты отлично справляешься.

— Я отлично справляюсь, — снова повторила я после того, как дважды проверила, хорошо ли закручен шуруп, и он передал домик для летучих мышей. Мои руки дрожали. Даже моя шея была напряжена. Но я делала это.

— Вот, — сказал он, поднимая бутылку как можно выше. Я узнала в нем аттрактант, скриншот которого Клара прислала мне, когда поняла, что срок ее действия истек.

Отведя лицо в сторону, я распылила его.

— Что-нибудь еще?

— Нет, а теперь передай мне дрель, клей и спускайся.

Я посмотрела вниз.

— Пожалуйста? — пошутила я.

И его каменное, серьезное лицо вернулось.

Намного лучше.

Я сделала то, что он просил, колени всё ещё дрожали, и начала спускаться.

— Я не… о, дерьмо. — Пальцы моих ног промахнулись, но я спохватилась. — Я в порядке, я так и хотела.

Я снова взглянула на него.

Да, его серьезное лицо всё ещё было там.

— Держу пари, что это так, — пробормотал он, забавляя меня гораздо больше, чем, вероятно, хотел.

Я закончила спускаться по ступенькам и тут же отдала лишние шурупы.

— Спасибо за помощь. И за заделывание отверстий. И за такое терпение.

Его полные губы сжались, когда он стоял там, снова наблюдая за мной, его взгляд скользил по моему лицу.

Мистер Роудс откашлялся, и все намеки на игривость, которые я видела раньше, исчезли.

— Я сделал это для себя. — Его серьезный голос вернулся, хотя его взгляд метнулся куда-то позади меня. — Не хочу, чтобы ты кричала во все горло посреди ночи, разбудив меня.

Моя улыбка дрогнула, прежде чем я ее поймала, и я напомнила себе, что не то чтобы я не знала, что я ему не нравлюсь. Все это было просто… он был домовладельцем и порядочным парнем в глубине души. Я попросила его показать мне, что делать, и он показал. Вот что это было.

Но все равно было больно, хоть я и знала, что это глупо. Мне потребовалось все, чтобы сохранить нейтральное выражение лица.

— Все равно спасибо, — сказала я ему, услышав, как смешно это прозвучало, но отступила на шаг. — Я не хочу отнимать у тебя больше времени, но еще раз спасибо.

Губы Роудса приоткрылись, когда я едва помахала рукой.

— До свидания, мистер Роудс.

До того, как он выдал еще что-нибудь, я вернулась в дом, держась за свои достижения за день. Именно на этом я хотела задержаться. Не из-за его непонятно настроения.

Я подобрала гребаного орла и в одиночку построил свой собственный домик для летучих мышей. Я научилась пользоваться дрелью. Это была победа по всем фронтам. И это было что-то. Что-то большое и красивое.

Следующее, что я знала, я собиралась ловить летучих мышей голыми руками. Ладно, на самом деле этого никогда не должно случиться, но прямо сейчас я чувствовала, что могу сделать все, что угодно.

Кроме того, чтобы понравиться моему соседу, но это было нормально.

Это действительно было так.

Глава 14

Я проснулась от стука.

Громкого, бешеного стука.

— Ора! — раздался очень знакомый голос.

Я моргнула и села.

— Амос? — крикнула я в ответ, поднимая телефон с того места, где оставила его лежащим на полу, подключенным к сети. На экране было семь утра.

В мой выходной. Воскресенье.

Какого черта я проснулась так рано? Он буквально трижды сказал мне, что обычно не спит всю ночь, играя в видеоигры, и не просыпается до часу, если его отца нет дома. Это рассмешило меня.

Закинув ноги за края кровати, я снова крикнула:

— Амос? Ты в порядке?

Он ответил тогда, когда я схватила толстовку с того места, где оставила ее накинутой на один из стульев стола, и надела ее. Несмотря на то, что днем было тепло, некоторые ночи все же были прохладными.

— Ораааа! Да! Иди сюда!

Что, черт возьми, происходит? Я зевнула и взяла шорты для сна, которые также сняла прошлой ночью, надевая их, пока была наверху лестницы, прежде чем спустилась вниз как можно быстрее. Амос не был драматичным ребенком. Мы провели так много времени вместе за последний месяц, что я бы заметила это. Во всяком случае, он был чувствительным и застенчивым, хотя с каждым днем всё больше и больше выходил из своего пузыря рядом со мной.

По крайней мере, один из мужчин Роудсов так делал.

Отперев, а затем потянув на себя дверь, я уже косилась на него.

Всё ещё в пижаме — мятой футболке городской средней школы и баскетбольных шортах, которые, держу пари, он унаследовал от мистера Роудса, — он уставился на меня. На его щеке было пятно от слюни, и даже ресницы выглядели немного покрытыми коркой… Но остальная часть его бодрствовала. Встревоженная даже.

Почему он выглядел ошарашенным?

— Что случилось? — спросила я, стараясь не волноваться.

Он схватил меня за руку, что должно было быть знаком, потому что он терпел меня в тех редких случаях, когда я обнимала его, но сам никогда этого не делал, и начал тянуть меня вперед, к двери.

— Подожди, — сказала я, останавливаясь, чтобы надеть ботинки на полпути, и шаркая за ним. — В чем дело?

Малыш даже не взглянул на меня, продолжая вести меня к своему дому.

— Твоя… твоя подруга у меня дома, — выдохнул он.

— Моя подруга?

Какая подруга? Клара?

Именно тогда он оглянулся, и выражение его лица было почти обезумевшим.

— Да, твоя подруга. — Его горло пересохло. — Ты сказала кое-что, но я тебе не очень-то поверил тогда.

— Это грубо, — зевнула я, не понимая, о чем, черт возьми, он говорит, но соглашаясь с этим.

Амос проигнорировал меня.

— Но она внутри. Она стучала в дверь и звала тебя по имени, и на ней нет парика, но это она.

Парика?

Я потопала за ним по лестнице, слишком сонная, чтобы по-настоящему использовать свой мозг. Один из моих ботинок упал, и мне пришлось хлопнуть его по руке, чтобы он остановился, чтобы я могла натянуть его обратно.

— Она сказала, что готовит нам всем завтрак, так что я побежал сюда, чтобы забрать тебя, — он продолжал бормотать со скоростью мили в минуту, говоря быстрее, чем когда-либо. Больше, чем когда-либо. Он толкнул дверь и продолжал тянуть меня за собой. — Могу я рассказать Джеки? Папа сказал, что она может прийти на два часа, помнишь? Она будет плакать.

— Я не спала прошлой ночью, заканчивая книгу, Ам. Кто здесь? Клара? Почему Джеки будет плакать?

Он провел меня прямо в гостиную, прежде чем внезапно остановился.

— Это она, — прошептал он не очень благоговейно, а скорее… удивленно.

Я сузила глаза в сторону кухни, еще раз зевнув, и заметила угольно-черные волосы и стройное тело, стоящее перед плитой и что-то перемешивающее в стеклянной посуде.

Я не могла четко разглядеть черты женщины, но все, что мне потребовалось, это «Ора!» чтобы понять, кто она такая.

Восьмикратный обладатель Грэмми.

Один из моих лучших друзей во всем мире.

Один из моих самых любимых людей во всем мире.

И один из самых последних людей, которых я когда-либо могла представить в доме мистера Роудса.

— Юки? — все-таки спросила я.

Я была почти уверена, что она поставила миску, прежде чем бросилась ко мне и обняла, выжимая из меня все дерьмо так сильно, что я не могла дышать. Все еще в шоке, я так же крепко обняла ее в ответ.

— Что ты здесь делаешь? — спросила я ее на выдохе, который я осторожно выпустила над ее головой, так как еще не почистила зубы.

Она обняла меня еще крепче.

— У меня был выходной, и сразу после вчерашнего выступления я решила заехать к тебе. Я пыталась дозвониться, но попадала прямо на голосовую почту. Я так скучала по тебе, милашка. — Юки чуть отстранилась. — Это нормально? Я помню, ты сказала, что у тебя выходной в это воскресенье.