Все дороги ведут сюда (ЛП) - Запата Мариана

— Что ты планируешь делать?

— Я собираюсь посадить его туда.

— Как?

— Я должна схватить его, я думаю.

— Ора! Он раздерёт твоё лицо! — прошипел он, но я была слишком занята его беспокойством о своей безопасности, чтобы думать о чем-то еще.

Мы становились друзьями.

— Что ж, я лучше наложу несколько швов, чем его собьет машина, если он останется один, — сказала я.

Казалось, он думал об этом.

— Давай позвоним папе, и пусть он придет и возьмет это на себя. Он знает, что делать.

— Я знаю, что он это сделает, но кто знает, как далеко он находится и сможет ли он вообще ответить на звонок в ближайшее время. Иди за клеткой, а потом мы сможем позвонить и спросить, договорились?

— Это глупо, Ора.

— Возможно, но я не смогу сегодня уснуть, если он поранится. Пожалуйста, Ам, принеси клетку.

Подросток выругался себе под нос и медленно обошел птицу — которая все еще не двигалась, — вместо того, чтобы броситься. Я продолжала наблюдать за величественной птицей, пока она просто ждала рядом, безумно острые глаза смотрели из стороны в сторону с такими же безумными движениями шеи.

Если хорошенько его разглядеть… он был огромен. Буквально здоровенный. Это было нормально? Он был на стероидах?

— Привет, друг, — сказала я. — Подожди здесь секунду, ладно? Мы окажем тебе помощь.

Он не ответил, очевидно.

Почему мое сердце начало биться быстрее, я действительно не поняла. Неважно, что я догадывалась о причине. Я собиралась схватить этого большого сукина сына. Если мне не изменяет память — из всех эпизодов, которые я видела в шоу про зверей, и одного шоу про охотников — вам просто нужно было… схватить их.

Могут ли они почувствовать запах страха? Как собаки? Я посмотрела на своего нового друга и надеялась, что он не может.

Через две секунды дверь дома распахнулась, и Амос вышел, поставил большую клетку на террасу и вбежал обратно внутрь. Через секунду он вернулся, засовывая что-то в карманы, а затем снова поднимая клетку. Он замедлил шаг, приблизившись к гаражу, и обошел то место, где всё ещё находилась птица. Он тяжело дышал, когда медленно поставил её между нами, затем вытащил из карманов несколько кожаных перчаток и передал их мне.

— Это лучшее, что я смог найти, — сказал он, широко раскрыв глаза и раскрасневшись. — Ты уверена в этом?

Я надела перчатки и судорожно выдохнула, прежде чем нервно улыбнуться ему.

— Нет. — Я как бы посмеялась от нервов. — Если я умру…

Это заставило его закатить глаза.

— Ты не собираешься умирать.

— Придумай какую-нибудь историю о том, как я спасала тебе жизнь, ладно?

Он посмотрел на меня.

— Может быть, нам стоит подождать моего папу.

— Можем ли мы? Да, но следует ли нам? Нет, мы должны спасти его. Он уже должен был улететь, и мы оба это знаем.

Амос снова выругался себе под нос, и я сглотнула. Нужно было покончить с этим. Через пять минут ничего не изменится.

Моя мама сделала бы это.

— Хорошо, я могу это сделать, — попыталась я убедить себя. — Просто как курица, да?

— Ты уже подбирала курицу?

Я посмотрела на Ама.

— Нет, но я видела, как это делал мой друг. Это не может быть так сложно. — Я надеялась.

Я могла бы сделать это.

Просто как курица. Просто как курица.

Пряча руки в больших перчатках, я разминала плечи и двигала шеей из стороны в сторону.

— Хорошо. — Я придвинулась ближе к птице, желая, чтобы мое сердце замедлилось. Пожалуйста, не позволяй ему почувствовать запах страха. Пожалуйста, не позволяй ему почувствовать запах страха. — Хорошо, дружок, приятель, красавчик. Будь милым, хорошо? Будь милым. Пожалуйста будь милым. Ты прекрасен. Ты мне нравишься, хорошо? Я просто хочу позаботиться о тебе. Пожалуйста, будь милым…

Я опустилась. Затем закричала:

— Ах! Я взяла его! Открой клетку! Открой клетку! Ам, открой! Черт, он тяжелый!

Краем глаза я заметила как Амос подбежал с клеткой, открыл дверцу и поставил ее на землю.

— Быстрее, Ора!

Я, затаив дыхание, ковыляла, держа в руках то, как я была уверена, было принимающей стероиды птицей, которая, честно говоря, совсем не сопротивлялась, и я как можно быстрее втолкнула его внутрь, а Амос захлопнул клетку, как только я вытащила оттуда руки.

Мы оба отпрыгнули назад и заглянули за металлическую решётку.

Он просто был там. Он был в порядке. По крайней мере, я надеялась на это; он не гримасничал.

Я подняла руку, и Ам дал пять.

— Мы сделали это!

Подросток ухмыльнулся. — Я позвоню папе.

Мы снова дали друг другу пять, наполненные энтузиазмом.

Амос торопливо вернулся в свой дом, а я присела, чтобы еще раз взглянуть на своего друга. Он был хорошим ястребом.

— Хорошая работа, красавчик, — похвалила я его.

Но самое главное, я сделала это! Я посадила его сюда! Всё сама.

Как вам такое?

..•.❃.•.•.

Через час я бежала вниз по лестнице на шум машины снаружи. Амос сказал, что его отец приедет как можно скорее. Передав информацию, мы разделились, оба были слишком возбуждены адреналином, чтобы вернуться к тексту песен; он вернулся, чтобы поиграть в видеоигры, а я поднялась наверх. Я планировала отправиться в город и походить по магазинам, чтобы найти что-нибудь для отправки во Флориду, но я должна была знать, что произойдет с моим новым другом.

К тому времени, когда я открыла дверь в гараж, мистер Роудс уже вышел и подошел ко мне. Он был в униформе, по-видимому, работал в выходные, и я бы солгала, если бы сказала, что у меня ни капли слюны не потекло от того, как его штаны облегали его мускулистые бедра. Но больше всего мне понравилась та часть, где была заправлена его рубашка.

Он был горячим, как черт.

— Привет, мистер Роудс, — позвала я.

— Привет, — ответил он, эти длинные ноги съедали расстояние внутри.

Я встала рядом с клеткой.

— Смотри, что мы нашли.

Он снял солнцезащитные очки, и его серые глаза на мгновение остановились на мне, брови слегка приподнялись.

— Вы должны были подождать, — сказал он, тоже останавливаясь перед клеткой и наклоняясь.

Он почти сразу выпрямился, посмотрел на меня, а затем присел, зацепив дугу солнцезащитных очков за рубашку, и сказал странным, напряженным голосом, который не звучал раздраженно… просто странно:

— Ты его поднимала?

— Да, я думаю, что он на стероидах. Он довольно тяжелый.

Он откашлялся и замер, прежде чем голова мистера Роудса наклонилась ко мне. Он очень медленно спросил:

— Голыми руками?

— Ам принес мне твои кожаные перчатки.

Он снова заглянул в клетку и долго-долго смотрел туда. На самом деле, наверное, всего минуту, но мне показалось, что намного дольше. Тем же странным тоном он сказал:

— Аврора…

— Я сказала, что мы должны подождать, хорошо, но я не хотела, чтобы мой друг убежал, а потом оказался на улице и попал под машину. Или что-то в этом роде. Посмотри, какой он величественный. Я не могла допустить, чтобы он поранился, — пробормотала я. — Я не знала, что ястребы такие большие. Это нормально?

Он сжал губы. — Нет.

Почему он звучал так сдавленно?

— Я сделала что-то неправильно? Я причинила ему боль?

Он поднес большую руку к лицу и провел ею ото лба к подбородку, прежде чем покачать головой. Его голос стал мягче, когда его взгляд снова переместился в мою сторону; он посмотрел на мои руки и лицо.

— Он не причинил тебе вреда?

— Причинил мне вреда? Нет. Казалось, ему было все равно. Он был очень вежлив. Я сказала ему, что мы собираемся помочь ему, так что, возможно, он это почувствовал.

Я постоянно видела видеоролики о том, как дикие животные становятся пассивными, когда чувствуют, что кто-то пытается им помочь.

Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что происходит.

Его плечи начали трястись. Потом его грудь. Следующее, что я поняла, это то, что он начал смеяться.

Мистер Роудс начал смеяться, это было грубо и звучало так, как будто двигатель пытается ожить, весь такой сдавленный и резкий.