Плесень (СИ) - "Майский День"

Знакомо отвалился люк и выполз из него почти родной уже робот. Эва оскалилась, а Люц разглядывая явление машины с любопытством.

— Ребята, а вдруг у них на борту ещё штаны есть? — спросил он мечтательно. — Я бы приоделся, хотя для начала полезно смыть грязь.

Акиве словно изнутри толкнули. А почему нет? Не в штанах, конечно, дело, но раз ввязались в драку, надо перехватывать инициативу всегда, когда только это возможно. Соблюдать главное правило войны.

— Идём, понурясь к люку, мы напуганы, — бросил он своим.

Эва сердито зашипела, но послушалась, а Люц шепнул радостно:

— За шмотками?

Он побрёл, пошатываясь и болтая головой, словно она вот-вот оторвётся. Робот важно плыл навстречу. Едва поравнявшись с ним, вампиры переглянулись и ударили со всей накопленной страстью.

Машина кувырнулась через ближайший труп, а Акиве уже вскочил в пустой тамбур. Внутренняя дверь подалась сигналу, а нет, так он вышиб бы её со всем озверением момента. Собратья наступали на пятки. У знакомой лаборатории Акиве буквально смёл подвернувшего под руку сотрудника. Дорогу он теперь знал прекрасно. Благословенно будь типовое строительство! На земле и в небесах всегда можно запомнить дорогу.

Дверь в рубку инопланетяне успели заблокировать, но разве могла она устоять против совместного напора трёх осатаневших вампиров? Они ударили разом, захрустел пластик, затрещали ломаемые кости. Акиве показалось, что его плечо выстрелило тысячей осколков, но стиснул клыки и снова бросился на преграду. Эва и Люц влепились рядом. Трещинами пошла плита и новой болью взвыл сминаемый в блин скелет. Затем три вампира издали единый уходящий в ультразвук вопль и вломились в комнату управления, а кости их скрипели, срастаясь и, обезумев, носилась по жилам кровь.

Сказать, что два зелёных внутри были потрясены, значит не сказать ничего. Один начал стрелять, но не попал, а второй уткнулся носом в пульт и завёл мотор аппарата. Земля, трупы, пожарища поплыли вниз, рванула навстречу уцелевшая лишь наверху ночь. Люц одним прыжком перекрыл невеликое пространство рубки, сплющил голову стрелку и свернул шею пилоту раньше, чем Акиве успел его остановить.

В погоне за штанами вампир совершенно упустил из виду, что ни один из них не умеет управлять космическим кораблём. Что называется — попали.

— Что теперь делать будем? — злобно спросил Акиве, хватаясь за спинку кресла.

Два зелёных трупа мятыми кучками валялись на полу. Их знания и умения — тоже.

— Вопрос не риторический! — проворчал Акиве сквозь зубы, чтобы поняли его как следует.

Горячность Люца могла закончится плачевно для всех троих пока ещё выживших, но упрёки смаковать не хотелось. Какое было действие, такое последовало и противодействие. Снова поднимала голову забытая наука физика. Люц помотал башкой, приходя в себя после расправы.

— Прости, аскет, нахлынуло.

Эва, оттолкнув мужчин, склонилась над пультом. Её пальцы забегали по причудливым клавишам-кнопкам. Да так уверенно, словно знали дорогу.

— Что ты делаешь? — спросил Акиве.

У него челюсть отпала от изумления.

— В прошлый раз я следила за тем, что делают они.

Акиве такой простой способ познания мира и в голову не пришёл. Недостаточно грандиозная в целом была задача, не увлекала. Он мыслил глобально, трепетал за судьбу Земли, зато Эва прозаично запомнила команды и сейчас попыталась их применить, спасая вампирские задницы.

Корабль, как ни странно, послушался нового капитана и вновь пошёл к земле, хотя чересчур резво. Акиве испуганно вытаращился. Кости ещё не успели срастись, а впереди ждали новые переломы, да что за жизнь такая пошла, что даже у вампиров нет времени латать пробоины в днище?

Попросить Эву притормозить он просто не рискнул. Лучше блином размазаться по стенке рубки, чем получить от подруги полновесную затрещину. Эва справится. Он её любит, и он в неё верит, да и верить-то осталось несколько секунд, а там как получится.

Внизу мелькнула река и вместе с ней надежда мягко шлёпнуться в воду, а не твёрдо на грунт, но настолько вампирам не повезло. Влажная лента метнулась влево, а навстречу лёг осквернённый берег.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Третий пошёл! — мстительно сказала Эва за миг до того, как инопланетный корабль врезался в землю.

Глава 9–1 Двое из тромба

Савва пришёл в себя первым, должно быть вспомнил про авторитет руководителя, хотя после экскриментального душа, беспокоиться, в сущности, было не о чем. Чувствовалось, что Офбрана угнетает невозможность окинуть вампиров начальственным взглядом. Из чистой любезности Дэм перестал смеяться, Лилита притихла ещё раньше и только Люц и Зимей продолжали веселиться. Зимей, скорее всего, делал это искренне, а вот его новый приятель так старался вести себя естественно, что Дэм ему не верил. Пепел Велаза наверняка ещё мерцал перед его внутренним взором. Горе так просто не уходит. Что бы ни связывало двух друзей, гибель одного не могла не отозваться в сердце другого. Люц держался отлично, может быть, чуточку слишком хорошо.

Дэм нашёл в темноте грязную ладошку Лилиты. Девушка ответила слабым пожатием. Как здорово, что они встретились. В опустевшем мире стало чуть меньше одиночества.

Пахло вокруг так смачно, что думать хотелось о чём угодно, только не об этом. Дэм рассеянно смотрел в тоннель, из которого они пришли и первым заметил, что там разгорается слабое и уже не пугающее свечение. Вампиров догнала медлительная дрожащая тварь.

Сведох оглядел чумазую компанию и вытянул губы трубочкой. Интересно, запахи он различает? Нос не морщит. В глазах, как ни странно, проступало сочувствие. Дэм начал привычно приглядываться к действиям призрака и довольно быстро разобрал, что тот хотел сказать.

— Эй, ребята, привидение говорит, что отсюда есть и другой выход. Вообще-то странно было бы, если бы его не было. Нам самим следовало давно догадаться.

— Какой выход? — живо повернулся Савва. — Где?

Дэм прищурился, вглядываясь.

— Он говорит — лифт.

После всего пережитого цивилизованное слово прозвучало издевательски буднично, но все инстинктивно подтянулись, словно их пригласили в важные гости, а они в дерьме и нефти, и надо срочно искать выход, а то и два.

— Лифт, — бережно произнёс Зимей.

Должно быть, ему тоже нестерпимо захотелось отскоблить грязь, одеться и войти в чистую кабину, что вознесёт к благам цивилизации.

— Пошли! — отдал распоряжение Савва.

После знаменательного спуска уцелели четыре бутыли с нефтью, трофей этот дался так трудно, что решили его не бросать. Призрак поплыл себе впереди, вампиры потопали следом. В помещении, где все уже побывали и ничего не нашли призрак завис возле пустой стены и знаками начал показывать, что вход в искомую шахту — здесь.

Дэм присмотрелся, но ничего особенного не увидел: стена как стена. Гладкая. Люц протолкался вперёд, осмотрел ближайший стык и, не обращая внимания на малопонятные жесты привидения, налёг плечом. Что-то треснуло, хрустнуло, но явно не кости. Казавшийся неприступным каменный монолит плавно повернулся на невидимой оси, и открылось новое помещение, сравнительно небольшое, но вот тут двери оказались уже настоящие. Целых две. Зимей радостно погладил ветхий от времени пластик и стеснительно убрал руки за спину, когда на нём остались грязные следы.

Автоматика тут если и была, то давно своё отработала, вампиры, впрочем, легко справились вручную. Кабина стояла здесь же — тёмный пустой параллелепипед. Сведох то ли немного «разгорелся», то ли вампиры просто привыкли к нему и теперь различали в его свете ближайшие предметы. Внутренность лифта смогли разглядеть. Зимей по-детски тыкнул в верхнюю кнопку, но, как и следовало ожидать, ничего не случилось. Прошлое не хотело возвращаться к потерявшимся во времени вампирам. Пришлось проламывать дыру в потолке и вылезать непосредственно в шахту. Для ловких и сильных бессмертных карабкаться вверх по решёткам облицовки труда не составляло, единственно бутыли опять задерживали. Скользкие и неудобные, они раздражали, но бросать их теперь казалось неприличным.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})