Сакральный эрос Третьего Завета - Мария Нагловская

сыном человека, кто во сне своем боролся с Богом, но кто, после пробуждения, осознал свою слабость, признав себя рабом Бога».

В Иисусе и через Иисуса человечество отреклось от своего рабства. Оно сделало это от всего сердца, от всей души, сосредоточившись в эту возвышенную минуту в сердце Спасителя, и тем самым противопоставив горизонтальной оси Отрицания вертикальную ось Грехопадения:

«Мужчина и женщина да возненавидят собственную плоть, поскольку это помеха для достижения Царства Небесного.

«Да оставят отца и матерь своих, и не возлюбят соседа своего кроме как во имя Христа.

«Да узнают они, что Бог — Невыразимый! — именуется Отцом, и что он хочет их всех в свой неосязаемый мир, такой же нереальный, призрачный и возвышенный, как и Он сам.

«Да не будет у них любой собственности, потому что любой предмет их «нижнего» мира потянет за собой вниз, как на зов плоти, прочь от Христа.

«И пусть навсегда запомнят, что никто не сможет спастись, как только полностью растворив свою волю и индивидуальность в белом Конусе, сформированном Христом».

Доктрина Третьей Части Троицы, даже если она отвергает учение растворения в Белом, требует от своих последователей глубокого и искреннего почитания Первого Распятого, кто прервал линию грехопадения, переведя Жизнь (=Бог) на новый путь.

Глава III. Жена Неизвестного

В храмах Братства Рыцарей Золотой Стрелы, где юные девы, предназначенные на роль жриц, проходят инициацию, звучит такая молитва:

О, Иисус, дитя из Назарета, сын Марии и Неизвестного, Как часто в нежной юности моей молила я Тебя забрать меня к себе! В церквах, в мольбе склоняясь Среди печальных, изнуренных лиц. И восковые свечи загорались сами от любви моей. О! Я вижу эти стебли цвета бледной охры, И золотые лепестки, дрожащие от дуновенья ветра! И капли воска падают на пол, и как хотела я той каплей стать, Чтобы поймать Твой взгляд благословенный! Да, я прониклась сладостью смертельного Падения на грудь Спасителя, и падая, пою: «Приветствую Тебя, мой повелитель!» Но ты хранишь молчание, напрасно душу обнажает Молящийся, колени преклонив. Возможно, связанный священной клятвой, ты отклоняешь мою жертву. И если ты, Иисус из Назарета, сын Марии и Неизвестного, забыл мои мечты, Я говорю тебе: Я прежняя, взывавшая к Упрямству твоему. И в день рассвета, в ярости штормов и сполохов, Наступит вечер вдруг, и дочери узрят, как другие купола Покроют древние соборы. Тогда не будет музыки гнетущей, исчезнут Мрачные намеки, что толпы до земли склоняли, И станут знаками любви и радости для всех дрожа-щие от ветра лепестки над пламенем свечей. И к новой Мессе[83] мы пойдем, но не как прежде, скрытые вуалью грешниц, а как чудесные цветы в прекраснейшем венке, где каждый лист его вдыхает Солнце. Перед Алтарем, где жрицы справят новые обряды, скажи нам, Иисус из Назарета, почему Неизвестный взял Марию в жены?

Глава IV. Иуда Искариот

Ни один не сможет стать адептом религии Третьей Части Троицы, если не примет догму, что деяния Иуды и Иисуса стоят рядом, дополняя друг друга, как усилие левой ноги служит дополнением правой при ходьбе.

Новая Доктрина в этом отношении утверждает следующее:

Если бы Иисус из Назарета не был бы предан Иудой Искариотом, своим другом и учеником, тогда Христос был бы распят врагами своими, не испытавшими мук раскаяния. И в этом случае человечество, которое в Иисусе и через Иисуса достигло бы Абсолютной Белизны на кресте — вознесение на несуществующее небо Отца. Тогда иссяк бы источник силы для формирования основания Треугольника, что поддерживает Жизнь (=Бог) на Земле, намечая новый путь, путь Второй Эры, завершенный сегодня.

Что есть раскаяние?

Это есть второй символический укус Змея, что пронзает плоть вслед за душой посвященного.

Первый укус, также называемый первым поцелуем, противопоставляет волю ученика всему «доброму», что держит его в рамках моральной рутины, на чем основано общество прежнего порядка.

Первый поцелуй или первый символический укус Змея, следовательно, является в основном революционным, и если за ним не следует второй, то последствия для души будут разрушительны.

Ничто не может быть построено в разумном и долговечном ключе посвященными, кто был укушен Змеем только раз, который в Великой Школе олицетворяет, в общем виде, Соперника Бога (=Жизнь), а в частном виде — отрицание акта размножения, угодного Жизни (=Богу), для того, чтобы Вселенная могла существовать дальше.

В тоже время, прошедшие неполную инициацию посвященные, необходимы в определенные периоды человеческой и космической истории, и это объясняет, почему понимание второго ключа порой исчезает в храмах, делая невозможным завершение Мистерии Подвешенного, меняющей Путь Бога.

В темные времена великих исторических циклов, подобно таким, когда родился Иисус, это знание, наоборот, присутствует, и тогда те, кто должен осмыслить и исполнить то, что было записано, осознают и действуют.

Вместе с ними, все человечество осознает и действует, даже если отдельные индивидуумы не утруждают себя этим.

Иисус знал, что его Страдания будут бессмысленны в