Жуткие приключения в империи (СИ) - Лямина Софья Ивановна

— Что происходит? — вопросил он, глядя мне в глаза с неожиданной улыбкой.

— Мы завершили расследование, — оповестила я собравшихся, пока императорский племянник задумчиво перебирал пальцы на моей ладони. — приступаем к завершающей фазе — поимке ведьмы. Для этого нам понадобился отвлекающий маневр. Просим прощения за доставленные неудобства, не рассчитали с телепортацией, пришлось выкручиваться. Ведь лучше и масштабнее свадьбы еще никто и ничего не придумал.

Повисла тишина, во время которой маги и моя тетушка Румпельштида почему-то обменивались красноречивыми и понимающими взглядами. Уловить их смысл я не успела, поскольку тишину неожиданно разорвал Томас.

— Сколько у нас есть времени? — вопросил брат императора.

Взгляд его оказался необычайно решительным, а хлопок по столу, которым он словно точку в решении поставил, грозен. Никто не ожидал такой поспешности от обычно спокойного и деликатного мага.

— Три часа, может немногим больше. — произнесла я. — Но нужно сказать, что у «Реального волшебства» в сложившейся ситуации нет согласованного с руководством плана. Поэтому действовать мы можем на собственный риск и с вашего одобрения. Мы бы не стали рисковать и надеяться на эфемерное «авось», но в данной ситуации ничего иного нам не остается. Ведьма понимает, что мы вот-вот ее настигнем, а значит может затаиться. Свадьба же явно привлечет ее внимание, нам остается только надеяться, что она не пропустит это события и придет. Но что последует за этим, мы не знаем. Готовиться нужно к худшему.

— Пора закончить с этим. Еще никто не смел терроризировать империю так нагло и так долго, а потому настало время проявить себя и дать отпор. Мы маги, это наша земля и наши люди. Довольно. — решительно заявил Томас. — Дворцовый персонал…что же, еще никто не организовывал императорские свадьбы за три часа. Это вызов! Беру на себя банкет, Ланфорд — займись собой, Грейсток — на тебе украшения и музыка.

— Ну а я тогда отправлю приглашения. — вдруг заявил император, на которого после этих слов устремились все взгляды. — Мы с давними приятелями давно ведем спор, кто первый женится: Грейсток или Ланфорд. Пора сорвать куш!

Если кто и имел соображения насчет азартных игр, то не сказал. Все как-то заспешили, заторопились заняться своими делами.

— Мы пока займемся невестой. — с широкой улыбкой выдала тетушка и ухватила меня за запястье, после чего нам поглотил телепорт.

Вот после этих слов мне и стало по-настоящему страшно, ведь было в тоне Румпельштиды нечто такое, что не оставляло сомнения. Будет нечто.

Вот так, спустя несколько часов, я стояла у зеркала в полный рост в наших с Ланфордом покоях. Под босыми ногами был подиум, а вокруг перебежками передвигались придворные дамы и слуги. Глядя на неразбериху из ткани, цветов, фаты и блесток, мне впервые подумалось, что план какой-то сомнительный.

Беспокоило меня неясное предчувствие чего-то плохого. Хотя разве могло быть в этой ситуации как-то иначе? Еще и императорской семье мы не успели рассказать, что выяснили у демона. Страшно представить, как тяжело будет перенести мысль, что твоя любимая супруга и мать были не теми, кем их считали. Особенно больно было думать, как эту новость воспримет Ланфорд, так горевавший о смерти матери в катастрофе.

Вот какого ему будет узнать, что все то время он оплакивал совершенного другого человека? С горечью в сердце я думала, что он почувствует.

Вокруг меня же разворачивалась бурная деятельность: вокруг что-то постоянно падало на пол, ломалось и терялось, слышались крики и обсуждения. Заправляла всем этим театром абсурда моя тетушка, которая буквально источала позитивный настрой. Понять, что же приводит ее в такой восторг, мне было сложно. Она же в ответ на вопрос отмахивалась и говорила, что свадьбы всегда вызывали у нее умиление.

К слову, именно тетушка и нашла где-то надетое на мне платье, которое, нужно отдать ей должное, было просто невероятным и по-земному современным. Белоснежный фатин уходио вниз шлейфом, словно лилия, а на груди платье держалось за счет тугого корсета, открывающего руки и декольте. Рукава были пышными и держались на плотной резинке на уровне плеч, оставляя линию ключиц и декольте полностью обнаженными. Смелый фасон для местных-то порядков.

— Красавица! — с неожиданным умилением произнес напарник, а глаза его мне вдруг показались подозрительно влажными даже в отражении.

— Ты чего это? — с подозрением вопросила я.

— Да, Владка, я же не думал, что вообще тебя когда-нибудь замуж выдам! А тут такая возможность, понимаешь? — ничуть не постеснялся заявить напарник, демонстративно высмаркиваясь в платок.

Тем временем Гаэль, приставленная ко мне в помощь еще с первого дня прибывания во дворце, уже заканчивала с прической. Заморачиваться с пленениями мы не стали, просто уложили локоны и добавили объема.

— Вы самая красивая невеста, которую я когда-либо видела! — восторженно повторяла она, окропляя мои плечи блестящей пудрой. Макияж был под стать — ненавязчивый, естественный и сияющей.

— Ну что ты… — бормотала я, чувствуя себя с неожиданной силой лицемеркой. Люди вот переживают, слезы умиления льют, а я на ведьму охочусь. Ну и дела!

Кто бы знал, что явление местной делегации ко мне на Землю еще несколько месяцев назад завершиться таким фарсом? А ведь тот день начался как самый обычный, как среднестатистический такой день. Ничего не предвещало беды, так сказать.

Думала я об этом всю дорогу до местного храма, который оказался самым большим и помпезным в столице. Это мне рассказал Игнат, пока мы шагали в портал. Он уже успел навести справки и узнать о местных порядках, пока на мне подшивали платье.

Оказывается, все члены императорской семьи женились в этом храме по традиции, укоренившийся в населении с незапамятных временем. Исключениями были девушки императорской семьи, которых выдавали замуж за правителей соседних государств. Они вступали в брак по традициям их мужа, однако даже после этого многие прибывали на родину и повторяли свои клятвы в стенах этого храма. И все потому, что согласно легенде, здесь за бракосочетанием наблюдали боги, которые не стеснялись вмешиваться в обряд, если видели, что пара друг другу не подходит. Но такого никто из рассказчиков Игната не застал.

Мы шли по белоснежной ковровой дорожке, по каждую сторону которой украшали живые цветы. Они опутывали резные колонны и спускались шлейфом под ноги, ползли по каменным скамейкам, где восседали гости, и убегали на витражные окна, выходящие на площадь, где начиналось море. Музыку играл струнный оркестр, где в самом деле ыл виолончель. Даже две. Но что самое примечательное, за аркой, где должно было пройти бракосочетание, стоял круглый фонтан с фигурой не той феи, не то ангелочка. И вот там, в воде, плавали очаровательные утята с деловито крякающей мамой-уткой.

Тетушка, которая вела меня к алтарю по другую руку, невинно отметила:

— Ну ты погляди, любой каприз.

Все места для гостей оказались забиты до отказа. Там, где полагалось сидеть пяти людям и нелюдям, разместилось по девять, и весь немалый зал был заполнен доверху. Среди лиц мелькали представители разных рас, а среди гостей в первых рядах, я была готова поклясться, сидел король соседнего государства.

Но как же так? Как они собрали всех за три часа! И зал был украшен так, словно к событию готовились месяцами!

В самом центре просторного зала, где в крыше виднелся стеклянный купол, стояла потрясающая по красоте арка из цветов. Здесь же с большой книгой в руках величественно смотрел на собравшихся местный представитель духовенства в вышитой золотой накидке. По правую руку от него внимательно и с восторгом смотрел на меня Ланфорд, на котором был вполне земной, привычный черный костюм и белоснежная рубашка.

— Здравствуй, — шепотом произнес он.

— Привет, — отозвалась я.

— Ты выглядишь ошеломительно, — посчитал нужным произнести маг и вдруг, совершенно неожиданно, улыбнулся такой обаятельной, шальной и мальчишеской улыбкой, что по залу пронесся удивленный гул.