Коварство и любовь - Линда Уиздом

Он вздохнул, вспоминая то время.

– С самого начала она никогда не обращалась прямо ко мне. Она либо наговаривала сообщения на автоответчик, либо присылала напечатанные записки. Когда цветы и подарки стали присылаться регулярно, я пустил по следу Джинни. Джинни может все разнюхать лучше любой ищейки, но даже она не смогла узнать имя моей поклонницы. Заказы оплачивались наличными, а покупательницу никто не запоминал. Вскоре эти подарки превратились в предмет всеобщих шуток. Все постоянно прохаживались по поводу моей тайной воздыхательницы, а женщины установили очередь на получение этих цветов. – Джош допил вино и уставился на опустевший бокал. – Мне кажется, виски сейчас подошло бы лучше. Вино недостаточно притупляет чувства.

Лорен покачала головой и поплотнее прижалась к его руке с явным намерением долго оставаться в этой позе.

– Прекрасно притупляет, просто у тебя сейчас это все равно не получится. И потом, мне виски нельзя, потому что я принимаю антибиотики.

– Тогда тебе и вино нельзя, – резонно заметил Джош.

– Кто здесь врач?

Он наклонился и поставил бокал на журнальный столик.

– Паршивый ты врач, если думаешь, что имеешь право пить вино, принимая таблетки, и в то же время отказываешься пить что-либо покрепче.

– Никогда не слышала, чтобы пациенты на меня жаловались.

– Да они же не могут! Они – мертвые! – Он расхохотался, почувствовав себя неожиданно намного спокойнее, чем за все последнее время.

Джош крепче обнял ее, перебирая пряди ее волос и рассматривая, как свет лампы бросает на белокурые пряди блики, делая их золотыми, темно-русыми и пепельными. На него веяло легким лимонным запахом ее шампуня. Уже не в первый раз он задавал себе вопрос, почему потрепанному жизнью, перевалившему за сорок типу так повезло и он встретил это неповторимое существо. Он старался не слишком задумываться над этим, чтобы не оказалось, что все совсем не так и что Лорен исчезнет из его жизни именно теперь, когда для него стало так важно, чтобы она осталась.

– Когда все кончится, давай поедем куда-нибудь в далекое тихое местечко на несколько дней, где можно расслабиться и быть самими собой?

Она закинула голову, чтобы лучше его видеть.

– Да, чтобы нас заела скука от безделья?

Его шепот щекотал ей ухо.

– Я уверен, что если бы мы объединили свои мозговые усилия, то смогли бы придумать что-нибудь достаточно увлекательное.

– Не сомневаюсь.

Джош положил подбородок ей на макушку и обнял ее обеими руками.

– Я подумал, что было бы хорошо уехать на время из города и найти какое-нибудь заброшенное местечко, где нам не нужно было бы беспокоиться из-за сообщений автоответчика и непрошеных гостей.

– На побережье, – подсказала Лорен. – Я хочу засыпать под шум океана.

– Я подыщу что-нибудь подходящее. Только не рассчитывай, что тебе удастся много спать. Некоторое время они молча сидели, с удовольствием слушая музыку.

– Завтра я выхожу на работу, – сказала Лорен тихо. Она говорила быстро, чтобы Джош не успел ее перебить. – Я не могу прятаться, Джош. Я пробовала делать это раньше и в результате стала бояться собственной тени, пока не научилась давать сдачи. И потом, в конторе она ничего не делала.

– А кража Нормана – это что? По-моему, сомнений быть не может, что именно она его взяла.

– Мне кажется, она просто хотела показать свою власть. Она хотела продемонстрировать, что может попасть в мой кабинет, если только захочет, в любое время, и никто ее не заметит. Она проникает на нашу территорию, потому что думает, что это дает ей преимущество. Она как будто хвастается, что может перебирать наши личные вещи, когда ей вздумается. В морге мне будет очень спокойно. Мне не верится, что она захочет туда слишком часто наведываться. Бывает, что мне и самой не хочется туда идти. – Лорен высвободилась из его рук и посмотрела ему в лицо. – До сих пор мы с тобой могли продолжать вести наш обычный образ жизни. Мне лучше вернуться на работу, чтобы доказать ей, что она меня не победила.

– А я как раз собирался взять отпуск. Я подумал, что все может затихнуть, если я на время перестану появляться в суде.

– Учитывая твой рабочий ритм, ты за несколько дней сойдешь с ума, если тебе нечего будет делать. А кроме того, я не думаю, что это поможет. – Она понизила голос. Лорен не хотелось признаваться, что иногда ей казалось, что его неизвестная поклонница каким-то чудом может слышать каждое их слово. Она как будто узнавала о происходящем раньше Лорен и Джоша. – Мы просто продолжим жить, как будто не придаем ее выходкам никакого значения.

Джош потянулся к ней, засмеявшись, когда она попыталась уйти.

– Я лично и не придаю ей никакого значения. Поэтому иди-ка поближе, и мы обсудим, как правильно препарировать лягушку.

– Если тебе хочется поговорить о препарировании, то я всегда могу рассказать историю о своем первом вскрытии.

– Кровавую? – с притворным ужасом спросил он.

Она усмехнулась.

– Из тех, от которых у маленьких мальчиков волосы становятся дыбом.

– Тогда я навострил уши.

Лорен с иронией взглянула на него.

– Тебе хорошо, а вот у жертвы они были отрезаны, как и некоторые другие анатомические подробности, которые он, несомненно, считал очень существенными.

– Ого!

– Я уверена, что он выражал свой протест гораздо энергичнее.

Несколько мгновений Джош не отрываясь смотрел на Лорен.

– Что такое? У меня лицо испачкалось? – Она потерла щеки, затем скосила глаза на кончик носа. – Что случилось?

– Эта ядовитая смесь со стеклом могла изувечить тебе все лицо, а ты совсем не переживаешь по этому поводу. Только пожаловалась, что саднит кожа. Ты выглядишь так, будто просто переболела ветрянкой.

– Какой смысл переживать из-за того, что не случилось? – сказала она, кладя себе на колени диванную подушку. – На самом деле я не думала о последствиях даже в самом начале. Я просто старалась избавиться от жжения, потому что было очень больно. Ты второй человек, который говорит об этом. Гейл сегодня тоже про это сказала.

Джош замер.

– Гейл говорила об этом?

Лорен кивнула.

– Она сначала спросила меня, когда мы шли обедать, и потом, когда мы ездили по магазинам, она снова вернулась к этой теме. Она считает, что не смогла бы хорошо справиться с ситуацией, если бы все это произошло с ней. Я пыталась объяснить ей, что никогда нельзя знать заранее, что произойдет, пока это не произошло, и что нет смысла тревожиться из-за того, что может никогда не случиться. А если случится, тогда и нужно с этим справляться. Я думаю, это потому, что я выросла в невозможно нормальной семье. Моя мать на старшем курсе колледжа стала королевой красоты штата, а отец был известным в колледже спортсменом. При этом оба считали важным, что у человека внутри, а не то, как он выглядит.