По зову сердца - Джин Стоун

— Жаль, я не запомнила, как он был одет, — заметила Джинни. — В этой толпе мы запросто можем его не найти.

Едва она сказала это, как Джесс заметила Ричарда-старшего. Он сидел за столом с другим мужчиной и весело хохотал.

— Вот он, — прошептала Джесс.

И тут же пожалела о том, что они пришли. В конце концов здесь не ярмарка, а они уже не девочки.

Но Джинни уже проследила за направлением ее взгляда. Отступать поздно. Джинни направилась к столику своей особо важной «походкой Джинни».

— Мистер Брэдли! Так вот где вы проводите канун Дня поминовения!

— Джинни! — удивленно воскликнул старик и быстро встал. — А вы, милые дамы, что здесь делаете?

— Пришли на звуки музыки, . — объяснила Джинни. — Не беспокойтесь, мы сейчас уйдем.

— Уйдете? Даже если я поджарю вам гамбургеры? — удивился старик.

— Но у вас местное торжество… — слишком решительно возразила Джинни.

— И что с того? — Ричард-старший вдруг подмигнул. — Сегодня вы — мои гости. Так чего вы хотите? Гамбургер? А что скажете насчет тушеных моллюсков Милли Джонсон? Они очень свежие и вкусные.

— Ну… — протянула Джинни с сомнением. — Если вы настаиваете…

— Конечно. А еще я настаиваю на том, чтобы вы называли меня Дик.

«Дик, — подумала Джесс. — Нет, пусть уж Джинни сама завязывает с ним дружбу».

— Оставайтесь, — продолжал старик. — Получите хороший материал для вашего исследования.

— О, в этом я не сомневаюсь! — с энтузиазмом воскликнула Джинни. — Ну ладно, если так, я съела бы гамбургер. Джесс, а ты?

Джесс между тем разглядывала толпу, надеясь увидеть Мелани, младшую из Брэдли.

— Нет, благодарю вас, я не голодна.

— Как, даже гамбургера не хотите? — изумился Дик. — У нас здесь всего полно. Ричарда и Мелани нет, а я притащил продуктов на целую дивизию.

Если бы Джесс играла в покер, то непременно выдала бы себя в эту секунду. Она быстро отвернулась, чтобы Дик не заметил ее разочарования.

— Так ваши дети не пришли? — спросила Джинни.

— Только Карен. Ричард на Большой земле, а Мелани дома с моей маленькой внучкой Сарой.

В утреннем воздухе звенел смех, раздавались веселые крики детей, слышалась оживленная болтовня взрослых, цокали подковы лошадей, а несколько мужчин в комбинезонах настраивали свои аккордеоны. Все вокруг было наполнено звуками, но когда Джесс осознала смысл слов Дика Брэдли, ей показалось, что воздух застыл и все звуки умерли.

Джесс повернулась к Дику.

— С Сарой? — переспросила она.

Морщинистое загорелое лицо семидесятилетнего старика просияло.

— Непоседа она, моя Сара. Играла на школьном дворе и сломала ногу, бедняжка. Теперь нога до бедра в гипсе.

Щеки Джесс горели, сердце ныло, и бабочки, порхавшие у нее в желудке с давних времен, опять ожили.

— Значит, Сара — ваша родная внучка?

Джинни, схватив ее за руку, сказала:

— Что ж, очень жаль девочку. Наверное, если мы еще на какое-то время задержимся на острове, то познакомимся со всеми Брэдли.

— А долго вы намерены здесь пробыть?

Вопрос этот задал не старик. К ним тихо подошла Карен. Теперь она стояла рядом и смотрела на Джинни и Джесс с нескрываемым любопытством.

И тогда Джесс поняла, что Карен знает. Ее пробрала дрожь. Но вовсе не из-за утренней прохлады, не из-за свежего ветра над поверхностью озера, а от взгляда Карен, в котором она прочла очень многое. Карен знала, кто такая Джесс. И знала, с какой целью та приехала в Вайнард.

«Почему моя мама не отзывается?» — Джесс вспомнила приглушенный голос, звучавший в телефонной трубке. Интуиция подсказала ей, что тот голос принадлежал Карен. Именно она оставила сообщение и прислала письмо.

Но зачем?

Джесс не отрываясь смотрела на Карен. Во рту у нее пересохло, она не могла даже моргнуть.

Откуда-то издалека донесся голос Джинни:

— Мы пока не решили, когда уедем.

— Мне нужно знать точно, — отрезала Карен. — Завтра День поминовения, и я должна знать, когда смогу бронировать ваши номера для других гостей.

— Мы вам скажем, — пообещала Джинни и повернулась к Дику:

— Так где же гамбургер? Я умираю от голода.

Джесс оторвала взгляд от лица Карен, но чувствовала, что та все так же пристально смотрит на нее. Лишь через несколько секунд Карен направилась к озеру, удаляясь от Джесс, Джинни и всеобщего веселья.

— Мы не нравимся ей, — заметила Джинни, обращаясь к Дику.

— Карен? А ей никто не нравится. Только гуляя по пляжу и собирая свои дурацкие стекляшки, с которыми потом ничего не делает, она счастлива.

Джинни согласилась уйти с пикника, лишь покончив с последним гамбургером и двумя рожками мороженого. Джесс прошептала ей на ухо:

— Мы больше ничего не узнаем. Мелани здесь нет.

Простившись с Диком, подруги направились вниз — туда, где Джесс оставила машину. По дороге в гостиницу Джесс испытала внезапное желание посмотреть на воду, почувствовать на коже тепло солнечных лучей и послушать шум прибоя.

— Хочу на пляж, — сказала она Джинни. — Мне нужно посидеть у моря и подумать.

— Отлично. Ничего не имею против.

Джесс улыбнулась и развернула «ягуар». Очень скоро они уже проезжали мимо больших старых усадеб, расположенных на значительном расстоянии друг от друга. Все они казались необитаемыми.

— Наверное, их снимают на лето богатые ребята, — предположила Джинни, взглянув на Джесс. — Думаю, и ты в детстве уезжала на каникулы в такое место.

— Очень смешно, — недовольно отозвалась та.

Впрочем, она была рада, что выросла в обеспеченной семье: опыт Джинни наглядно доказывал, что жизнь бывает куда более жестокой.

— Когда я была маленькой, — проговорила Джинни, — мама каждое лето на неделю возила меня на Ривер-Бич. Мы жили в пансионате, где была одна ванная на всех.

— Но ведь однажды вы приезжали сюда.

— Ну да. Единственный раз. А потом она встретила ту гниду, вышла замуж, и больше мы никуда не ездили.

— Да. Я помню его.

Джинни вздохнула. «Как хорошо, — подумала Джесс, — что мы обе примирились со своим прошлым».

Они проехали мимо нескольких теннисных кортов, мимо почты (разумеется, не работающей), мимо местного клуба (тоже запертого на замок). Дальше дорога делала крутой поворот. «Ягуар» быстро пронесся вдоль фасадов нескольких больших домов, стены которых были покрыты налетом соли. На самом краю города стоял флагшток, а под ним — две скамейки. Джесс затормозила на обочине и выключила мотор.

— Давай пройдемся по берегу, — предложила она.

Джинни послушно открыла дверцу.

От воды, мирно плескавшейся внизу, их отделял крутой спуск, покрытый высокой травой, которая пригибалась от ветра.

— Вон тропинка.

Джинни указала на дорожку, уходящую влево. В самом начале ее был укреплен указатель: «Частное владение. Уэст-чопская ассоциация».