Двойная игра - Барбара Босуэл

Он четко знал, что должен сделать, но сердце его разрывалось при мысли об этом. Он всегда выполнял то, что от него требовалось, но сейчас, как никогда раньше, ему была противна сама мысль о том, чтобы поступить правильно. Он отошел в другой конец кухни в надежде, что в отдалении от Кендры он сможет окончательно утвердиться в своем решении.

— Кендра, нет, это невозможно. То, что случилось, больше не повторится. Это нелепо, не правильно, и…

Ваша Честь решил, что больше не потерпит полного невнимания к своей особе. Собака подбежала к парадной двери, непрестанно лая, затем вернулась обратно на кухню и, виляя хвостом, посмотрела на них, словно ожидая чего-то. В этот момент у двери зазвенел звонок.

— Ой! — вскрикнула Кендра.

— Ваша Честь, должно быть, слышал, как подъехала машина. — Уатт посмотрел на Кендру; ее волосы были взъерошены, а губы опухли от поцелуев. Кто-то стоял за дверью. — Поэтому он и вел себя так неспокойно, стараясь сказать нам, что кто-то идет.

— Мне спрятаться?

Кендра выбежала из кухни, прежде чем Уатт успел ей ответить. В дверь опять зазвонили, потом раздались три настойчивых удара по медному кольцу на двери.

— Эй, Уатт, открой! Я знаю, что ты дома! — Голос Корда был хорошо слышен через дверь. — Не волнуйся, это только я, а не какой-нибудь разгневанный избиратель или настойчивый продавец, или…

Уатт распахнул входную дверь.

— Корд. — Он откашлялся. — Вот так сюрприз.

На самом деле появление брата было огромным потрясением, а не сюрпризом, но, само собой разумеется, Уатт не упомянул об этом.

— Я только что разговаривал с Мери Бет с базы. — Корд быстро пошел вперед, невзирая на попытку Уат-та загородить ему дорогу. Всегда любезный Уатт вынужден был отойти и пропустить его в комнату. — Я проезжал мимо и не надеялся, что ты здесь, а не застрял на какой-нибудь встрече или митинге. У тебя горел свет, и машина, видно, в гараже.

— У тебя какие-то проблемы с базой? — Уатт стоял перед братом, преграждая ему путь. — Ты говорил о шеф-поваре…

— Джек, то есть Жак, все еще не оставил своего намерения стать французом, хотя я надеюсь придумать что-нибудь, чтобы пока удержать его на базе и при этом позволить ему самому решать свою дальнейшую судьбу. — Корд кисло улыбнулся. — Я предложил Джеку подумать насчет трехмесячного отпуска весной следующего года. В это время, как правило, затишье и работы мало. Он бы мог поехать во Францию, а мы бы наняли временного шеф-повара с правом остаться на постоянную работу, если Джек сочтет целесообразным распрощаться с базой для ее и своего собственного блага. У нас, таким образом, будет несколько месяцев, чтобы найти компетентного человека. Так что, надеюсь, Джек хорошо подумает, прежде чем уйти и завершить свою карьеру на базе, когда его, так сказать, дублер стоит за кулисами, ожидая возможности выйти на сцену.

— Отличный план! — одобрил Уатт. — Превосходно. Спасибо за то, что поделился со мной, Корд.

Он взял брата за руку и попытался проводить его до двери.

Корд и не думал двигаться с места.

— Но я не для того пришел сюда.

— Разве? — Уатт чуть было не застонал.

— Я знаю, тебе понравится то, что я собираюсь сказать. — Корд ухмыльнулся, предвкушая реакции Уатта. — Перед тем, как поговорить с Мери Бет, я целый час беседовал по телефону с агентом из туристического бюро, который хочет пригласить на нашу базу небольшую избранную группу. — Он лукаво улыбнулся. — Представь себе, это Общество защитников ОиЛ.

— Защитников оил?

Уатт с тревогой посмотрел на дверь кухни. Где Кендра и что она там делает?

— Нет, ОиЛ — повторил Корд, еще шире улыбаясь. — Это расшифровывается как «Олени и лоси». Общество знает, что национальный заповедник Глетчера богат интересующими их особями, и поэтому намеревается оборудовать там укромное местечко для наблюдения за животными и, по возможности, для их изучения. Агент из турагентства порекомендовала нашу базу, но она хотела удостовериться в том, что у нас готовят вегетарианские блюда. Видимо, во время их последнего визита им подали тушеного лося, и они уехали разгневанные.

Братья засмеялись.

— Ты ведь скучаешь по базе, Корд, — пробормотал Уатт. — Жаль, что из-за этой чертовой кампании всей семье приходится быть здесь и помогать мне. Ты и Холли…

— Мы здесь потому, что сами хотим помочь тебе, Уатт. Никто не принуждает нас. — Корд проворно обошел брата и направился прямо на кухню. — У тебя есть холодное пиво? Эй, а где Ваша Честь?

На последний вопрос он получил ответ сразу же, как только оказался на кухне. Ваша Честь сидел на полу возле стула, на котором коленями стояла Кендра Монро и… наклеивала этикетки на конфеты. Корд в изумлении уставился на нее. Его замешательство быстро сменилось ужасом.

В его ушах звенел обеспокоенный и осуждающий голос Эшлин, заполняя тишину: «Я прошу тебя предупредить своего брата, чтобы он не прикасался к моей сестре… Твой брат… намерен соблазнить мою сестру…» Нахмурившись, Корд перевел взгляд с Кендры на Уатта. Но этого просто не может быть, пытался он убедить себя, вот она, Кендра Монро, слишком молодая для Уатта Кендра, сидит прямо здесь, на кухне у брата.

— Привет, Корд, — радостно приветствовала его Кендра.

На лице ее была ослепительная улыбка. И хотя ее наряд показался ему несколько странным, но блестящие волосы были аккуратно уложены и причесаны, и красивые губы были искусно подведены красной помадой.

Его несколько успокоило полное отсутствие какой-либо скрытности или чувства вины со стороны Кендры.

— Что ты делаешь?

Корд подошел к столу, чтобы получше рассмотреть, что за ним происходит.

— Я студент-координатор кампании Уатта, регистрирующий новых избирателей, — объяснила Кендра, продолжая свою работу. Она освобождала наклейку от бумаги и закрывала ею слово «Милки» на фантике конфеты. — Видите? Здесь написано «Уэй», чтобы каждый знал, за кого голосовать. Мы делаем это, чтобы противопоставить что-то кларкстонскому «Кларку».

Она знала, что говорит убедительно. Уатт так много распространялся о маневре Кларкстона с шоколадными плитками, что она уже начинала забывать о том, что придумала его сама.

— Ты координатор!

Страх и замешательство Корда быстро исчезли, словно смытые волной, и на их место пришло чувство облегчения. В душе он благодарил Всевышнего за то, что избежал многих неприятностей, удержавшись от тирады с обвинениями и предупреждениями. Эшлин просто не правильно истолковала отношения между его братом и ее сестрой, и он чуть было не сделал то же самое.

— Кендра и ее друг Джош рассказали мне об этой хитрости Кларкстона с конфетами, и теперь мы готовим ему отпор, — сказал Уатт, подойдя к столу.