Древние. Возвышение - Джулия Плек

– Только текущее дело больно уж несообразное, – возразил старый ведьмак, трясущиеся руки которого покоились на инкрустированном драгоценными камнями набалдашнике тяжелой трости. – Мы обо всем договорились с этими созданиями почти десять лет назад, а теперь вот этот, – он нахмурился в сторону Элайджи, – имеет наглость врываться сюда с заявлением, что все переменилось. Ваша благодарность оставляет желать лучшего, вампир.

– Я намерен выразить свою благодарность, вместе с остальными укрепляя этот город, – вежливо ответил ему Элайджа. – Трудясь ради его мира и процветания.

– Ты ничего не знаешь о мире, – прошипел Арманд, и Элайджа решил, что начинает понимать, почему этот долговязый молодой оборотень так раздражает Клауса. – Ты до сих пор не ответил, почему напал на нас в полнолуние.

София Леше пристально посмотрела на него, а потом – на его отца.

– А что ваша стая в полном составе делала той ночью в лесу, Сол? – Она говорила обычным тоном, но ее черные глаза подозрительно сузились. – На что наткнулся этот вампир?

Это был справедливый вопрос, и, глядя на исказившиеся лица оборотней, Элайджа задумался, почему сам его не задал. Перед его внутренним взором на миг возник мертвец на деревянном алтаре и лежащая перед ним маленькая белая волчица. Кто она такая, и почему вся стая собралась, чтобы увидеть ее превращение? Ответ, который пришел в голову, был абсурдным, невозможным… но, если он при этом был и верным, тогда члены клана Наварро не рискнут дать Элайдже повод поделиться увиденным.

– Это недоразумение, – грубовато признал свое поражение Сол, избегая встречаться глазами с Элайджей. – В лесу было слышно, что рядом дерутся, вот волки и сбежались на шум. Конечно, заварушка вышла из-под контроля, но все, кто в ней участвовал, уже поправились. Незачем больше об этом говорить. – И он многозначительно уставился на двух своих сыновей.

София сцепила пальцы рук, но ничего не спросила.

– Возможно, – прохрипела Изабель, потом откашлялась и начала снова: – Возможно, нам в дальнейшем удастся избежать недоразумений вроде этого – что бы там ни произошло на самом деле, – если мы удовлетворим просьбу Микаэльсонов.

Казалось, ведьма очень нервничает, и Элайджа даже не сразу понял, что она хочет ему помочь. Конечно, чаша весов уже начала склоняться в его сторону, но он оценил этот жест. Который, несомненно, не понравился остальным членам совета, и те разом загомонили с той или иной степенью возмущения в голосе.

– В словах моей сестры есть толика истины, – размышляла вслух София, игнорируя устремленные на нее сердитые взгляды. – Если вампиры намерены уважать мир в городе, возможно, пришло время сделать их его частью.

– Мы будем не только уважать мир, мы приветствуем его, – быстро добавил Элайджа, не обращая внимания на насмешливый звук, который издал Арманд. – Мы истосковались по собственному дому, и нам только на пользу, если насилие в городе прекратится. На самом деле, – сымпровизировал он, – мы хотели бы устроить бал, чтобы засвидетельствовать нашу поддержку предстоящей свадьбе. Пусть это будет нашим вкладом, которым мы продемонстрируем, что чтим перемирие так же искренне, как и все остальные.

Это предложение, казалось, немного смягчило даже Сола, хотя Арманд продолжал своим мрачным видом выказывать, что его мнение не изменилось.

– Место в наших рядах в обмен на званый вечер? – проворчал Луи, и кое-кто из сидящих кивнул в знак согласия.

– В обмен на мир, – подчеркнула София. – Теперь мы знаем, чего хотят от нас Микаэльсоны. А мы хотим от них обещания, что насилия больше не будет… И «недоразумений» тоже. – Глядя на Сола, она подняла бровь, и тот склонил голову в знак согласия. – Условия выставлять проще тому, кто живет с тобой под одной крышей, чем посторонним. Если мы хотим, чтобы вампиры присоединились к мирному договору, то должны пригласить их в общину.

– Ваши слова одновременно и мудры, и справедливы, мадам, – ответил Элайджа и скользнул вперед, чтобы поцеловать ей руку, которую она протянула ему спустя одно напряженное мгновение. – Званый вечер всего лишь бонус к договору, который в последующие годы принесет пользу нам всем. Думаю, для меня и моей родни нет лучшего способа начать все заново, чем собрать всех вас и отпраздновать радостное событие.

Все как один члены совета поднялись на ноги. Элайджа почувствовал почти головокружительное торжество от того, что добился успеха. Он сделал это, и теперь Древние никогда больше не будут бродягами или изгнанниками.

Глава 27

Ребекка знала, что ей рано или поздно придется встретиться с братьями. Дни с Эриком проходили в блаженной гармонии, но это не могло тянуться вечно. Она по-прежнему оставалась Древней, у нее имелись узы и обязательства. А Эрик по-прежнему был человеком, а значит, опасно уязвимым. Он был готов стать вампиром, но обратить его в Новом Орлеане Ребекка не могла, а покинуть город, пока она не уладила все со своей семьей, тоже было невозможно.

Эрик, пусть и с трудом, сдерживал разочарование, но она его чувствовала. Ему пришлось согласиться с суждением Ребекки, ведь он не мог отрицать, что не понимает всех нюансов существования древнего бессмертного вампира, однако она видела, как раздражают его эти правила и как он жаждет все бросить и вместе с ней обрести свободу.

Но вот настало время встретиться с Элайджей и Клаусом для того, чтобы начать путь в будущее.

Когда они подходили к дому, Ребекка услышала странный воющий звук, который словно бы издавало какое-то животное. Значит, затея с защитными чарами наконец-то удалась, поняла она. За таким барьером братья будут в безопасности… а еще они предупреждены о том, что у них гость – Эрик.

Естественно, дверь распахнулась, стоило им только дойти до крыльца.

– Сестра! – приветствовал ее Клаус и широко раскинул руки, словно охватывая заодно и весь участок земли, на котором они стояли. Его мускулистая фигура заполнила собой дверной проем, а радостная улыбка сменилась опасным блеском голубых глаз. – Ты наконец-то вернулась под наш счастливый кров. – Даже спустя недели Клаус все еще злился на нее из-за их столкновения в гостиничном номере, а значит, она привела Эрика прямо льву в пасть.

– Не сейчас, – прошипела Ребекка, оттолкнула его в сторону и протащила Эрика в дверь. Клаус бодро последовал за ними. Раз брат в таком настроении, для переговоров ей понадобится холодная голова.

Увидев Ребекку, сидевший у грубо сколоченного стола Элайджа положил какие-то бумаги. Она подумала, что на его лице все еще не зажили следы ужасного нападения оборотней. Потом Элайджа увидел мундир Эрика и в удивлении вскочил со своего места.