Сталин. Том 2. В предчувствии Гитлера, 1929–1941 - Стивен Коткин

после смерти отца и матери с малолетними сестрами и братьями, питался мясом умерших от голода братьев и сестер». Оперработники ОГПУ приводили много имен добросовестно работавших колхозников, умерших от голода. Данилов и др. Трагедия советской деревни. Т. 3. С. 648–649 (ЦА ФСБ. Ф. 4. Оп. 11. Д. 42. Л. 62–64: 07.03.1933), 662–665 (Ф. 2. Оп. 11. Д. 42. Л. 113–116: 03.04.1933).

840

Антипова и др. Голод в СССР. С. 363–364 (ЦА ФСБ. Ф. 2. Оп. 11. Д. 42. Л. 149–150: Северный Кавказ, 21.03.1933), 422–424 (Д. 551. Л. 36–38: 31.03.1933).

841

Данилов и др. Трагедия советской деревни. Т. 3. С. 527–528 (ЦА ФСБ. Ф. 2. Оп. 10. Д. 514. Л. 234–236: 05.11.1932), 661–662 (Оп. 11. Д. 42. Л. 101–103: 01.04.1933).

842

Данилов и др. Трагедия советской деревни. Т. 3. С. 644–645 (РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11. Д. 741. Л. 3). В том же марте 1933 г. Троцкий в Турции выражал намерение примириться со Сталиным, объявляя о готовности «без всякой огласки вступить в предварительные переговоры». Сталин мог бы подыграть ему, чтобы заманить его назад в Москву, но вследствие занятости или по каким-то другим причинам, судя по всему, он не предпринял такой попытки. Летом 1933 г. Троцкий принял предложение о получении убежища во Франции, хотя ему не было позволено поселиться в Париже. Petrement, Simone Weil: A Life, 189–91.

843

Davies and Wheatcroft, Years of Hunger, 206, 420 (РГАЭ. Ф. 8040. Оп. 8. Д. 25. Л. 32–35: 22.03.1933).

844

Антипова и др. Голод в СССР. С. 330–331 (РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 918. Л. 1, 18–19, 23–24).

845

Эта мера предпринималась в рамках общесоюзной кампании по перерегистрации оружия. Хаустов и др. Лубянка: Сталин и ВЧК. С. 419 (РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 162. Д. 14. Л. 96–97).

846

Квашонкин. Советское руководство. С. 192–194 (РГАСПИ. Ф. 74. Оп. 2. Д. 907. Л. 58–60: Ворошилов — Гамарнику, из Сочи, 07.12.1932), 196–197 (Д. 38. Л. 80: 17.12.1932), 231 (Д. 43. Л. 60–63).

847

За год до этого Копелев влюбился в дочь специалиста (Ю. Н. Матова), проходившего по «Шахтинскому делу» как «польский шпион» и приговоренного к смерти, но затем помилованного. Копелев. И сотворил себе кумира (1978). С. 234.

848

Kopelev, «Last Grain Collections (1933)», 224–86; Копелев. И сотворил себе кумира (2010). С. 248–304. Функционером, о котором идет речь, был Роман Терехов. Он уцелел и после смерти Сталина вспоминал, как его упрекали в конце 1932 г.: «Нам говорили, что вы, товарищ Терехов, хороший оратор, оказывается, вы хороший рассказчик — сочинили такую сказку о голоде, думали нас запугать, но — не выйдет! Не лучше ли вам оставить посты секретаря обкома и ЦК КП(б)У и пойти работать в Союз писателей: будете сказки писать, а дураки будут читать». Medvedev, Let History Judge, 241 (ссылка на: Правда. 26.05.1964); Зеленин. О некоторых «белых пятнах». С. 15–16.

849

Kotkin, Magnetic Mountain, 198–237.

850

По словам одного современника, Постышев был «высокий и тощий как щепка, со скрипучим низким голосом. Не дурак… но глухой к чувствам других людей». Tokaev, Betrayal of an Ideal, 166. Что характерно, на пленуме ЦК в январе 1933 г. Постышев заявил: «И нечего тут прятаться за спину кулака, тем более что спина у него теперь не такая уж широкая, как раньше», предупреждая, что «этим мы положение не изменим», и призывая участников пленума овладевать искусством управления крупномасштабной и сложной экономикой. Зеленин. Политотделы МТС. С. 53. В марте 1933 г., через два месяца после прибытия Постышева и через месяц после назначения Балицкого уполномоченным НКВД на Украине, Николай Скрипник был уволен с должности республиканского наркома просвещения. 7 июля 1933 г., получив на заседании украинского Политбюро разнос от Постышева за «контрреволюционный национализм», Скрипник вместо политического покаяния вернулся в свою харьковскую квартиру и покончил с собой. Corbett, «Rehabilitation of Mykola Skrypnyk».

851

Впоследствии Копелев перевелся в Московский университет, где он занимался немецким языком. Он был исключен из комсомола за связи с троцкистами.

852

Kopelev, Education of a True Believer, 11–2. См. также: Crossman, God That Failed, 43, 53 (Кестлер). Отец Копелева, агроном, жестоко попрекал своего сына, «редактора-философа», за то, что он отбирает хлеб у голодающих крестьян. Их спор утонул в пьяных слезах. Копелев видел в отце «добросовестного специалиста, но ограниченного, колеблющегося обывателя, обремененного былыми эсеровскими предрассудками».

853

Davies and Wheatcroft, Years of Hunger, 423 (ссылка на: ЦДАГОУ. Ф. 1. Оп. 20. Д. 6275. Л. 225: Харьков, 30.05.1933).

854

Шолохов возлагал вину главным образом на региональных функционеров, но в то же время в отношении увиденного им писал, что это «не отдельные случаи загибов», а «„метод“ проведения хлебозаготовок». 4 июля 1933 г. Политбюро заслушало доклад Шкирятова о «перегибах» в Вешенском районе, после чего второй секретарь района, уполномоченный по хлебозаготовкам, и прочие должностные лица были переведены в другие места, но не арестованы. Данилов и др. Трагедия советской деревни. Т. 3. С. 717 (РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 2035. Л. 4), 717–720 (РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11. Д. 827. Л. 1–22), 720–721 (Ф. 17. Оп. 3. Д. 2040. Л. 5–6); Шолохов и Сталин: переписка начала 30-х годов; Правда. 10.03.1964; Мурин. Писатель и вождь. С. 28–58, 68, 145–147.

855

Хаустов и др. Лубянка: Сталин и ВЧК. С. 429–435 (АП РФ. Ф. 45. Оп. 1. Д. 171. Л. 91–101). Если в 1932 г. из армии было уволено 3889 «социально чуждых элементов», то в 1933 г. их число подскочило до 22 308. В армии в 1933 г. за шпионаж и вредительство было арестовано более 20 тыс. человек. Сувениров. Трагедия РККА. С. 49–51. Сталин заявил Центральному Комитету (02.05.1933), что «русская нация — это талантливейшая нация в мире» (это была его давняя тема), но при этом от «мужика» нужно добиться, чтобы он «свои личные интересы не противопоставлял интересам государства» и не жил прошлым, так как «старое должно отмереть». Сталинский подход к деревне основывался главным образом на его представлениях о русском мужике, а не об украинском крестьянине или кочевнике-казахе. РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11. Д. 1117. Л. 10, 11, 14, 23.

856

24 апреля 1933 г. японский посол в Москве (Ота) осведомился у Карахана о возможности покупки Китайско-Восточной железной дороги, и советское правительство уже 2 мая оперативно дало