Фантастика 2025-46 - Маркус Кас

А на Кавказе Михаил-хана еще ждут грузинские меньшевики, армянские дашнаки, азербайджанские мусаватисты – словом, каждой твари по паре.

Насчет Румынского фронта у меня особое поручение от Александра Васильевича Тамбовцева. Необходимо найти и пригласить в Петроград одного восемнадцатилетнего техника гидротехнического отряда Лаврентия Берию.

Надо так надо, человек он старательный и ответственный. Примерно в тех же краях пребывает еще один замечательный человек, на этот раз проходящий по нашей части. Я имею в виду командира батальона 409-го Новохоперского полка штабс-капитана Василевского Александра Михайловича. Было бы крайне полезно убедить этого талантливого командира не увольняться из армии, а перевестись к нам в Красную гвардию. Там же в запасном кавалерийском полку Юго-западного фронта сейчас служит еще один будущий маршал Победы – унтер-офицер Георгий Константинович Жуков. Все на том же Юго-западном фронте, в тяжелом артиллерийском полку проходит службу двадцатилетний младший унтер-офицер Иван Степанович Конев. И еще надо одного человека нужного и полезного там найти. Прапорщика 136-го Таганрогского пехотного полка Григория Ивановича Котовского. Вот готовый спецназовец: храбр, умен, прекрасно физически подготовлен. А эсеровско-анархическую дурь из его башки мы выбьем. Тогда сумели, сумеем и сейчас.

Один такой будущий советский полководец в составе нашей бригады уже есть. Первого ноября сего года в Рижском сражении, во время контрудара под Иксюлем, механизированное ядро третьего батальона выручило из немецкого окружения группу отчаянно сражавшихся с врагом русских драгун. Против десятка БМП-3 и разогретой драйвом мотопехоты с автоматическим оружием шансов у колбасников не было вовсе. Это был как раз тот случай, когда хищник разом превращается в беззащитную жертву. Побоище, одним словом.

Когда все кончилось, подъезжает к группе героев командирская БМП-3, забрызганная грязью по самую башню, и командир батальона, капитан Борисов, командует из люка:

– Старший, ко мне, доложить обстановку.

И тут появляется он. Шинель грязная, обгорелая, сам чумазый, как черт, но красавец-мужчина, и рапортует:

– Младший унтер-офицер Каргопольского драгунского полка Константин Рокоссовский, господин штабс-капитан…

И все, привет, капитан Борисов поплыл – узнать в этом молодом и лихом кавалеристе будущего маршала Победы было невозможно. Короче, после разгрома немцев у иксюльских переправ и рейда кавалерии на левый берег в составе нашей бригады появился кавалерийский разведывательный эскадрон, командует которым прапорщик военного времени Константин Рокоссовский. Это первое офицерское звание было присвоено ему авансом за храбрость, дерзость и талант при условии, что прочие наши товарищи офицеры помогут ему подтянуть теорию. Предложение это, выдвинутое мной, прошло без замечаний, поскольку учить Рокоссовского для каждого офицера огромная честь, примерно как для ювелира гранить бриллиант в тысячу карат.

Примерно то же самое после перевода в нашу бригаду ожидает и Жукова с Коневым. Учиться, учиться, учиться! Ну, а товарищу Василевскому найдем работу в штабе бригады. У него своя стезя, и хороших штабистов в нашей армии всегда не хватало.

Короче, в поход выступают четыре батальона, механизированное ядро которых сформировано на базе рот морской пехоты, вооруженных БМП-3Ф, две батареи самоходных орудий «Нона-С», для которых Путиловский завод сейчас ускоренно клепает мины к 120-мм минометам, разведывательный эскадрон прапорщика Рокоссовского, сводная кавгруппа генерал-лейтенанта Михаила Романова. Еще нас будет сопровождать бронепоезд «Красный балтиец» с командой, взятой с ремонтирующихся и устаревших кораблей Балтфлота. Бронепоезд бронирован 75-мм путиловской броней и вооружен морскими пушками: двумя калибром 130-мм, четырьмя калибром 102-мм, а также восемью пулеметами «максим», установленными на счетверенные зенитные турели вроде тех, что были в Великую Отечественную.

Причем можно стрелять как по самолетам, так и по пехоте. Лепота, одним словом. Только вот очень бы не хотелось применять весь этот богатый арсенал по русским людям. Наша задача – предотвратить Гражданскую войну, а не разжигать ее. Вот если в прицел попадутся гайдамаки, или еще какая националистическая сволочь, а еще лучше англичане, тогда да – газ до отказа и дави их всех. Как скажет в 1941 году товарищ Молотов, «Наше дело правое, враг будет разбит, победа будет за нами»…

17 (4) ноября 1917 года. Полдень. Петроград. Исаакиевская пл., д. 2. Здание бывшего Военного министерства Российской империи

Полковник ГРУ Вячеслав Николаевич Бережной

Прошлым вечером мне по телефону позвонил Фрунзе и попросил срочно прибыть к нему в наркомат по одному очень важному и неотложному делу. Подробности сообщать не стал, упомянул лишь, что речь пойдет о нашей будущей экспедиции в Киев. Очень любопытно…

Приехав в знаменитый «Дом со львами», что на Адмиралтейском проспекте, в котором располагалось бывшее Военное министерство, я, к своему удивлению, встретил в приемной наркомвоенмора Деникина и Маркова. И сдается мне, что они оказались там совсем не случайно.

После окончания военных действий на Западном фронте генералы оказались временно не у дел. Ребята из ведомства Дзержинского присматривали за ними, но вроде ничего подозрительного не усмотрели. Поругивали бывшие «ваши превосходительства» новую власть, но если сказать честно, то порой за дело. Много еще было у нас бардака, расхлябанности, красивых слов, за которыми не было конкретных дел.

Я поздоровался с Деникиным и Марковым, но толком поговорить с ними не успел. В приемную вошел личный порученец Фрунзе и пригласил нас пройти в кабинет наркома.

Вот тут-то я и узнал о причине сегодняшнего вызова. Оказывается, генералы, узнав о том, что мы готовим бригаду к экспедиции на Украину, решили тоже поучаствовать в этом деле. Антон Иванович ссылался на то, что, дескать, в молодости он окончил Киевское юнкерское училище, а перед Первой мировой войной служил в Киевском военном округе, где командовал 17-м пехотным Архангелогородским полком, расквартированном в Житомире.

– Михаил Васильевич, – уговаривал Деникин Фрунзе, – уж мне ли не знать те места, куда отправитесь вы с полковником Бережным. Я там на знаменитых киевских маневрах все излазил вдоль и поперек. Да и знакомых там осталось немало.

Генерал Марков подобными тесными связями с Украиной похвастаться не мог, но ему тоже очень хотелось вместе со старым другом и бывшим командиром попасть в Киев, чтобы разобраться «с новоявленными Мазепами».

– Михаил Васильевич, – сказал он, – я готов отправиться с вами хоть рядовым в бригаде уважаемого Вячеслава Николаевича, лишь бы собственноручно разогнать всю эту самостийную шваль, нагло горлопанящую, что «Украина це не Россия!». Похоже, что эти любители галушек и борща совсем рех- нулись.

А мне вдруг почему-то вспомнились вещие слова Виссариона Белинского о Тарасе Шевченко: «Ох эти мне хохлы! Ведь бараны – а либеральничают во имя галушек и вареников с свиным салом!»

– Господа генералы, я понимаю и разделяю ваши патриотические чувства, – с улыбкой сказал