Город греха - Misty Rain of Jiangnan

Глазное яблоко(2)

Ричарду пришла в голову новая мысль: “амбиции этого человека не могут быть такими маленькими. Возможно, Гатон и правда, не хотел ничего видеть, когда сидел здесь.”

Он закрыл глаза и расслабился, чувствуя, как сильный ветер бьет его в лицо. Он медленно начал что-то чувствовать, но не мог коснуться этого. Тем не менее, он сохранил терпение и вернулся к состоянию спокойствия. В конце концов была заложена прочная основа для медитации, которая медленно успокаивала его.

Однако это была не совсем медитация. Он просто спокойно сидел, опустошая голову и сердце.

Когда сердце опустошалось, можно было, наконец, вложить что-то новое. Сколько можно было вложить, зависело от того, насколько большим было это место. Ричард чувствовал, что не может вложить в него слишком много: всего два образа, и он был почти полон.

Но этот человек? Этот человек, казалось, мог удержать в себе весь мир... или, возможно, только один силуэт.

Ричард, наконец, открыл глаза после того, что казалось вечностью, выдохнув облако мутного воздуха, он встал с тяжелым вздохом.

Он прислонился к подоконнику, глядя на огни города внизу. Зеленая луна висела высоко в небе, слабый лунный свет танцевал среди звезд, рисуя бесконечную картину. Однако за этим фасадом славы скрывался целый мир заговора, роскоши и желаний темнее ночи. Под прекрасным небом лежал город греха.

Он был поглощен этой темнотой, сражаясь изо всех сил, он надеялся однажды появиться на вершине этого хаоса. И еще, снова и снова, он ошибался. Конец его путешествия был так далеко. Тем не менее, этот человек уже стоял на вершине этого беспорядка.

Ричард знал, что его путешествие только началось. Пока он без конца идет вперед, однажды он доберется до него.

……

Стюард стоял у лестницы, явно ожидая его, казалось, уже очень давно.

Старик все еще не полностью оправился от ран. Несмотря на то, что божественные заклинания могли исцелить раны, повреждение мышц и костей требовало времени. Ему все еще было довольно трудно передвигаться. И все же, несмотря на всю эту боль, он настоял на том, чтобы встать с кровати и выполнить свои обязанности, как только Ричард вернулся. По крайней мере, спина у него была прямой, как шомпол.

“Молодой господин, в гостиной вас ждут два посетителя. Четвертый принц Нирис и Агамемнон Орлеан.”

“Нирис и Агамемнон? Это странно... хорошо, приведите меня к ним.”

Нирис встал в тот момент, когда Ричард вошел в гостиную, смеясь: “Насколько у вас примитивная гостиная?! Разве у Архерон сейчас не девять...стоп, нет, десять персональных слоев? Такой скупой, ты даже не можешь украсить это жалкое место.”

Ричард потерял дар речи. Он понимал, что роскошь является частью королевского этикета, но Гатон никогда не был слишком разборчив в подобных вещах.

“Мы пришли не за этим,” перебил принц Агамемнон.

Нирис согласился, “Правильно. Ричард, я слышал, что в твоем Лесном Слое восстание, и совершенно очевидно, что маг-Дракон не справилась бы с этим сама. Или лучше сказать, она не хочет справляться сама? В любом случае, ты пойдешь туда, чтобы помочь ей, что и привело меня сюда. Мы хотим сражаться вместе с тобой.”

“В Лесном Слое?” Ричард выглядел смущенным. Этот вопрос не имел никакого отношения ни к одному из них, поэтому он не мог понять их интереса к нему. Они были военными маньяками?

“Ну... это семейное дело,” сказал он тактично. Он не слишком беспокоился, ведь королевская семья и герцог Айронблад обладал гораздо большим, чем Архероны с точки зрения богатства, их проблема была не в нахождении слоев, а в поиске людей для их развития. Однако приглашение или даже просто разрешение членам других семей участвовать в частной войне также имело большое значение.

“Не беспокойся об этом, просто подумай, что ты мне этим поможешь, хорошо? Я буду у тебя в долгу после этого! Эй, ты сомневаешься в моих способностях? Хоть я и красивее тебя, мой кулак тоже довольно крепкий! Голос Нириса становился громче, как будто он сердился.

Ричард был ошеломлен чрезмерной реакцией; он почти не мог понять образ мыслей этого короля: “Хорошо, хорошо! Мы уезжаем завтра в шесть утра. Портал будет прямо здесь.”

“Понял, мы будем вовремя!” Тон Нириса стал нетипично бодрым, таща Агамемнона, он вышел за дверь.

Ричард покачал головой. Оба относились к этому как к игре; хотя оба были выдающимися личностями, которые могли сравниться со святыми. Экстраординарные бойцы были полезны, но они не были всем.

Уже была ранняя ночь, когда он перешел в командный центр Гатона, снова переключив магический стол на карту Лесного Слоя. Он положил подбородок на руку, обдумывая военный план. Конечно, сценарии в его голове в основном касались войск Лины, его самого и Флоусанд; он вообще не думал о Нирисе и Агамемноне. Это было не то что недоверие к их способностям, а то, что он привык полагаться на людей, которых полностью контролировал.

Он был так сосредоточен, что не заметил, как мимо него прошла тень Лины. Маг Дракона направилась в свою комнату— у каждого из рыцарей Гатона были личные апартаменты на этом уровне— - но она немедленно повернулась и пристально посмотрела на него.

Командный центр был тускло освещен, волшебный свет падал с потолка, отражаясь от карты. Ричард стоял между ними, погруженный в свои мысли. Углы его лица были идеально вырезаны тенями, что показывало его каменную волю, скрытую в его мужских чертах. Это придало ему еще один слой очарования.

В мгновение ока она словно увидела самого Гатона, стоящего там.

Гатон всегда обдумывал каждую мелочь перед войной. У этого грубого зверя была довольно дотошная сторона— каждое чудо, вырезанное его руками, было продуктом бесконечной подготовки.

Она не думала, что участие Ричарда в Лесном Слое поможет что-то кардинально улучшить; единственной целью было поставить красивого маленького мальчика в трудное положение. Запасной план уже был на месте; как только Ричард потерпит неудачу, она бросит войска и сама будет сражаться с повстанческой армией, пока все они не будут побеждены. В любом случае, она могла тяжело ранить вражеского святого одним ударом; защита магических башен лишь продлила бы пытку.

Такая победа сильно задержала бы их развитие в слое. Это также заставит ее на некоторое время восстановиться. Тем не менее, в нынешней ситуации охрана слоя была гораздо важнее, чем его разработка.

Просьба о помощи была лишь предлогом, чтобы она могла стать свидетелем его невзгод. Мальчик был еще молод и с многообещающим будущим, время на его стороне. Он