Город греха - Misty Rain of Jiangnan

желании быть моим мужчиной в следующий раз. Я не буду заставлять, так как мы друзья."»Ее голос стал более торжественным: «Так как мы теперь друзья, мне нужно, чтобы ты знал мое имя. Мое истинное имя-Жасмина Бешаба Топ Терратем…»

Выражение Стилрока резко изменилось в одно мгновение, когда были произнесены первые слоги. Он хотел подойти и остановить ее, но старец покачал головой и отступил после некоторых колебаний. Старик осторожно постучал тростью о землю, звук удара, распространяющегося по коридору, сделал слова девушки незаметными. Сбои продолжались до тех пор, пока имя не было завершено. Все знали, что он пытался сделать, но ничего не говорили об этом вслух.

Имя барышни было необычайно длинным, потребовалась целая минута, чтобы закончить. Для Ричарда это звучало как длинный ряд слогов, собранных вместе, и если бы не его великая память и его дар мудрости, он не смог бы вспомнить его в первый раз.

«Ты запомнишь?» - она спросила с ожиданием.

«Да,» -Ричард кивнул. Это поразило девушку, но потом она с восторгом сказала: «Отлично! Это был единственный раз, когда я это сказала!»

Однако теперь Ричард беспокоился о том, как он собирается обратиться к кому-то с таким длинным именем.

Молодая девушка догадалась, о чем думал Ричард, и сказала с улыбкой: «Люди в племени называют меня просто "Маунтинси", ты можешь называть меня так же.»

«Маунтинси?» - Ричарду была любопытна причина такого странного имени. Даже игнорируя ее экзотическое платье и личность, она была удивительно красива по меркам материка. Ее имя, однако, казалось обширным и мощным, в отличие от тех, которые обычно используются для описания девочек.

Удивительно, но Маунтинси твердо кивнула и сказала: «Да, это то, что сказали старейшины. У меня сейчас гора богатства, и моя будущая сила будет такой же глубокой и неизмеримой, как море.»

«Хорошо, тогда. Мы теперь друзья, Маунтинси!» - сказал Ричард.

Девушка вдруг хитро улыбнулась: «Тогда у меня для тебя подарок, держи!» Таким образом, перед ошеломленным Стивеном девушка сняла драконью шкуру, которую она только что купила, и подтолкнула ее к Ричарду.

Ричард мгновенно нахмурился, отказавшись: «Нет! Это слишком дорого для меня!»

«Нет, ты тоже должен будешь сделать мне подарок.» - юная леди была очень серьезной.

«Конечно, но у меня нет чего-то такого дорогого. Ты должна понять это, » - прежде чем он смог даже завершить свое предложение Маунтинси протянула руку и потянула его. Затем она поцеловала его в губы, разделившись с улыбкой: «Вот и все!»

Ричард замерз. Всем остальным казалось, что барышня дала ему интимный поцелуй, но он знал, что она на самом деле просто кусала и облизывала его губы. Затем девушка с удовлетворением вспоминала: «Так мило!»

……

Праздник Ивана Купалы, наконец, закончился, оставив людям достаточно для разговоров еще в течение четырех лет. В ту ночь чувства Блэкголда к девушке доросло до уровня обожания. Пахло деньгами, но, очевидно, кристаллы паука далеко превзошли золото как единицу сделки.

И все же, в эту дикую ночь, Стивен, возможно, был или не был самым разочарованным. Никто не хотел говорить о драконе-чернокнижнике, который был выбран случайно, вместо этого все сосредоточились на многих других, таких как темах-кожаный мешочек молодой леди или том, чтоРичард и Маунтинси стали "друзьями", кто такие Стилрок, этот старейшина и элитные охранники тысячелетней Империи. Кто пожалеет время, чтобы позаботиться о маленьком чародее-драконе? Даже если он упоминался несколько раз, Стивена называли только парнем, которого ударили.

Только самому Стивену было ясно, что давление со стороны Маунтинси не ограничивалось этим воздействием. Нет, это давило на него …

Том 3. Глава 48

Глава 48

Друзья

Ночь праздника Ивана Купалы была заклеймена глубоко в голове Ричарда. До тех пор, пока он не вернулся в свою резиденцию, он был в постоянном неверии в произошедшее. Все было невероятно, однако, несмотря на это, шкура огненного дракона на его шее была реальной.

Этот предмет, который стоил почти десять миллионов монет, был перевязан лентой Маунтинси и передан ему в качестве подарка. Ричард открыл его и положил на огромный рабочий стол, нежно касаясь его.

Раскинувшись, темно-красная шкурас яркими узорами по всей своей поверхности составляла почти два квадратных метра, занимая большую часть стола. Несмотря на волшебную лампу, которая испустила свет яркий, и солнечный день, слабый красный блеск, испускаемый шкурой, как небольшой туман поднимался над всей поверхностью шкуры, испуская свет. Когда Ричард погладил шкуру, почувствовав необычайный жар от кончика пальцев.

Большой объем маны почуствовал руками Ричард, просто ощупывая шкуру. Это был самый ценный материал, которого он когда-либо касался в своей жизни, и если бы он использовал эту шкуру в качестве материала для своей руны, многие из его планов могли бы стать реальностью. С ее помощью он был как минимум на тридцать процентов уверен, что сможет сделать руну достаточно мощной, чтобы она позволила снежному кролику одержать победу над зимним волком. Однако для Ричарда происхождение этой кожи оставалось загадкой.

Честно говоря, Ричард был готов подружиться с Маунтинси, хотя стать ее мужчиной он не надеялся. Однако он все еще не был уверен в ее истинных намерениях.

Его сердце говорило ему, что девушка варваров была простой и искренней. С другой стороны, мудрость и логика, которые он сформировал в течении последних лет говорили что за ее действиями должен был быть какой-то смысл.

У Ричарда были свои принципы и мысли. Хотя он хотел подружиться с Маунтинси, он не собирался использовать ее огромное богатство. Его мать сформировала его этику, когда он был молод, и тень Гатона Арчерона нависала над ним в настоящем.

Прежде чем отправить его в Премиум, Гатон однажды сказал, что глубоко запечатлелось в его уме: «Каждый Арчерон имеет жгучее высокомерие. Вместо того, чтобы просить помощи у других, они предпочли бы использовать свои собственные две руки, чтобы открыть новые горизонты. Конечно, это связано с своими плюсами и своими минусами. Минусы в том, что Арчеронам всегда будет трудно объединиться. Однако, плюсы в том, что каждого успешного Арчерона будут боятся другие.»

Эльфы Серебряной луны, очевидно, тоже были горды, но это происходило с отрешенностью и высокомерием. Стремление к совершенству, исходившее из самой их крови, затрудняло им видеть что-либо еще.

Эти два разных вида гордости смешались в одно, в Ричарде, и он сам понятия не имел, был ли он больше похож на эльфов Серебряной Луны или на Арчеронов.

Он снова закатал шкуру и отправился запечатывать магический материал. Если бы он не держал его в специальном