Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том I - Френч Джон

Он списал необычное поведение брата на волнение относительно выбора Астартес и забыл об этом, поскольку у него имелись более интересные темы для размышлений.

Всем, кого выбрали Астартес, было приказано собраться на большой площади рядом с Алдарухом, чтобы выслушать обращение Льва и его напутствие будущим воинам Империума.

На площадь допускались только избранные, и все пространство вокруг крепости ощутимо искрилось едва сдерживаемым волнением и ожиданием важной речи гроссмейстера Ордена.

Захариэль и Немиэль пришли на площадь вместе с остальными рыцарями, прошедшими испытания Астартес; гордость и военная выправка каждого наполняла всех непередаваемым чувством братства, превосходившим даже чувство причастности к Ордену.

Хотя на площади собрались несколько тысяч рыцарей, Захариэль знал, что здесь представлена элита всех рыцарских орденов Калибана. Сотни тысяч рыцарей участвовали в отборе, но невероятно строгим стандартам Астартес смогли соответствовать лишь эти несколько тысяч.

Нетерпение рыцарей, ожидавших выхода Льва, становилось почти непереносимым. Большинство присутствующих юношей были младше, чем Захариэль и Немиэль, представляющие самую старшую группу избранников, и они лихорадочно гадали, какие превращения уготовили им Астартес, набиравшие столь юных претендентов.

Но вот на возвышение в сопровождении Лютера поднялся Лев. Следом за ними появились лорд Символ и группа Астартес в черных доспехах и церемониальных стихарях Ордена цвета слоновой кости. Приятно было видеть, что столь великие воины перенимали традиции Ордена, и Захариэль, обернувшись к Немиэлю, в волнении заключил его в братские объятия. В ожидании вступления в новое братство все былые обиды и ревность между ними казались абсурдными.

Фигура Льва казалась громадной даже рядом с Астартес, гроссмейстер возвышался над воинами в бронированных доспехах и подавлял их своим величием. На площади была установлена целая сеть усилителей, чтобы донести слова Льва до самых дальних рядов слушателей, но он не нуждался ни в каких механизмах, его голос легко проникал в сердце и душу каждого из присутствующих.

— Братья, — заговорил Лев, а потом немного помолчал, пережидая восторженные приветствия собравшихся. — Мы стоим на пороге новой эры Калибана. Совсем недавно мы жили на своей маленькой скале и считали, что мир ограничен горизонтом, но теперь знаем, что он простирается намного дальше, чем может проникнуть наше зрение. Перед нами открываются просторы Галактики, и хотя это мрачное и опасное место, но мы — воины Императора, а он повелевает нести его свет в самые темные уголки Вселенной, чтобы вернуть то, что принадлежит нам по праву рождения.

Кажется, целая жизнь прошла с тех пор, как я объявил крестовый поход, чтобы очистить леса Калибана от великих зверей, и эта цель считалась грандиозной. Теперь я понимаю, что просто подражал замыслам величайшего из людей, моего отца, Императора Человечества!

Слова Льва вновь вызвали шквал восторженных криков, ведь он впервые открыто назвал Императора отцом, хотя на Калибане давно об этом говорили.

Лев поднял руки, требуя тишины, и продолжил свою речь:

— Теперь мы представляем часть огромного целого, мы представляем не только нашу планету, мы представляем в Галактике всю человеческую расу. Великий Крестовый Поход Императора только начинается, и нам предстоит освободить и вернуть в лоно Империума сотни, даже тысячи миров.

Вы удостоились чести быть избранными в величайший воинский орден, какого еще не знала Галактика. Вы станете сильнее, быстрее и опаснее, чем были до сих пор. Вам предстоят бесчисленные войны, и вы будете уничтожать врагов человечества вдали от нашего любимого Калибана. Но мы с радостью пойдем на это, поскольку мы — люди чести и нам известно, что такое долг, превосходящий любые личные привязанности. Каждый из вас был рыцарем, воином и героем, но теперь вы представляете собой гораздо большее. С этого дня вы станете солдатами Легиона. Все остальное не имеет значения. Главное — это Легион.

Красноречие Льва так захватило Захариэля, что он сжал эфес меча. Он едва сдерживал восторженное волнение при одной мысли, что будет сражаться за Императора в самых дальних уголках Галактики, что станет членом братства, ставящего своей целью ни больше ни меньше, чем восстановление наследия человеческой расы.

— Мы — Первый Легион, — продолжал Лев, — избранные Сыны Льва, и мы не можем идти в сражение без имени, которое будет вселять ужас в сердца врагов. Наши легенды рассказывают о великих воинах, которые разили ужасных чудовищ в далеком прошлом, а теперь и мы призваны сражаться во имя Императора и будем разить врагов Империума.

Мы станем Темными Ангелами!

Часть 4

ВЕЛИКИЙ КРЕСТОВЫЙ ПОХОД

Глава 18

Они превратили его в гиганта.

Даже много времени спустя, после того как он вроде бы привык к проведенным изменениям, Захариэль не уставал удивляться преобразованиям своего тела. Это всегда проявлялось в каких-то мелочах — то он замечал размах своих рук, то бурление псионической энергии в теле, то прислушивался к ритму биения обновленной крови в груди. Все эти детали снова и снова напоминали ему, насколько изменился его организм.

Совсем недавно он был человеком. Он был мужчиной, рожденным женщиной. И, подобно всем остальным людям, мирился с физическими ограничениями. Его мускулы были недостаточно сильными, органы чувств — далекими от совершенства, а кости — хрупкими. Срок жизни человека не превышал пятидесяти или шестидесяти лет, а в большинстве случаев был намного короче.

На Калибане людям грозило немало опасностей. Даже в простейший порез могла попасть опасная инфекция, и тогда царапина превращалась в смертельную рану. Он был всего лишь человеком, а это означало, что причиной гибели могли стать тысячи различных обстоятельств.

Все изменилось с приходом Империума. В тот день, когда Захариэль был посвящен в рыцари Ордена, его перерождение было чисто символическим. После появления Империума перерождение стало реальным.

Он стал совершенно другим. И мысли, и тело претерпели изменения и теперь сильно отличались от человеческих. Благодаря чудесам имперской науки и применению генного семени, он был преобразован и воссоздан в более совершенной форме.

Брат Исрафаэль познакомил его с либрариумом Легиона, где Захариэль узнал о варпе, о его опасностях и силах, которыми могут пользоваться одаренные особыми способностями. Он узнал, что и сам принадлежит к такого рода исключениям, что его таланты отличаются от возможностей обычных представителей людской расы и теперь его долг — использовать свой дар на благо Империума.

Он предпринял первые шаги по пути к грандиозным достижениям, но его успехи в новой области оказались значительно слабее, чем проявление загадочной силы в бою против чудовища из Эндриаго.

Несмотря на то что его способности ставили Захариэля в особое положение в Легионе, в первую очередь он был воином, обязанным завоевывать авторитет в горниле битв.

Он больше не был обычным человеком и не стал просто исключительным воином.

Империум дал ему возможность стать чем-то большим.

Его усовершенствовали для битвы. Он стал божеством сражений, одним из Астартес.

Он стал космодесантником, Темным Ангелом.

Он служил Великому Крестовому Походу.

Захариэль понимал, что является лишь ничтожной шестеренкой в грандиозном механизме великих замыслов, незначительным статистом в колоссальной драме человеческой истории, но такие подробности его не огорчали, ведь Империум преследовал благородные цели преобразования Галактики, и он стал частью военной силы, которая воплощала мечты о лучшем будущем.

То было время оптимизма и высоких идеалов, век открытий, частью которого Захариэль ощущал себя.

Первые дни — великие дни.

Впоследствии он станет вспоминать их как самое счастливое время в своей жизни. У него появилась цель. Он выполнял особую миссию. Он стал инструментом воли Императора и готовился принять участие в сражениях на благо всего человечества.