"Фантастика 2023-141", Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Черчень Александра

— Завидуй молча и в другую сторону! — раздраженно рыкнул Ла-Шавоир на ухмыляющегося брюнета. Но руки убрал и скрестил на груди, неприязненно глядя на друга.

— Да не могу! — развел руками Мастер, незаметно подмигивая мне. — Завидно, говорю же!

— Так сделай уже что-нибудь со своей зазнобой, а то только молча страдаешь в сторонке, даже лапку к ней протянуть не решаешься!

— Замолкни! — внезапно полыхнули красным доселе едва заметно мерцающие глаза Хранителя стихии. — Ты прекрасно все знаешь!

Кикимор осекся, замолк, со вздохом взъерошил волосы и виновато посмотрел на Айлара:

— Я зашел слишком далеко.

— Рад, что ты это понимаешь, — сухо откликнулся Мастер, снова отворачиваясь к сцене.

— Может, хватит? — не выдержала я, и оба мужчины с удивлением на меня уставились. — Зачем вы так задеваете друг друга? Намеренно. Нельзя до бесконечности говорить гадости и надеяться, что извинение все решит и потом отношения вернутся на круги своя!

— Юля, ты опять пытаешься влезть в совершенно непонятную и новую для тебя область, — тихо проговорил Кик. — Мы близкие именно потому, что мы откровенны. И так много друг о друге знаем, что можем простить резкость. Поэтому извинения — это скорее ширма, они не обязательны для ближнего круга. У нас иная психика.

— Мы знаем причины резкой реакции, — продолжил мысль риалана Мастер. — И потому все это решается просто. Юля, вы и правда не знаете тонкостей взаимоотношений и наших особенностей. Не спешите с выводами. Это ошибка.

Прервав этот странный диалог, раздалась резкая мелодия виолончели. Мы вздрогнули и перевели взгляд на недовольного Леля.

— Господа, вам кто-нибудь объяснял правила поведения на концертах? — недовольно бросил шут. — Если желаете поговорить, то выйдите.

— Прости, — почти хором сказали мы. Я осознала эту фразу и нервно рассмеялась, прижимая ладони к горящим щекам.

Господи, сумасшедший дом! Я не понимаю! Я ничего тут не понимаю! И никого! Сумасшедший дом и ненормальные люди.

Похоже, сойти с ума до нужной кондиции у меня так и не получилось. После того как внимание зрителей опять было сосредоточено на музыке, а не друг на друге, концерт продолжился.

Надо отметить, он был необычным. Просто музыка. Очень разная. От лиричного блюза, который заставлял грустить и вспоминать, до зажигательных мелодий, под которые невольно начинаешь прищелкивать пальцами.

И, конечно же, проникновенные, берущие за душу мелодии. То мягкие и нежные, то набирающие громкость, потрясающие, чтобы скоро вновь вернуться на прежнюю волну.

Но лично мое внимание неудержимо приковывал Лель.

Я всегда любила все необычное, а шута можно было смело отнести к этой категории. И еще — тут возникло то самое притяжение, которое не так давно сработало с Ришей. Мне очень-очень хотелось познакомиться с ним поближе. Но не с тем бабником, который подходил не так давно, а с НИМ. Тем, кто сейчас на сцене. Хотя это наверняка две стороны одной медали. Даже если это маска, она не могла стать такой естественной, если бы безумный блондин с ней не сжился. Кошмарненький тип, если честно. Но этим и притягательный.

Потому я как зачарованная наблюдала за синеглазым музыкантом, который невидяще смотрел перед собой, порхая пальцами по грифу инструмента, сжимая смычок до побелевших костяшек, но в следующий миг расслабляя руку, словно вспоминая, что так нельзя. Виолончель пренебрежения не прощала и отзывалась резкими нотами, которые тем не менее гармонично ложились на общую канву мелодии.

Неяркий свет играл медовыми переливами на изгибах красавицы виолончели, своевольной подруги Леля, скользил стальными бликами по белым волосам музыканта, заставлял сверкать бриллиантами капельки пота на высоком лбу. Терялся и растворялся в бездонных синих глазах, которые сейчас казались почти черными. Как самое темное небо полуночи.

Да, я никем так не восхищалась, как им.

— Юля, — раздался недовольный голос зеленого, вырывая меня из мира грез. — Отомри.

— Не мешай, — беспечно отмахнулась я, и не думая отводить взгляд от пленительного блондина.

Кикимор действительно замолк и до конца концерта уже не мешал мне наслаждаться прекрасным. А прекрасное бы-ы-ыло! Ух, какое! Лель, начинаю понимать, почему ваша группа популярна! Если ты на сцене и с виолончелью, то у дам в зале нет ни малейшего шанса! На фоне этого я очень рада, что шут не в моем вкусе. Вернее, он привлекательный и интересный, но вот манера поведения… совершенно не мой типаж. Да и не люблю я бабников. Вернее, несомненно, у любого интересного мужчины весьма богатый интимный опыт, но вот терпеть не могу тех, кто позволяет не только об этом догадываться, но и видеть.

Концерт закончился, уставший Лель осторожно положил виолончель в футляр и только после этого спустился в зал.

— Я думаю, что мне уже пора, — хмыкнул Смерть, резко поднимаясь и подцепляя шляпу с уголка подушки. Подошел ко мне, склонился в поклоне и, коснувшись поцелуем пальцев, проговорил: — Было очень приятно познакомиться, Юлия. Надеюсь, встреча не последняя и наша компания произвела на вас, может, и несколько странное, но в большинстве своем положительное впечатление.

— Мне очень понравилось, — искренне ответила я.

— Чудесно, — улыбнулся Мастер, выпрямляясь. — Позволите примкнуть к вашему третьему кругу?

— А что это значит? — осторожно спросила у красноглазого и сделала знак открывшему было рот кикимору о молчании. Я хочу, чтобы объяснил тот, кто заговорил на эту тему.

— Круг хороших знакомых. Которым позволено обращаться на «ты» и придерживаться более вольного стиля в общении, — спокойно пояснил Айлар. — Без витиеватостей.

Посмотрела на Феликса, и тот недовольно поморщился, но кивнул.

— Хорошо… Айлар, — первая начала я.

— Я рад, Юля, — таинственно усмехнулся непонятный тип, еще раз поклонившись, пассом создал клубившуюся тьмой воронку, махнул музыкантам и шагнул в телепорт. — До встречи!

Следом откланялись остальные, правда, ушли они как нормальные люди, через дверь. Лель на прощание подмигнул и шепотом сказал, что следующий ход за ним. О чем говорил блондинистный сумасшедший, я не поняла, но было интересно. Ну что же, сударь… ходите! А мы посмотрим, делать ли ответный шаг.

Все же насколько интересная компания! Совершенно ненормальная, но в этом и прелесть!

Оказывается, мне в жизни не хватало именно капельки безумства… М-да, теперь его хоть топись!

Как только за последним из «мрачных цветов» закрылась дверь и я собралась было тоже уходить в Нефритовый, за локоть меня сцапали знакомые хваткие ручонки и порывисто развернули к крайне злобному риалану. А мне было поооо фигуууу! Видимо, заразилась… Тут столько «разносчиков заразы» сегодня было, что грех не подхватить!

— Ты головой думаешь? — с показным спокойствием осведомился Феликс. — Ладно Лель, от него все девушки в восторге — это не тайна, но, надо признать, я думал, что ты несколько умнее.

— С чего это? — весело спросила я, освобождая руку. — Поводов вроде не давала. И вообще… Кик, не мешай мне, а? Я вот тебе совершенно не помеха, так вспомни про недавно упомянутое тобой уважение и позволь мне барахтаться самой. Мне тут очень интересно. Мне очень любопытен этот шут. И я буду с ним общаться, если он сам будет не против!

— А Мастер? Зачем ты согласилась?

— А я что, дура? — с искренним изумлением воззрилась на покровителя. — Во-первых, Айлар очень интересный, во-вторых, он из категории тех, кому не отказывают. Или мои выводы неверны?

— Ты моя риале, — сухо ответил Ла-Шавоир. — А значит, могла это сделать.

— Не собираюсь вечно сидеть у тебя под колпаком, — независимо пожала плечами. — Кик, я хочу сама! Это новый мир, и я должна научиться плавать в болоте без спасательного круга в твоем лице. Вернее, я сделаю это. Хочешь ты того или нет!

Несколько секунд он стоял, пристально глядя на меня, а потом тихо спросил:

— В том окружении, куда я невольно тебя вовлек, нет обыкновенных, ты это понимаешь? Тут все с тройным дном и ничего не делают просто так.