"Фантастика - 2024". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) (ЛП) - Атаманов Михаил Александрович

За окном по-прежнему бесилась непогода. Поэтому Виктор не сразу услышал странный звук из-за занавески в углу комнаты. Громкий хрип заставил их сначала оцепенеть. Потом Виктор схватил со стола найденный в сенях деревянный кол и попятился к дверям. Тамара уже выскочила из комнаты. Она так испугалась, что готова была голышом броситься под ливень. Виктор застыл на месте, напряженно прислушиваясь. Кроме тяжелого дыхания Тамары из сеней и стука собственного сердца, заглушающего раскаты грома, ничего не было слышно. Виктор колебался. Выяснять природу хрипа не хотелось, но покидать уютное жилище хотелось еще меньше. Если бы сейчас за его спиной стояла не Тамара, а Элька или, еще лучше Жак вместе с Че-Че, то он бы не колебался. Однако сзади трепетала от страха всего лишь Тамара, а значит, рассчитывать можно только на себя.

Виктор на цыпочках подкрался к занавеси. Отодвинув в сторону застиранную материю с поблекшим узором, он увидел странное существо, возлежавшее на широкой кровати. Это был гуманоид. Их Виктор на своем веку повидал немало. Правда, такого страшного встречать еще не приходилось. Впалые щеки наводили на мысль, что существо страдает от голода. Но ведь рядом, в печке, полно еды! Сквозь прозрачную кожу на лице были видны все мышцы. Кое-где выступали и кости. Огромные глаза, покрытые мелкой сеточкой кровеносных сосудов, тупо смотрели в потолок.

– Что там? – тихо пискнула Тамара. Она отважилась последовать за Виктором и сейчас стояла посередине комнаты, готовая в любую секунду сорваться с места и бежать без оглядки.

– Оставайся там, – приказал ей Виктор и сделал шаг к монстру. Он точно знал – внешний вид инопланетянина не имеет никакого значения. Например, довольно симпатичные гридеры с добрыми глазами, тоненькими пальчиками и красивой шелковистой кожей сделали ему гораздо больше зла, чем похожие на огромных насекомых скитмуры.

Виктор потрогал палкой ногу чудовища. Монстр не шелохнулся. Тогда он набрался смелости и вплотную подошел к кровати. Гуманоид по-прежнему не подавал признаков жизни. Неужели, это один из местных жителей? Но на фотографиях в газете они выглядели совсем не так.

Виктор провел рукой по щеке чудовища. Зрачки монстра шевельнулись. Виктор отскочил назад и выставил перед собой палку. Пусть эта тварь не думает, что землянин не в состоянии постоять за себя. Взгляд гуманоида стал осмысленным. Он внимательно посмотрел на Виктора и зашевелился. Виктор приготовился к любым неожиданностям, однако инопланетник не замышлял ничего плохого. Он просто освободил из-под одеяла руку и посмотрел на наручные часы. Перекривившись, инопланетник перевел взгляд на Виктора и что-то сказал. Его голос был тихим и хриплым. К тому же существо сразу закашлялось. Даже если бы Виктор знал этот язык, он не понял бы ни слова.

Инопланетник обреченно вздохнул, взял с прикроватной тумбочки стакан и выразительно перевернул его донышком вверх.

– Он хочет пить, – сказала Тамара, рискнувшая подойти совсем близко и встать рядом с Виктором.

Виктор, с опаской приблизившись к инопланетянину, взял пустой стакан из слабых рук туземца. Инопланетянин ткнул дрожашим пальцем в сторону сеней.

– Принеси воды, – сказал Виктор, передавая стакан Тамаре.

Женщина вышла из комнаты и долго чем-то гремела. Всё это время ни Виктор, ни инопланетянин не сдвинулись с места и не проронили ни слова. Они настороженно смотрели друг на друга.

Наконец Тамара нашла бочку с водой, и Виктор поднес стакан чудовищу. Тот попытался взять его, но костлявые пальцы соскользнули, и худая рука бессильно упала на простыни. Монстр с тоской посмотрел на Виктора, и тому пришлось отложить палку и, проклиная свое человеколюбие, вливать воду прямо в глотку аборигена.

Утолив жажду, инопланетянин опять начал говорить. Теперь его речь стала более членораздельной, но понять всё равно ничего было нельзя. Виктор покачал головой и сложил пальцы в знак «не понимаю». Язык жестов самый распространенный в Галактике, и Виктор не очень удивился, когда существо сразу же сориентировалось в ситуации и перешло на жесты.

– Спасибо, – первым делом поблагодарил инопланетянин. – Я не думал, что смогу напиться перед смертью.

– Где ближайший космодром? – Виктор решил сразу взять быка за рога. Его мало волновало, что случилось с этим милейшим парнем и отчего он умирает. Им нужен космодром, чтобы поскорее убраться с этой проклятой планеты.

– Ты не с Эстеи. Я сразу это понял, – монстр попытался улыбнуться. Виктор отшатнулся. Поняв, что жуткий оскал производит совсем не то впечатление, на которое он рассчитывал, монстр сжал тонкие губы. – Ты не похож на имперца. Откуда ты?

– С Земли.

– Не слышал о такой.

– А я не слышал об Эстее. Помоги мне найти космодром. Мою яхту сбили, когда я пролетал мимо, и я очень хочу поскорее вернуться домой.

Монстр захохотал. Его тело затряслось, будто скрученное предсмертной судорогой.

– Я не сказал ничего смешного, – вспылил Виктор и замахнулся своим примитивным оружием.

– Богач и его дешевая подстилка разбились о нашу несчастную планету, – справившись с приступами болезненного смеха прожестикулировал монстр.

– Я не богач, – Виктор немного обиделся. – Это была служебная яхта.

– Мне всё равно, – отмахнулся монстр. – Космические корабли больше никогда не покинут эту планету. Ты до сих пор ничего не понял?

– Что я должен был понять?

– Убирайся! Сегодня мой тринадцатый день.

Монстр сунул руку под подушку и достал оттуда лучемет. Виктор схватил Тамару за руку и выскочил из комнаты. В одно мгновение мир снова перевернулся с ног на голову. Тепло и уют недавно обретенного убежища сменились ледяными струями дождя. По обнаженным плечам Тамары бежала вода. Она так и не успела ничего на себя накинуть и стояла, переминаясь с ноги на ногу, скрестив руки на груди. После мягкого света керосиновой лампы тьма на пороге избушки казалась абсолютно непроницаемой. Гроза ушла далеко, и теперь отблески молний едва озаряли холмы на горизонте.

В доме послышался хлопок электрического реле бластера.

– Жди меня здесь.

– Я боюсь, – жалобно пискнула девушка.

– А чего ты хотела, когда улетала с Земли? – нахмурился Витя. – Космических приключений? Так это они и есть!

Виктор вернулся в сени. Встав на четвереньки, он прополз между бочонками и ведрами и, прижав лицо к половицам, заглянул в комнату. Занавеска была отдернута в сторону. Инопланетник лежал, откинувшись на подушки. В его голове зияла неправдоподобно огромная дыра. Сквозь нее виднелась бревенчатая стена, обугленная выстрелом. Лучемет валялся рядом с кроватью. Виктор вскочил на ноги и быстро добежал до оружия. Будто боялся, что кто-то может его обогнать. Схватив лучемет, он почувствовал себя гораздо увереннее. Он ткнул горячим стволом в морду чудовища. Монстр был мертв. Он застрелился.

– Тамара, – Виктор позвал девушку. – Всё в порядке.

Девушка подошла к кровати. Было слышно, что она всхлипывает.

– Птичку жалко? – цинично поинтересовался Виктор.

– Нас жалко, – буркнула Тамара и вернулась к печке.

Виктор стянул с монстра лоскутное одеяло и расстелил его на лавке, стоящей рядом с окошком. Проявив некоторое джентльменство, он вначале предложил девушке занять спальное место. Она отрицательно мотнула головой, чем совсем не огорчила Витю. Он тут же растянулся на жесткой лавке, подсунул под голову руку, крепко сжимающую лучемет, и мгновенно заснул. Заснул в первый раз с тех пор, как оказался в этом мире. Мире, носящем странное имя Эстея.

Сон обрушился на него тяжелой удушающей лавиной, сплетенной из обрывков реальных воспоминаний и фантастических кошмаров. Вот он бежит по узкому тоннелю, преследуемый стаей крыс. Свирепые грызуны уже совсем рядом, и тут Виктор оказывается за штурвалом стартующего космического корабля. Изо всех сил тянет на себя рукоять, но рули управления не слушаются, звездолет пикирует на скалы, а шею обхватывают холодные щупальца затаившегося за спиной чудовища. Виктор чувствует, что вот-вот задохнется и случайно замечает свое отражение на погасшем экране навигационной системы. Оттуда на него взирает ухмыляющаяся синяя харя Пацика Скабеда. Звездолет разбивается, и взрывная волна накрывает облаком радиоактивного пламени безжизненный пустынный город. Виктор ощущает себя этим пламенем, и этим городом, и мертвым человеком, запертым в брошенном доме.