Сказания одного мира. Книга 1 - Юлий Норф

было бы бежать со всех ног вперёд. Тут же действуют другие правила. Одно неверное движение, резкий шаг, и мы будем в ловушке.

— Слезайте. — прошептал я. — Дальше лучше идти пешком.

— Сдурел? А если на нас нападут? — возмутился Котелок.

— Он прав. — ответил Тень. — Нас в любом случае догонят. Это их территория. Мы же при нападении должны быть готовы дать отпор.

Мы продолжили путь пешком. Лишь старушка всё продолжала сидеть верхом. Тем временем, шорох становился всё громче.

— Марис, как только увидим врагов, тут же берёшь мать Тени и Котелка, и бежите вперёд. — произнёс я. — Мы с Тенью их задержим.

— Это ещё почему? — возмутился напарник. — Я буду полезен в бою. За время твоего отсутствия я выучил несколько навыков жрецов.

— Вот как. Тогда… Тень, я не могу приказать твоему человеку, так что…

— Котелок, — тут же понял меня Тень. — задача Мариса переходит к тебе. Бегите прямо, как выберетесь из леса, ждите там.

— Я тоже могу быть полезен… — начал было Котелок. — Как прикажешь.

Он забрался назад на место кучера. Ещё несколько минут мы тихо шли, пока не послышался новый, доселе неслышный звук. Скрежет и скрип. Это точно какие-то насекомые. Но звук слишком громкий. Похоже, они здесь увеличились в размерах, не имея больше надобности в маленьких и ловких тельцах. Вдруг раздался громкий, немного звонкий щелчок. Звук захлопывающейся пасти. Это знак.

— Щит маны. — выкрикнул я.

Вспышка, сопровождающая появление щита раскрыла того, кто на нас охотился. Муравьи. Большинство размером с кошку, некоторые с собаку. Из-за вспышки они застыли на секунду. Этого хватило, чтобы Котелок и старушка ринулись подальше отсюда, давая нам возможность сражаться, не боясь за них.

— Праведный Щит. — незамедлительно произнёс Марис.

И его, и Тень окружили светящиеся солнечным светом барьеры. Муравьи тут же в панике разбежались по лесу. Похоже, они уже тысячу лет существуют, никогда не видя солнечного света. Из-за такого образа жизни их глаза приспособились к кромешной тьме этого места. Для них яркий свет — это сущая пытка. Нам это на руку.

— Думал, придётся сражаться. — немного опечаленно сказал Тень и вернул клинок в ножны.

— Ты, кажется, говорил, что мы избежим неприятностей. — буркнул я.

— Избежали ведь… — ответил он.

— Не благодаря тебе.

— Мы же, вроде, команда. Какая разница, благодаря кому? Спасибо, Марис.

Напарник молча кивнул. Я бы не причитал, если бы он всегда относился к нам, как к команде. Хотя, постигнуть участь его людей не очень хочется.

— Лошади убежали вслед за повозкой. — вздохнул я. — Придётся пешком идти…

— Если я правильно всё просчитал, — начал Тень. — то мы чуть дальше от центра леса. Даже пешком, мы выберемся отсюда за час.

— Может, в этом лесу ты и чувствуешь себя, как в своей привычной среде, но я не хочу находиться тут ещё час. — буркнул я. — Поспешим.

Мы быстрым шагом направились вслед за повозкой, что оставила неглубокий след на земле, устланной пеплом. Хоть монстры и не нападали, было слышно, как они следуют за нами. Марис время от времени обновлял заклинание “Праведного Щита”. Котелок, похоже, не встретил врагов на пути, так как ехал всё время прямо, никуда не сворачивая. Он ведь тогда озвучил общую мысль: тишина в этом месте, прерываемая скрипом и щёлканьем пасти, давит на душу. Молчать сейчас уже было бессмысленно, уверен, наши голоса уже никого нового к нам не приведут. Марис внимательно осматривался, поглядывая то направо, то налево. Ему уж точно не до разговоров. И с кем мне тогда говорить? С тем, кто сегодня прикончил по меньшей мере три дюжины человек, которые были готовы выполнить любой приказ? Неужели он получил силу, большую, чем несколько десятков натренированных наёмников?

— Гиасин, слушай… — начал я.

— Хочешь меня позлить? — спокойно спросил он в ответ.

— Ну, мы в самом Мёртвом Лесу, окружённые мутировавшими существами. Думаю, никто лишний не услышит твоего настоящего имени.

— Моё настоящее имя — Красная Тень. — раздражённо произнёс он.

Так быстро сменил тон. Похоже, будто его задевает не имя, а само его существование. Я правда хотел завести какой-нибудь непринуждённый разговор, но так даже лучше.

— Я не очень разбираюсь в ваших наёмнических фишках. — вздохнул я. — Мой хороший друг пытался мне объяснить, как вы получаете имя, но тогда мне это было не особо интересно…

— Странно, что у тебя есть друг-наёмник, когда ты так нелестно отзываешься о нашем классе. — хмыкнул Тень.

— Ну, мы познакомились с ним задолго до того, как я стал магом, а он — наёмником. Он несколько раз серьёзно убеждал меня пойти с ним. Какой бы была моя жизнь сейчас, сделав я другой выбор? — я посмотрел на Мариса.

Он отвлёкся, пожал плечами и продолжил вглядываться во тьму… Если честно, то в первые месяцы учёбы в академии я на серьёзных щах собирался уйти оттуда и поступить в учебную гильдию наёмников. Но эту информацию Тени, конечно же, знать не стоит.

— Что ж, тогда запоминай. — улыбнулся Тень. — Уверен, что ни один наёмник, кроме меня и твоего друга, не захочет с тобой вообще говорить…

— Не стоит забывать про Лару. — ответил я.

— Точно… — будто совсем забыв о ней, сказал он. — Итак, имя, которым тебя будут звать другие наёмники, ты можешь получить от кого угодно. Это может быть детское прозвище, которое тащится за тобой десятки лет, а может быть первое попавшееся слово, что выпалит твой учитель. Суть в том, что этим именем или прозвищем тебя должны были назвать хоть раз в жизни. Когда заканчивается обучение, ты приходишь сдать экзамен. Там ты и выбираешь новое имя, которое будут слышать твои враги перед смертью.

Он не мог не закончить менее пафосно?

— То есть ты сам выбираешь себе новое имя? Странно… — протянул я.

— Ты выбираешь лишь имя из уже имеющегося в твоей памяти списка имён, что тебе кто-либо, когда-либо давал.

— А если в детстве тебе давали только обидные прозвища… А в юношестве у тебя вообще ни друзей, ни знакомых не было? Тебя назовут “сыночек” или “спиногрыз”, как звали тебя родители? — улыбнулся я.

— В таком случает учитель может придумать новое имя, но наёмнику придётся согласиться с первым же именем, которым его назову.

— Зная, какой характер у старых наёмников, я бы не хотел, чтобы кто-то такой придумывал мне имя… Что же мешает самому себе придумать прозвище?

— Хм… Никогда об этом не думал… А какой в этом смысл? Придумывать самому себе имя?

— Ну, хотя бы, чтобы тебя не называли Столбом или Одноглазым… — я тут же осёкся.

Не стоило упоминать о