Первая книга - Тим Роверандом

   Рассказав о правилах источников в Академии - слушаться всех, бежать не пытаться - маги препроводили ее в покои источников, где, с некоторой опаской, сняли блокирующие заклинания. Непроизвольно потерев запястья, Джессика шагнула к высокому распахнутому окну, не обращая внимания на уходящих стражей за спиной. За тонкой решеткой магической работы расстилалось море. Солнце освещало бегущие в горизонт волны, освещало корабли, словно прекрасные замки, скользящие по ним, чаек, что протяжно пели о море. Соленый ветер, врываясь в окно, ласкал чешую лица. Джессика вздохнула полной грудью. Наконец-то!

   - Проклятье, кажется мои слова начали сбываться, - раздался позади мужской голос, - и, причем, не те, что я бы хотел. Теперь ты тоже с нами, Джесс?

   Обернувшись, Джессика увидела высокого и мощного мейса, и лишь по черным ушам и карим строгим глазам опознала Агамемнона. Казалось, за эти годы он еще вырос, стал суровее.

   - Здравствуй, Агамемнон. Ты сильно изменился, даже для мейса. Похоже некоторое время мы с тобой будем... коллегами? - Улыбнулась она.

   - Заключенными. - Агамемнон с интересом смотрел на, как ему казалось, ничуть не изменившуюся себеш. - И верно до тех пор, пока кто-нибудь не разрушит это проклятое место. Я почему-то думал, что уж ты сюда не попадешь. Саар говорил, что вроде как научил тебя чему-то этакому против магов. Но видимо не помогло?

   - Ну почему. Я просто еще не готова отсюда уйти.

   Агамемнон в удивлении навострил уши.

   - Погоди, ты хочешь сказать, ты сюда своей волей пришла?!

   - А почему бы и нет? Мне нужны знания. Мы источники, но мы беспомощны. С этим нужно что-то сделать. - объяснила Джессика.

   - Да, источники -- это проклятие этого мира. Ты думаешь найти здесь как снять его?

   - Проклятье? Нет, я так не думаю. Нет, ты не прав, быть источником - это дар, дар данный мне моими родителями и самой природой. И нужно научиться управлять им, Аг, а не заглушать. Взять в свои руки.

   - Ты говоришь, словно тебе тут все это дадут. Да ты бесправней раба! Что ты сможешь изучить, валяясь без сознания выжатой магами? Что бы ты не задумала, но маги тебя свяжут одной своей волей!

   - Посмотрим. А пока, если не сложно, покажи мне Академию.

   Наступал вечер. Закатное солнце алыми бликами играло на спокойной воде залива. Со стены академии были видны рыбачьи лодки, спешащие вернуться в порт. Облака, вытянувшись по небосводу, струнами разрезали темнеющее небо.

   - Так ты говоришь, что в любой момент сможешь уйти отсюда? - Решил окончательно уточнить Агамемнон.

   - Я так полагаю, да. Но прежде мне нужно найти как минимум нужные книги, чтобы понять, что мы собой представляем.

   - В этом я тебе помогу, расписание источников я поправить могу и направлю тебя туда, куда нужно. Но не думай, что тебе дадут там прохлаждаться!

   - Я знаю, что такое быть источником у мага, Аг. - Покачала головой Джессика. - И я обещаю, что постараюсь взять тебя с собой, когда буду бежать.

   - Хорошо, договоридись. - Кивнул мейс. -Но поспеши, пока ты еще жива.

   Зал Славы Нового Рассвета был известен по всему миру. Находящийся в центре Цитадели, он соединял собой отдельные башни и крылья дворца, словно был его сердцем. Сердцем, рвущимся от переполнявших чувств и эмоций. Огромный зал, со множеством балконов и лестниц обрамляющих выложенный великолепным орнаментом пол, он сверкал миллионом волшебных огней. Свет, отразившись от золота стен, заливал все уголки. Знамена, гобелены, статуи и фонтаны - все создавало композицию, будто возглашавшую доблесть и славу Империи. Паркет, на который ушла не одна тысяча деревьев, рисовал образ первых кораблей мейсов, прибывших в эти земли с запада. По краям танцевального зала по полу шли повторяющиеся пять гербов Великих родов. За позолоченными колоннами, обрамляющими основное пространство и поддерживающими балконы, располагались нефы, образующиеся из череды отделенных портьерами малых залов. Часть из них была обставлена креслами и гобеленами под игры и беседу, часть отводилась певцам, не попавшим в главный зал, а часть была отдана под засыпанные черным песком дуэльные арены. Сегодня в зале Славы гремела музыка и пылали огни в честь возвращения легиона. Уничтожение повстанцев было для Империи великолепным поводом для грандиозного праздника, затмевающего практически все ежегодные балы Семей.

   Струны затихли, и слушатели, беззвучно внимавшие балладе вскочили, зааплодировав и пытаясь перекричать друг друга в комплементах. Цветы, брошенные Лорду, которого тут уже все знали под именем Реджинальда, представляли даже некоторую угрозу своим количеством. Непривыкший к подобной славе, певец тем не менее перестал уже прижимать уши и галантно кланялся самым, с его точки зрения, прекрасным дамам. Никогда Лорд не думал, что его любовь к гитаре, столь популярная на родине, окажется столь редкой тут. Да и не сознавал он, что за последние годы его талант вспыхнул, как никогда.

   Поблагодарив слушателей, он спустился к Дрейсу, который, как обычно, сидел недалеко. Пока легион медленно возвращался к столице, они двое сдружились. В какой-то мере, Лорд заменил Дрейсу Альваро, с которым тот уже не мог спокойно общаться. Картины дальних земель, Новой Империи, легенды о героях неизвестных на юге, рассказываемые Реджинальдом, все это располагало капитана продолжать беседы.

   - Пока вы радовали наш слух, - сказал, подойдя на встречу Лорду, Дрейс, - нас с вами почтили своим присутствием верховные лорды Коста и Келли. Я уверен, что они обязаны быть представлены вам. Много лет спустя, когда вы станете недосягаемым классиком баллад, они смогут снисходительно улыбнувшись говорить, что были знакомы с Вами еще в начале карьеры, а?

   - Вы слишком добры, лорд Дрейс! Я уверен, вы преувеличиваете мою популярность... - Лорд отвлекся, потому что одна из мейс, незаметно подошедшая со спины, аккуратно вколола в его волосы синюю розу, и рассмеялся.

   В центральном же зале, отделенным от нефа не только колоннами, но и невидимой приглушающей звуки магической завесой, гремел вальс. Альваро и Маргейм, с бокалами в руках, смотрели с балкона на танцующих, что сверкали всеми цветами внизу. Деревья, сделанные из тончайшей паутины золота, обрамляли небольшой фонтан, на дне которого были мозаикой выложены облака.

   - ... собственно мне нечего больше добавить, друг мой. - Альваро вздохнул и качнул белым вином в бокале. - Я не знаю, как так вышло, но Дрейс уже не тот, что был раньше. Ты заметил, что он рад этому беглому новоимперскому менестрелю больше, чем тебе? Я боюсь, что все эти праздники, вся эта слава не пошла ему на пользу. Не зря он их так опасался.