Клыки и монеты (СИ) - Яшкин Алексей

— Как думаешь, монахи смогу сдержать болезнь?

— Вряд ли. Герхард, чего ты хочешь? Все знающие люди в городе в курсе о красной песчанке.

— Есть еще одна новость. Как оказалось, бывший член гильдии охотников Михаэль не покинул Альзенбург. Вместо этого он нашел склад, поставил туда клетки и стал ловить людей по улицам, кормить вампиров их кровью и создавать новых. Потом начал сдавать органы химикам. Предположу, что и вам тоже.

— Как удивительно, — Гоззо принял новость спокойно и даже не изменил выражения лица. — Я об этом не слышал. Или ты хочешь меня в чем-то обвинить?

— Ни в коем случае. Уверен, что твои люди искренне заблуждались и просто соглашались на выгодные сделки. Я хочу поговорить о другом. Так случилось, что предприятие Михаэля потерпело крах и на улицах города оказалось полтора десятка вампиров. Я знаю, что обычно вы не принимаете больше одного-двух вампиров в месяц. Но сейчас в городе начинается эпидемия. И есть много созревших. Понимаешь, к чему я веду?

Бильмер выдержал паузу, показательно достал документ из кипы по правую руку, прочитал, переложил в левую стопку. Герхард терпеливо ждал. Он понимал, что собеседнику нужно подумать. Наконец Гоззо продолжил разговор:

— Хорошо, согласен. Сколько вампиров принесете, столько и купим. Не торгуясь, по обычной ставке в сто сорок марок. Склянки постараемся возвращать как можно быстрее, рассчитывай получить их через день, в крайнем случае через два.

— Отлично, это я и хотел услышать.

— Передай это другим охотникам.

— Конечно.

— Тогда прошу меня извинить, накопилось бумаг, с которыми нужно срочно разобраться, — Бильмер потянулся к следующему документу. — Всего хорошего, мастера охотники.

Герхард кивнул и вслед за Симоном вышел из кабинета. Они вернулись в торговый зал, где приказчик уже ждал их с двумя вощеными бумажными пакетами. Симон за несколько шагов почувствовал отчетливый запах специи, но не смог понять, какой именно.

— Мастер Шрайбер, все готово. Смесь из девятнадцати пряных трав и специй. Всего будет четыре с четвертью марки за два пакета.

Герхард махнул рукой полезшему за деньгами ученику, показывая, что оплатит сам. Выложил на стойку пять монет, четыре серебряных и одну медную. На всякий случай заглянул в один пакет, все было в порядке.

— Бывай, Николас.

— Доброго дня, мастер Шрайбер.

Охотники вышли из аптеки, Герхард отдал ученику специи и повел его дальше.

— Ты знаешь, как готовить пряное вино?

— Нет, — покачал головой Симон, убирая пакет за пазуху. — Те, кого я лечил, не могли позволить себе лекарства за четыре марки серебром.

— Тут все просто. Нужно разогреть примерно кружку вина на огне, потом добавить смесь. Немного, одну аптекарскую ложку с горкой. Потом хорошенько размешай и выпей. Делай пряное вино каждый раз, когда будешь выходить из дома на охоту. Если почувствуешь, что пьянеешь, то разбавляй водой, но не больше четверти от итогового объема. Сейчас как раз купим вина.

— Оно действительно защитит от инфлюенции больных?

— Его придумали лучшие лекари христианского мира, куда лучше, чем мы с тобой. Специи защищают дыхательные пути и глотку и не пускают болезнь дальше.

Они пошли в сторону бакалейной лавки. По дороге Герхард повторял в голове диалог с Бильмером и пришел к неожиданному даже для себя выводу. Он решил поделиться с учеником.

— А знаешь, Гоззо и наш хромоногий друг на самом деле очень похожи.

— Внешне? — решил уточнить ученик.

— Нет, по сути своей. Они — люди подступающей эпохи. Которые готовы нарушить все правила, все устоявшиеся традиции и даже законы ради личной выгоды. И измеряют свой успех богатством. Гоззо выживает других химиков из города, а Михаэль извратил наше ремесло и оставил только зарабатывание денег

Эйбенхост лишь пожал плечами, принимая умозаключение учителя.

— А ведь если подумать, друг мой Симон, то ты тоже пришел в наше ремесло исключительно за деньгами. Как человек нового времени Мне интересно, не поменялось ли твое мнение за прошедшее время?

— Пожалуй, что да, поменялось, — признался и учителю, и самому себе Эйбенхост. — Когда денег стало хватать и мне, и семье. Пожалуй, это случилось после возвращения из Зольрштейна. Ну и я посмотрел на вампиров. Фрайхерра, беззубых. Русалку. И понял, что людей нужно от них защищать, а не только зарабатывать.

За разговором охотники подошли к бакалейной лавке. Шрайбер выбрал подходящее дешевое вино и купил каждому по объемистой глиняной бутылке. Выйдя на улицу, охотник повернулся к ученику:

— Если я правильно помню, то отсюда рукой подать до твоего жилья. Возвращайся домой, отоспись. Разнообразия ради, сегодня я приду к твоему дому. Будем исправлять ошибку Михаэля и выслеживать сбежавших вампиров. Заодно прослежу, как ты готовишь пряное вино.

— Договорились. Тогда приходи в обычное время.

— Буду кидать мелкие камушки в ставни твоего окна, чтобы дать знак, что пришел.

— Ты можешь просто постучать в любую дверь, парадную или черную. Я хороший съемщик и фрау Ангальд спокойно относится к моим гостям, даже поздним.

Глава 20

Симон сплюнул на мостовую, пытаясь избавиться от привкуса специй во рту. Когда он выпил одобренное Герхардом пряное вино, то с трудом смог удержать в себе. Охотник не ожидал, что оно будет столь неприятным на вкус.

Едва слышимые часы на городской ратуше отбили полночь. Охотники успели пройтись по информаторам, осторожно расспросить о нападениях вампиров, о возвращении внезапно пропавших людей, о хромом мужчине, который искал укрытия. Но никаких конкретных новостей не было. Пара трактирщиков что-то слышали, но это оказались лишь пересказы слухов.

Сейчас Герхард и Симон заняли наблюдательные посты в переулке в северной части города, каждый следил за своей улицей. Они провели здесь примерно час, но ничего подозрительного не происходило.

К Эйбенхосту подошел Герхард и жестом приказал тихо следовать за собой. Они прокрались к последнему дому проулка и присели на корточки. Вскоре Симон услышал приближающийся звук идущих по брусчатке подкованных лошадей. Через пару минут мимо проехало трое верховых, за ними повозка, запряженная двумя тяжеловесами. Она была загружена с верхом. В темноте не удалось разобрать, что лежало внутри.

Когда процессия удалилась, Симон сообразил, что они ехали в сторону Северных ворот. Он повернулся к учителю:

— Они бегут из города?

— Похоже на то. Гоззо прав, новость о песчанке не стала секретом для людей со связями. Кто-то понадеялся, что герцог еще не выставил заставы и удастся проскользнуть. Даже интересно, получится у них или нет.

Симон вернулся в свой конец переулка и продолжил следить за улицей. Но проезд беглецов стал единственным интересным событием за ночь. Охотники видели нескольких одиноких прохожих и мужчину со спутницей под руку. Шрайбер безапелляционно распознал в женщине проститутку, но Симон мог бы с этим поспорить. На его взгляд они больше походили на пару припозднившихся влюбленных.

Где-то за час до рассвета Герхард подошел к ученику и дал знак, что можно возвращаться домой. Город уже просыпался и жил обычной рутиной. Когда они проходили мимо пекарни, Симон почувствовал запах свежего хлеба. Мимо них в сторону торгового квартала под руку прошли две служанки. Не было и намека на подступающую болезнь.

— Герхард, мне не дает покоя один вопрос. Как думаешь, что происходит с душой вампира после смерти?

— Все думаешь о русалке?

Симон не стал спорить и честно кивнул.

— Да. Что делать хорошему человеку, если стал вампиром? Он вынужден нападать, чтобы выжить. Наложить на себя руки тоже не может, это тяжкий грех. И получается, что вампир, который изначально сам жертва, обречен попасть в ад.

Герхард признал, что вопрос ученика удивил. В его представлении Симон выглядел очень приземленным человеком, которого в первую очередь интересует мирская жизнь. От него сложно было ожидать размышлений о духовной стороне.