Голубые шинели - Натали Бранде

— Кевин Олдридж, — ответил двойник.

— Простите, — пробормотал посол, — конечно, Кевин Олдридж.

Резидент усмехнулся — вот и этот вышколенный чинуша дал осечку — значит и он не идеален.

— Ну, а теперь, господин посол, — с тонкой иронией проговорил резидент, — я вас оставлю наедине с вашим новым сотрудником, вам, видимо, надо обсудить достаточно много служебных вопросов.

Посол обречено вздохнул и спросил:

— Скажите, а как долго господин… Кевин будет оставаться моим сотрудником?

— Как только он осуществит возложенную на него миссию, я думаю, его досрочно отзовут в Лондон по неотложным делам, а вы сможете подобрать себе замену.

— Да, я понимаю, но сколько по времени будет длиться это осуществление миссии?

— Может быть — неделя, может быть — месяц, а может быть и полгода.

— Хорошо, — обречено сказал посол, — я вас понял, ну что ж. Идите, оставьте нас с господином Кевином наедине, нам есть о чем поговорить.

Резидент с поклоном удалился. Он знал, что сейчас здесь состоится вовсе непростой разговор но это его уже не касалось, все, что зависело в этом деле от него, он уже сделал. Во всяком случае, дублер полностью готов к новому контакту с академиком, а это было, по сути его единственной задачей.

М-6 вынуждена была пойти на такой шаг — ведь дискета, которую Кевин успел передать английскому правительству и которая содержала бесценную информацию, — эта дискета была закодирована, а шифр, по словам Кевина, академик обещал передать после того, как он получит миллион долларов по чеку, переданному ему английской королевой. Следовательно, надо было дождаться, когда академик снова выедет за рубеж на какой-нибудь семинар и сможет там обратиться в банк за деньгами. Вот тогда-то можно было бы получить ключ or формулы. Но когда это произойдет? Необходим был еще один контакт с академиком — понятное дело, что кроме Кевина он вряд ли стал бы с кем-то обсуждать эти вопросы. Поэтому дублеру предстояло в ближайшее время встретиться с академиком и продолжить обсуждение условий сделки. А кроме того руководство М-6 наделось, что увидев Кевина живым и невредимым, возможно, выйдет на связь и кто-то еще из лиц, о которых они не осведомлены и кто тоже был замешан во всей этой истории. Одним словом — миссия у дублера была и сложная, и рискованная, но в М-6 были уверены, что он безусловно справится с порученным заданием, ведь это был лучший агент английской разведки, человек безусловно опытный и крайне осторожный.

Все было бы ничего, если бы не одно печальное обстоятельство: только сегодня утром резидент в Москве получил сообщение из Центра, что в Париже наконец-то обнаружен тот самый русский солдатик, который присутствовал в квартире Кевина в момент убийства.

В принципе за его передвижениями по Европе разведка пристально следила с помощью радиомаяка, находящегося в корпусе мобильного телефона Кевина. Удивительно — но парнишка словно бы не расставался с этой игрушкой. Никто не понимал, почему он таскает повсюду за собой этот телефон, ведь он был не заряжен, воспользоваться им уже не представлялось возможным. Но факт оставался фактом — телефон постоянно был с солдатиком, и когда стало ясно, что он определенно остановился в Париже, туда вылетела специальная группа захвата в составе 7 человек. Они обнаружили парня, спокойно прогуливающегося по одной из парижских улочек, сели ему на хвост, но он, повинуясь какому-то удивительному чутью, обнаружил слежку, попытался уйти от хвоста, причем действия его были на удивление всем крайне решительными и резкими — и в итоге он смог уйти от преследования, спрыгнув прямо с едущего по мосту грузовика в мутные воды Сены. Что случилось дальше — никто не знает. Радиомаячок исправно подавал сигналы теперь из одной и той же точки, а именно — со дна реки. И было не ясно — то ли парень утонул, то ли просто избавился от телефонного аппарата Во всяком случае, если тело не всплывет в ближайшие дни, а резидент чувствовал, что никакое тело не всплывет — значит, этого солдатика они потеряли навсегда, никаких новых данных, которые помогли бы его разыскать, получить не удалось.

Резидент не понимал, как мог этот паренек из русской глухой деревни — а биографию Тимофея уже хорошо изучили с помощью досье, предоставленного русскими коллегами по просьбе посла — как он мог так быстро и без промедления буквально за считанные сутки перебраться из Москвы в Париж, притом очевидно, что у него не было никаких документов, и как ему, неопытному мальчишке, удалось уйти от хорошо обученных и прошедших специальную подготовку агентов М-6. Да, видно, это был крепкий орешек. И ничего не поделаешь — теперь он потерян скорее всего навсегда.

Резидент вздохнул — у него не было полной уверенности, но интуиция подсказывала ему, что, возможно, у этого парня есть какая-то информация, которая может быть принципиально важной для раскрытия секрета переданной им русским академиком формулы. Он не знал — откуда взялось это предчувствие, но был уверен, что не ошибается. Однако начальству он не спешил сообщить об этих своих подозрениях. Проблем хватало и так.

Во всяком случае будущая неделя могла оказаться решающей для всей этой и так уже затянувшейся истории. Возможно, что встреча дублера Кевина и академика Конягина может состояться через два дня — на очередной пресс-конференции, устраиваемой руководителями его научно-исследовательского центра. К этому стоило подготовиться как можно тщательнее.

У полковника было отвратительное настроение Он, конечно, был по-прежнему уверен в себе и в силе своих покровителей, и, к счастью, он все-таки вовремя успел подать рапорт в вышестоящие инстанции о том, что в вверенном ему подразделении обнаружен факт дезертирства. Но буквально через несколько минут после того, как рапорт был направлен с нарочным в Генштаб и в военную прокуратуру, раздался звонок с проходной, там на прием к полковнику просились незваные гости — сотрудники российских спецслужб.

Полковника просто прошиб холодный пот, когда они заявили, что хотели бы побеседовать с рядовым Тимофеем Истоминым.

Полковник, не сообщая им о том, что рядовой дезертировал, попытался выяснить причину такого странного интереса, и ему было сказано, что по поводу Тимофея поступил запрос от посла одной из западных держав — якобы он был замечен в излишнем любопытстве к зданию дипломатического дома, где проживали сотрудники посольства и подозревается в поджоге.

Сердце полковника стучало с таким грохотом, что он был уверен — этот нервно пульсирующий ритм слышат даже его посетители. Он не знал, что точно им было известно еще — знали ли они что-то о реальной миссии Тимофея, знали ли они о роли его, полковника, во всей этой истории, а вдруг они уже получили пленку с записью их беседы и теперь просто берут его на «понт», разыгрывая глупый фарс с каким-то запросом от посла. Времени на раздумья у него не было. Не было даже лишней секунды — так как любая задержка в ответе могла быть истолкована против него. И полковник, плюнув на все, успев лишь подумать, что если его попытаются арестовать прямо сейчас, он успеет выпустить пулю себе в висок, спокойным голосом сообщил, что рядовой Тимофей Истомин не явился сегодня на утреннюю поверку и был объявлен дезертиром, о чем командованию направлен соответствующий рапорт.