Авантюрист - Марина Дяченко

Я молчал, не понимая.

— Некогда… много лет назад… я служил магу, великому магу, его имя было Ларт Легиар… В одном из странствий по прихоти его я переоделся господином, а он — слугой… Мы играли каждый свою роль, и так, подменёнными, прибыли в этот замок, и здесь, дабы убедить барона в могуществе магии, хозяин мой обернулся драконом, а я победил его… в игрушечной схватке, схватке-лицедействе. Весть об этом разошлась так широко, что, когда спустя много лет… оставив службу у Легиара… я вернулся в этот замок и барон отдал за меня… нет, не дочку, как ты думаешь, — внучку… я не стал развенчивать старые легенды. Они помнили меня могучим магом — я воспользовался… и не стал никого разубеждать. Я прожил в довольстве, наплодил детей, основал новый род и умер… Но я никогда не был магом, Ретано. Я всего лишь служка… при великом господине. Я и сейчас ещё боюсь, что Легиар отыщет меня по эту сторону смерти… И спросит за обман. А я не смогу ответить.

Вода капала. Весь мир вплёлся сейчас в один этот звук, сочащийся, будто сукровица. Кап. Кап.

— Ты лжёшь, — сказал я на удивление спокойно.

Он покачал тяжёлой головой:

— Нет. Сейчас я говорю правду.

— Ты лжёшь, — повторил я упрямо, с ужасом понимая, что ещё секунда — и я ему ПОВЕРЮ.

— Я бы не стал тебе рассказывать этого… Но ты, признаться, в таком отчаянном положении, что… короче говоря, у тебя есть шанс скоро сделаться вторым призраком этого замка. Я подумал, что тебе обязательно надо узнать…

Я поверил.

Как будто холодная вязкая жижа хлынула на меня сверху, залепила глаза и уши, лишила возможности дышать; руки мои, и без того затёкшие, окончательно онемели.

Я ПОВЕРИЛ. Ибо не верить явной правде — удел не «дурачка» уже, а полного идиота…

— Ты знаешь, — сказал я срывающимся голосом, — тебе ведь не поздоровится, если я действительно стану здесь призраком номер два. Потому что первым делом я доберусь до тебя. И…

Он устало вздохнул. Плечи поднялись и упали.

— Ты… Ретано. Ты не волнуйся, но… Сперва надо всё-таки умереть. А в твоих условиях… это долго и скверно.

Я проглотил слюну. Странно, что у меня ещё осталась слюна — пусть вязкая, пусть горькая, но до смерти от жажды все же ещё далеко…

— Разве ты не позовёшь Итера? — спросил я еле слышно.

Он поднял на меня укоризненные светящиеся плошки:

— Я очень редко выхожу из подземелья. Очень редко… Не могу.

Я очнулся от того, что один из стальных браслетов очень уж сильно сдавил моё запястье.

Пробуждение сопровождалось судорогой; затёкшее тело вело себя странно, мышцы сокращались как придётся, и весьма очень болезненно. Я застонал, пытаясь пошевелить онемевшими ногами.

«Рета-ано»…

Я выпучил глаза. Ощущение было такое, что рука моя опять шарит в недрах памятного замшевого мешочка, только на этот раз не чужие пальцы сжимали моё запястье, а стальное кольцо на цепи.

«Привет, Ретано, как поживаешь?»

— Я убью тебя, — сообщил я растрескавшимися губами. То есть наружу не просочилось ни звука, но собеседник мой услышал; кольцо сжалось так, что я еле сдержал стон.

«Тебе незачем меня убивать… Могу тебя поздравить — твоя жена по-настоящему тебя любит».

— Если ты тронешь Алану, я…

«…зато меня поздравить не с чем. По-видимому, любовь к тебе вытеснила… Короче говоря, твоя Алана не так привязана к брату, как мне того хотелось бы. Огорчительно, но не смертельно, есть ещё две ниточки…»

Браслет чуть ослабил хватку. Вовремя — я всё ждал, что треснут кости.

«Хочешь пить, Ретано?»

Я молчал.

«Потерпи ещё часа три. Она уже приближается к замку».

— Кто?!

«Скажешь ей, что есть возможность вернуть в мир её дорогого Луара. Скажи — это правда. Скажи — и посмотрим на её реакцию».

Кольцо разом вернулось к первоначальным размерам — моя рука чуть не выскользнула из него.

— Скотина, — прошептал я еле слышно.

В отдалении серой тенью прошёлся Маг из Магов Дамир. Впрочем, какой там маг…

Так, авантюрист. Бездельник.

Глава 9

Трудно сказать, сколько прошло времени. Сперва я считал звонкие удары падающих капель, потом сбился; потом, кажется, умер, и снова, и умирал раз десять, пока наконец в отдалении не зазвучали шаги, голоса, пока на истёртые камни пола не лёг отблеск факелов.

Самое время было закричать, но из глотки моей, как и следовало ожидать, не выдавилось ни звука, и я едва не умер в одиннадцатый раз — от страха, что меня не найдут.

Свет стал ярче — я зажмурился, пытаясь закрыть лицо локтем; в подземелье спускались мужчины, много мужчин, я слышал звон шпор и похожие друг на друга голоса, и в их обрамлении срывающийся голосок Итера дребезжал, как треснувшее стекло.

— Светлое Небо! О-о-о… А-а-а…

Я плотнее зажмурил глаза, потому что факелы сразу же оказались у меня под самым носом.

— Господин… — со слезами бормотал Итер. — О, как же… Как это…

— Сейчас мы тебя расспросим — как! — рявкнул молодой начальственный голос. — Старый хрыч, ты ещё будешь делать вид, что свалился с луны?!

Скрежетнуло железо. Итер охнул.

— Спокойно!

Я вздрогнул. Я только сейчас услышал, что среди спустившихся в подвал есть женщина… и её голос мне знаком.

— Спокойно, — повторила женщина, и мужские голоса примолкли. — Мы всё равно узнаем правду. Сбивайте железо!

Я глянул в щёлочки между слипшимися ресницами.

Их было страшно много, полный подвал; кто-то уже вопросительно постукивал по крутым бокам бочек. Итера держали за локти, женщины не было видно, мой взгляд заметался, но в этот момент тряпочка, смоченная водой, коснулась коросты на моих губах, и я провалился в блаженное беспамятство.

— Вы неважно выглядите, Рекотарс.

Будь у меня побольше сил, я бы непременно хихикнул. А так пришлось ограничиться косой ухмылкой.

— Где Алана?

Я приподнялся на подушках. Танталь стояла рядом, и за её спиной молчала в ожидании дюжина крепких молодых ребят, все при оружии, все настороженно-хмурые.

Я прикрыл глаза:

— Пусть ваш эскорт покинет нас… на минуту. Обязуюсь не причинять вам вреда.

Танталь ухмыльнулась в ответ — не менее косо. Обернулась к ребятам — те подчинились беспрекословно, хотя выходить им, ясное дело, не хотелось.

— Где Алана? — ровно повторила Танталь, когда дверь за последним из стражей закрылась.

— С Аланой всё в порядке. — Я обнажил зубы. — Алана в руках у мага, зачем она ему нужна — непонятно, что он с ней делает — не знаю тоже…

Она побледнела. И без того бескровные щёки приобрели зеленоватый оттенок; я испугался, что она упадёт.