Дело: Темное - Ольга Волкова

- Мда-а-а... - Алекс закинул руки за голову. - Надо в Братство. Срочно. Подкинул ты мне задачку, Мстивоюшка... А про срок жизни - ваши Основатели всех переживут. Это я тебе со всей уверенностью заявлю. Если Братство сохранило их вещи... то будет просто превосходно...

Алекс говорил спокойно, почти мурлыкая. Но вот мысли у него были тревожные.

Ночь прошла спокойно. По-крайней мере, путников не пытались атаковать полчища нежити, нечисти или же неспокойного люда. Следов инквизиции (или лже-инквизиции?) тоже не было и видно. Слышно было только потрескивание медленного угасающего костра. На чистом небе горели яркие звезды, складывающиеся в незнакомые Алексу созвездия, над головой качались ветки деревьев, тихо всхрапывали и фыркали лошади...

Мстивой проснулся к рассвету - скорее всего, просто от холода. Лежать на мокрой от выпавшей росы траве было неприятно, а в одних штанах - неприятно вдвойне.

- Ты что, не ложился? - кузнец сел, поморщился, словно от боли и зябко повел плечами. - Ночью все спокойно было?

- Спокойно - подтвердил Алекс и, сев, бросил в костер оставшиеся сучья - Ни единой живой, и что главное, неживой души. Ты как? Отошел хоть немного?

- Не помру. - коротко отозвался Мстивой, поднимаясь и ощупывая раненое бедро, которое, впрочем, кажется уже не было раненым. Все-таки с регенерацией оборотням сильно везло. - Как твоя спина?

- Уже нормально - Алекс проверил упомянутую часть тела. За ночь рана затянулась и теперь все было в порядке. - Только форму жалко. Но от нее все равно пора избавляться.

Парень покосился на спящую Зимку.

- Братству не говори, откуда я. Я сейчас... В подвешенном состоянии. Наших наблюдателей нет, мое появление они бы заметили. А что стало с теми, кто тут был - еще больший вопрос. Вот это... - Алекс показал Мстивою медальон, снятый с инквизитора - Наш знак. Обозначает звание. Но что оно делает у инквизиции и почему нечисть и инквизиция, судя по всему, с одними истоками воюют друг против друга...

- Братству не скажу, но Вьюжному доложусь. - спокойно сообщил кузнец, забирая у Алекса медальон. - Про этот индекс он велел спрашивать, вот пусть сам за последствия и отвечает. А дальше вы уж с ним сами разбирайтесь.

Оборотень некоторое время вертел медальон в пальцах, задумчиво оглаживая грани, усмехнулся с каким-то странным выражением в глазах и отдал обратно.

- А клеймо у них, кстати, другое. - заметил он, никак не комментируя последний вопрос Алекса.

- Прекра-а-асно! - Алекс вернул медальон себе. - Меня хотят мои же угробить. Еще немного, я покручу пальцем у виска и...

Он хмыкнул.

- Пока едем расскажешь о Вьюжном и вообще о том, что стоит знать? Хотя бы основах всего этого.. - он обвел рукой вокруг себя - мироустройства

- Ты до этого момента прекрасно обходился без этого. - едко заметил Мстивой и отправился будить Зимку. Только сейчас, когда он развернулся, Алекс заметил на его обнаженной спине в виде большого ромба, который пересекали две неширокие полосы.

Девушка проснулась быстро, что-то сонно спросила - Алекс не расслышал, что, Мстивой ответил - судя по всему, велел собираться и, отойдя к костру, вытащил из сумки кусок хлеба и принялся невозмутимо жевать, запивая остатками зелья из фляжки, дожидаясь остальных.

- Завтракать будешь? - невозмутимо поинтересовался он у Алекса, кивая на сумку с едой. - Зима, поторопись!

- Милый шрам. Кто оставил?

- Угадай. - ощерился Мстивой.

- Инквизиция?

- Она самая. - оборотень дожевал хлеб и полез в сумку за еще одним куском. К костру подошла заспанная, взъерошенная Зимка, уселась рядом с учителем. Тот сунул ей в руки сумку с продуктами, велел завтракать и побыстрее. - А ты почему спросил?

- А это тоже наш знак - вздохнул Алекс и глубоко задумался.

- Замечательно. - Мстивой тряхнул головой и, поднявшись на ноги, отправился к лошадям.

- Он что, инквизитор? - тут же насторожилась Зимка.

- Нет. Он хуже. - на ходу откликнулся ее учитель и что-то тише добавил. - Живее давайте, в темпе, в темпе! Нам сегодня до столицы добраться надо кровь из носу!

Зимка тут же вернулась к завтраку, спешно принявшись жевать оставшийся хлеб. Чуть не подавилась.

- Напугал ребенка - неодобрительно проворчал Алекс. - И я не инквизитор. И не нечисть. Вот. У вас рубашки нет лишней?

- Думаешь, если бы была, я бы ее не надел? - скептически откликнулся Мстивой. - Или ты решил, что я решил тебя прельстить видом своего прекрасного тела?

- Хм... - Алекс критично оглядел Мстивоя - И правду прекрасное. Зимка, смотри какой у тебя учитель хороший и пригожий...

Не выдержав, он фыркнул и махнул рукой.

- Ладно, пойду округу проверю...

- Смотри, чтоб нежить какая за округу не цапнула. - фыркнул Мстивой. Он с утра, похоже, был не в духе. - И не задерживайся, мы уже уходим. Зима, ты закончила?

- Почти уже. - сипло откликнулась девушка и сдавленно закашлялась, - кажется, все-таки подавилась куском. Мстивой закатил глаза, подошел к ней и похлопал по спине.

- Давай, собирайся. Алекс, поторопись.

- Нет-нет. Если едем, то едем. Я всеми руками и ногами за спешку.

- Ты-то чего волнуешься. - тихо буркнул оборотень, но, не дожидаясь ответа, забрал у Зимки сумку и ушел к лошадям, принялся влезать в седло. Девушка тоже подхватилась за ним.

Компания покинула поляну спустя уже несколько минут и вновь устремилась к Швардсвальду. Солнце уже встало, денек обещал быть жарким и душным, в воздухе вились утренние полупрозрачные мошки. Невыспавшаяся Зимка через некоторое время задремала в седле, убаюканная мерным шагом лошади, Мстивой ехал молча и был мрачен, как грозовая туча.

Алекс, в противовес Мстивою, мрачен не был. А вот задумчивость - пожалуйста. Происходящее напоминало какой-то жуткий клубок, из которого во все стороны торчат ножки, и эта пакость пытается сбежать. Вот, например: откуда у Светлого такая сила? Кто подсуропил? Куда делись местные наблюдатели? Кто надоумил инквизицию использовать такую символику.... И почему, если инквизиция метит своих... гм... врагов таким образом, про индекс мира спрашивает нечисть? Ссора между наблюдателями? Но ведь проходят тесты на совместимость. Светлый? Но тогда он точно проблема очень большого масштаба...

Алекс задумчиво посмотрел на Мстивоя, и задумался еще горше.

Если город Серый был ожидаемо серым, то Швардсвальд оказался неожиданно красным, таким, что стены его Алекс заметил издалека, когда он только-только показался на горизонте - яркое красно-рыжее пятно на фоне серого пасмурного неба. Дорога до города вообще проходила более-менее спокойно и тихо, разве что несколько раз путники замечали на придорожных деревьях повешенных. Над раскачивающимися на веревках трупами, которые все, как один, были одеты в грубые серые робы, с карканьем кружило воронье, лошади, почуяв запах мертвечины, каждый раз шарахались и норовили объехать дерево по большой дуге. С каждым встречным трупом Мстивой все больше хмурился и мрачнел, но говорить так ничего и не говорил, только подгонял своего коня.