Душа грозы - Лилия Беренс

— Ну, смотри, — хмыкнул Зарт, зажимая в зубах древесный сук и проводя ножом по ладони. — Дейфтфуй, Хъяран, — прогудел он через прикушенную деревяшку, ложась на землю.

Дарий с удовольствием отметил предусмотрительность Зарта и приступил к неприятной процедуре. Когда вожак изогнулся, парень с силой прижал его коленом к земле, удерживая руками за плечи. Оборотень оказался зафиксирован так, что не мог даже пошевелиться. Остальные нерешительно подступили, наблюдая за мучениями своего вожака. Долгие минуты агонии тянулись бесконечно. На самом деле, прошло совсем немного времени, но окружающим показалось, что вечность. Наконец, Зарт обмяк в руках громового волка и тяжело отдышался, выплевывая насквозь прокушенную палку.

— Ну и злая же штука, эта твоя кровь.

— Не моя, а твоя. У простых людей от моей крови раны затягиваются, и совсем безболезненно. — Проворчал Дарий, отпуская вожака.

— Может, я теперь тоже громовым волком буду? — Рассмеялся Зарт, поднимаясь с земли. — Пойду по миру, превращая темных оборотней в светлых! Было бы не плохо!

— Прости, Зарт, но громовыми волками так не становятся, — усмехнулся Дарий. — Я наблюдал. Свет рассеивается в крови, как только завершит свою работу.

— Очень жаль, — не сильно расстроившись, проговорил вожак. — Так и что теперь? Говоришь, оборотнем я быть не перестану?

Дарий снял с себя сапог и протянул Зарту.

— Одень и настройся на желание стать волком.

Зарт схватил сапог и быстро натянул на свою испачканную в земле конечность. Парень поморщился. Нужно было заранее подумать, как он его потом обратно одевать будет.

— Прости, — смутился вожак. — Отвык. Нужно было вытереть ногу.

— Да чего уж теперь, — отмахнулся тот в ответ. — Пробуй превратиться.

— Что-то мне страшновато… — Проговорил Зарт, но все равно настроился.

Через мгновение перед всеми предстал статный матерый серый зверь, удивленно озирающийся по сторонам.

— Ему не было больно! — захлопала в ладоши малышка Айри. — И он волком стал при солнце! Хочу также, хочу, хочу!

— Уймись! — одернула дочку Кайси. — Хъяран всем поможет, он сам сказал. Подожди своей очереди!

Зарт снова вернулся к человеческому виду, осмотрел сапог на левой ноге и рассмеялся.

— Ну, надо же! Действительно никакой боли! И сапог при мне! Признаться, я не очень верил! Спасибо тебе, Хъяран! Всю жизнь должником буду! — Хлопнул он по спине громового волка.

— Меня Дарий зовут. Перестаньте давать мне прозвища, — возмутился он в ответ.

— Как скажешь, Хъяран! Как скажешь!

Дарий только тяжело вздохнул и приготовился к следующей процедуре. Вперед было еще десять человек. За следующие три часа через оригинальное лечение громового волка успели пройти все. Ему значительно облегчили работу те, кто к этому времени уже избавился от скверны. Парню больше не было необходимости держать каждого во время агонии. Он делился своей кровью, оставляя страдальца в руках других оборотней, и переходил к следующему. Больше всего он беспокоился за детей, особенно за совсем юного мальчишку. Но они перенесли процедуру на удивление хорошо, не испытав совершенно никакой боли. Для богов дети до пятнадцати — невинны, потому и наказаний они избегают. Как сказала Айри, они и раньше при обращении не испытывали мучений. Вот с пятнадцати лет должно было начаться. Но сейчас им больше эта участь не грозила. К четырем часам пополудни все оборотни уже избавились от скверны, радостно пританцовывая вокруг Дария и своего вожака, постоянно меняя облик и смеясь.

— Надо решить, куда нам теперь податься, — проговорил Зарт, раздумывая о способах добычи огня.

В честь всего произошедшего он собрал найденные недалеко листья дикого табака и хотел отметить событие самокруткой, только вот ее нужно было как-то зажечь. Увидев его замешательство, Дарий соорудил миниатюрную шаровую молнию и поднес к самокрутке, ехидно наблюдая за вожаком. Не прошло и мгновения, как оборотень сильно закашлялся, затоптал свою поделку огрубевшей пяткой, громко ругаясь на ларанском.

— Да что ж такое-то! — В сердцах сплюнул Зарт. — Мне что, теперь никогда табачком не затянуться?

Парень уже смеялся, не скрываясь. Еще в детстве он не раз читал о страстной любви ларанцев к табаку.

— Зарт, ты перестал быть темным, но оборотнем все равно остался. Запах и вкус табака ужасен и сам по себе, а с нашими обостренными чувствами — забудь! Насчет того, куда податься, — резко посерьезнел Дарий. — Не торопись. Я поговорю с деревенскими. Когда-то они поняли мою ситуацию и не прогнали. Народ здесь хороший, расскажу о вас — может, примут. Особого доверия, конечно, вам ждать не придется. Но если покажете себя хорошими и работящими соседями — то быстро станете своими. Ну а если не примут — можно подумать и о других вариантах. Жрецы Дилая что-то да подскажут.

Вожак обвел взглядом свою стаю. Среди всех он был единственным воином. Остальные оказались вырваны из мирной жизни, к которой всегда мечтали вернуться. Предложение громового волка давало им шанс.

— Будь по-твоему. Что от нас требуется?

— Для начала, вам всем придется стать волками. Не нужно смущать крестьян своей наготой. Не привыкли они к этому. На поиск одежды времени у нас уже нет, скоро зайдет солнце и явится эта Хозяйка. Что-то мне подсказывает, что без нее не обойдется. Поэтому подождете на окраине леса. Я переговорю с людьми, и если они окажутся не против вас принять — подам сигнал.

— Хозяйка обязательно явится, — кивнул Зарт. — Ее любимое развлечение — это загонять непокорных, как дичь. Нас она так просто не отпустит.

Вожак проконтролировал, чтобы все обернулись, поднял стаю и повел в сторону деревни. Дарий тоже обратился и огромными мягкими скачками обогнал оборотней. Деревни он достиг значительно раньше остальных, заскочил в ворота, осмотрел довольно жующего овес возле дома старосты Бурана и вернулся в человеческий вид. Из дома уже спешил ему на встречу сам староста, взволновано потирая крепкие мозолистые руки.

— Ну что, мастер, одолел оборотнев-то? — раздался еще с порога его громогласный крик.

— Обожди, староста. Тут боги так все закрутили, что самому не разобраться. Созывай вече. Разговор у меня к добрым людям имеется.

— Зоська! — взревел староста бешенным зуром. Из хозяйственных помещений выскочил взъерошенный мальчишка, который утром приезжал за Дарием. — Зоська, бери свою ватагу и дуй по домам! Кричи, что староста вече сбирает! Усек?

— Да, тятя!

— Тады бегом!

Паренек рванул в сторону поджидавших его мальчишек. Коротко переговорив друг с другом, ребятишки рассыпались в разные стороны, с громкими криками созывая на вече.