Невидимая угроза - Джина Майер

От этой мысли она испытала прилив гордости. А еще так затосковала по Феликсу, что у нее даже закружилась голова.

– Во что играете? – спросила Юлия. – В «Монополию»? Я в нее не играла лет с десяти. Можно к вам присоединиться?

– Ну конечно.

София вылетела из игры первой. Она собрала последние жетоны и передала их Морицу, который заведовал банком.

– Заканчивайте, а я в душ схожу.

Когда она вернулась, Мориц как раз победил. Он складывал карты и жетоны в коробку.

– Который час?

– Только три, – ответила София.

– Как же нам убить этот день? – фыркнула Юлия.

– Ну и сказала же ты, – пробормотал Филипп.

Юлия засмеялась.

– Только представьте себе, что было бы, если бы мы росли вместе, как настоящие братья и сестры. Мне в детстве всегда хотелось братика или сестричку. Или обоих.

– Мы бы постоянно ссорились! – улыбнулся Филипп.

– Ну, иногда, – согласилась Юлия. – А иногда и нет.

– Вообще, мы должны быть благодарны этому V за то, что он свел нас вместе. – Мориц спрятал коробку с игрой обратно в шкаф.

– Йохен к этому явно относится иначе, – сказала Юлия.

Она взялась готовить ужин.

– Макароны с грибами, – объявила она, выставляя тарелки на стол. – Надеюсь, всем понравится.

Мориц открыл бутылку вина, наполнил бокалы.

Они как раз собирались приняться за еду, когда зазвонил телефон.

– Что это значит? – Мориц встревоженно отложил вилку.

– Понятия не имею. – Филипп встал из-за стола. – Кто-нибудь из вас давал кому-нибудь этот номер?

– Как? Я и номера-то этого не знаю, – возмутился Мориц.

Филипп подошел к телефону, но трубку снимать не стал.

– Да ответь уже! – не утерпела Юлия. – Чего ты ждешь?

– Это, наверное, хозяин дома.

Руки у Филиппа так вспотели, что трубка чуть не выскользнула из его пальцев.

– Алло.

– Это Райфенберг. Надеюсь, я вас не побеспокоил.

Он и был хозяином дома. Филипп с облегчением вздохнул.

– Нет, конечно. То есть, мы собирались ужинать…

– Я вас не задержу. Просто хотел уточнить, когда я смогу зайти за ключом.

– За ключом?

– Запасным ключом. – Хозяин дома кашлянул. – Я всегда отдаю отдыхающим только один ключ, второй остается у меня. На всякий случай. И вы всегда можете его у меня взять, я постоянно сижу дома.

– У нас только один ключ.

– Но ваша сестра случайно захлопнула дверь, и вы остались снаружи… – В голосе мужчины звучало сомнение.

– Моя сестра?

Филипп в недоумении посмотрел на Юлию и Софию. Те столь же недоверчиво посмотрели на него.

– Вы сегодня днем заходили ко мне и взяли запасной ключ. Ну, ваша сестра случайно захлопнула дверь, когда все были на улице. Если вы не против, я завтра утром часикам к десяти подойду и заберу второй ключ.

– Конечно, – сказал Филипп. Он все еще не понимал, чего этот человек от него хочет, но сердце уже билось в его груди с такой силой, будто пыталось вырваться из грудной клетки и скрыться в безопасном месте. – Без проблем.

– Что случилось? – спросил Мориц, когда Филипп повесил трубку.

– Сегодня днем кто-то, выдавая себя за меня, взял у хозяина этого дома запасной ключ.

– Что?! – Юлия вскочила. – Пятый, это был Пятый! Мы должны… – У девушки сперло дыхание от страха.

– Мы должны известить полицию, – закончил за нее Мориц.

– Позвони Беккеру! – воскликнула Юлия. – Вот дерьмище, если этот тип уже в доме…

Филипп достал из кармана мобильный, но у него так дрожали руки, что телефон включался целую вечность и потребовалось две попытки, чтобы ввести PIN-код.

– Забудь о Беккере, – сказал Мориц, пока Филипп искал номер комиссара. – Это чушь собачья, что он сейчас делать будет? Звони в экстренную службу.

Филипп кивнул, но не успел он набрать номер, как дверь открылась – и София охнула.

Странно, но вначале он посмотрел на нее, увидел, как девочка бледнеет, а потом на Юлию – та удивленно улыбалась, и лишь затем взглянул на дверь.

В дверном проеме стоял Марсель. С оружием, направленным на Филиппа.

– Отложи мобильный, – мягко сказал Марсель. – Все кончено.

У Юлии возникло ощущение дежавю. Будто она уже побывала в этой ситуации. Сидела в этом доме, в этой комнате, с Софией, Морицом и Филиппом, и смотрела, как медленно открывается дверь. А потом в дверном проеме появился Кристиан. С оружием, нацеленным на Филиппа.

– Отложи мобильный, – мягко сказал Кристиан. – Все кончено.

Пока остальные что-то говорили Филиппу, София услышала шаги за дверью. Она хотела крикнуть Филиппу, чтобы тот поторопился, поскорее набрал этот проклятый номер. Но не смогла произнести ни слова. Потому что понимала: уже слишком поздно. Они недооценили Пятого. Они думали, что у них есть шанс победить его, а он все это время просто играл с ними. София увидела, как проворачивается дверная ручка, точно в замедленной съемке. А потом дверь открылась, и ее сердце застучало так сильно, что вылетело из груди и разбилось. Потому что в дверном проеме появился Феликс. С оружием, нацеленным на Филиппа.

– Отложи мобильный, – мягко сказал Феликс. – Все кончено.

Я останавливаюсь в конце зала, перед столиком, за которым сидит мой отец и флиртует с какой-то женщиной. Флиртует – после того, как он свел мою мать с ума, женился на другой, сделал ей ребенка, а потом еще одного. Я смотрю на него, и в какой-то момент он это замечает.

«Вы что-то хотели?» – спрашивает он.

«Ты меня не узнаешь?»

Он хмурится. Пытается вспомнить. Но у него ничего не получается. Мне было всего девять лет, когда мы разговаривали в прошлый раз. И он обещал, что никогда меня не забудет. И сказал, что я могу на него положиться.

«Извините, я вас не узнаю», – говорит он.

Я называю ему свое имя.

Но и тогда он вспоминает не сразу. Проходит десять, двадцать, тридцать, сорок секунд.

Да, что-то такое было. Было, да прошло. Для него. Не для меня.

«О господи… – говорит он. – Это… Ну надо же! Что ты тут делаешь? Ты тоже стал врачом?»

«Нет, – говорю я. – Я приехал сюда только ради тебя. Я тебя искал».

Он смотрит на меня и смеется, потом поворачивается к этой женщине. Но она не улыбается ему в ответ.

«Ты представляешь! – говорит он. – Это же…»

«Кто он?» – спрашивает женщина.

Он не отвечает. Приходится отвечать мне.

– Я его сын, – говорю я. – Его Малыш.

Вот глупости! Он встает и идет ко мне, но уже через миг останавливается, потому что и я замираю на месте. Только бы не было скандала: остальные уже с интересом поглядывают в нашу сторону.

«Я не понимаю! – шипит он. – Что все это значит?!»

«Ты мой отец», – говорю я.

Он потеет.

«Это не так. Мы с твоей матерью, мы были просто…»

«Кем?» – спрашиваю я.

«Кем?» – спрашивает женщина.

«Я не намерен разговаривать с тобой здесь, – заявляет мой отец, мой папа, который учил меня плавать. – Это просто смешно. Ты меня даже не знаешь».

Он произносит эти слова громко, взволнованно, почти кричит, и сразу подбегает официант, будто папин ручной пес.

«Какие-то проблемы?» – спрашивает официант.

«Еще какие, – говорит мой отец. – Этот молодой человек меня донимает».

«Вы участник конгресса? – спрашивает официант. – Где ваш бейдж?»

Женщина смотрит на меня. Она намного моложе моего отца. Отец на меня не смотрит.

«Могу я попросить вас последовать за мной?» – говорит официант.

«Я пойду с вами, – соглашаюсь я. – Но прежде мне нужно кое-что сказать. – Я поворачиваюсь к этой женщине. – Он мой отец. Но он не хочет разговаривать со мной, потому что собирается затащить тебя в постель. Собирается трахнуть тебя, как трахал мою мать. Пока она не слетела с катушек и не угодила в дурдом. Подумай, надо оно тебе?»

А потом я делаю шаг в сторону отца и плюю ему под ноги. Я поднимаю голову и вижу слезы в его глазах.

Но все это неправда.

На самом деле все было иначе.

Глава 20

– Что ты тут делаешь? – спросила Юлия. – Надо же!

Она хотела подойти к нему, обнять, но замерла на месте. Пистолет в его руке. Это выражение лица. Кристиан. Безобидный, всегда готовый помочь, такой милый Кристиан. Она не воспринимала его всерьез, пока не влюбилась в него. Кристиан был Пятым. Похитителем ее отца. Тем, кто преследовал их.

– Феликс, – обомлел Мориц, – что это значит? Если это шутка…

– Сядьте все на диван, – спокойно произнес Кристиан.