Мертвый ключ - Пулли Д. М.

Девушка достала свое нехитрое оборудование и заковыляла прямиком к пристанищу бродяги. Со вторника здесь ничего не изменилось. Наверное, Рамон уже давным-давно изгнал непрошеного гостя. Должен же он совершать обходы. Тем не менее, она постаралась не затягивать с измерениями кабинета, перешагивая через импровизированное ложе и стараясь поменьше вдыхать. После комнаты зашла в уборную, зажав ладонью нос. Унитаз оказался вполне чистым, а на раковине лежала позабытая мужская бритва. Измерив длину и ширину, Айрис поспешила смыться оттуда.

Кабинет она покинула вся в холодном поту. Пожалуй, браться одной за это задание было глупо, а то и вовсе опасно. Будь она в состоянии, обязательно пошла бы пожаловаться Рамону. Девушка отерла лоб. Похмелье будет давать знать о себе целый день, как пить дать. Заметив свое отражение в зеркале в коридоре, она уставилась на зеленоватую физиономию. А все-таки оно и к лучшему, что сейчас рядом нет напарника — дело запросто могло бы кончиться ее увольнением. В голове тут же прозвучал скептический голос Элли: «Значит, предпочитаешь, чтобы тебя тут покромсали на кусочки?»

Нетушки, не предпочитает. Брэд, судя по всему, полагает, что управиться одной ей вполне под силу. Айрис приступила к следующему кабинету. Ей вовсе не хотелось доказывать неправоту своего куратора. Не может же она, как маленькая девочка, с визгом удрать из здания. Ладно маленькая, так ведь еще и с похмелья!

В остальном рабочий процесс на одиннадцатом этаже ничем не осложнялся. Девушка подошла к глухой двери возле лифтов. Опыт работы на этажах ниже уже подсказывал ей, что может оказаться внутри. Глубокая раковина, моющие средства да, может, фотография из «Плейбоя» на утеху уборщикам. Так и есть, кладовка.

Она быстро измерила комнатку, выключила свет и уже собиралась выйти, как вдруг ударилась обо что-то ногой. Снова щелкнула выключателем и только тогда заметила прислоненный к стене бурый кожаный чемодан с совершенно затертой ручкой.

— А ты что здесь делаешь? — изумилась Айрис.

Она вытащила находку в лифтовой холл и положила на пол. Чемодан оказался набит одеждой. Женской одеждой, точнее говоря, и гораздо меньшего размера, нежели носила сама Айрис, — не сорок второго, а тридцать восьмого. Блузка, которую она стала рассматривать, вполне подошла бы подростку. Владелица чемодана определенно представляла собой миниатюрное создание. Айрис немедленно подумала о Беатрис, ведь Сюзанна обозвала ее «мелкой штучкой». Она приложила к блузке юбку-дудочку и живо представила в них молоденькую женщину. Потом повернулась к кладовке и нахмурилась. Несомненно, чемодан хранился там на протяжении многих лет, совершенно заброшенный.

Под одеждой обнаружились две папки. В одной содержались бумаги, исписанные такими же загадочными каракулями, что Айрис обнаружила в досье на Беатрис. В другой — груда писем на фирменном бланке Первого кливлендского банка.

Девушка прочитала взятое наугад: банк уведомлял клиента, что собирается изъять содержимое его депозитной ячейки и передать таковое властям штата.

Айрис постаралась выкинуть из головы образ девушки, прячущейся в кладовке. Несомненно, с ней произошло что-то ужасное. Обычно люди просто так не бросают свои вещи. Может, Беатрис упаковала одежду, эти папки и собралась бежать. Но кто-то ее остановил. По словам Сюзанны, Бейкер просто взяла и исчезла.

Впрочем, это не ее дело, одернула себя Айрис. Той истории вот уже двадцать лет, и Беатрис, или кому там принадлежал чемодан, возможно, успела отправиться в мир иной. Взгляд ее снова упал на блузку с узором бута. Наверное, это была любимая вещица пропавшей девушки.

— Беатрис, — прошептала Айрис, — почему же ты убегала?

Судя по довольно умеренным вырезам на одежде, Беатрис была из скромниц. «Жила ли она одна, как и я? — размышляла Айрис. — Хоть кто-нибудь бросился ее искать?» Кто бы ни оставил чемодан в кладовке, с тех пор к нему не прикасались.

Айрис засунула папки в свою сумку. Не могла она просто запереть в кладовке оставшееся от Беатрис добро и уйти. Возможно, ее нет в живых, и содержимое папок поможет пролить свет на обстоятельства ее смерти. Пускай сегодня до этого никому нет дела. Пускай не было дела и тогда, но оставлять подобную загадку неразрешенной все-таки нельзя. Девушка застегнула чемодан и водрузила на место.

Жуткая мысль мелькнула у Айрис в голове, пока она созерцала бесхозный багаж в кладовке: а если однажды и она исчезнет, кто-нибудь бросится ее искать?

Тем не менее после вопиющего утреннего опоздания предаваться размышлениям о потерянных чемоданах времени не было. Да его даже на обед не оставалось. Если она действительно хочет закончить все измерения к утру, нужно как следует приналечь. Айрис поднялась по лестнице на двенадцатый этаж и словно оказалась в огромной пещере. Каждый шаг по голому полу отдавался эхом. На этаже только и имелись, что колонны в первозданном виде. Отсутствовал даже подвесной потолок, и прямо над головой довольно опасно свисали воздуховоды, провода и осыпающаяся штукатурка, нанесенная, скорее всего, еще в далеком 1918 году. Зрелище являло собой сущую инженерно-строительную аутопсию. Этаж был выпотрошен подчистую.

Стальные колонны испещряли круглые заклепки диаметром сантиметра три. Айрис потрогала одну, и на ощупь та показалась ей как окрашенная кость. Девушка возбужденно извлекла планшет и принялась подробно расписывать конструкцию, для пущей основательности присовокупив даже схемы стыковых накладок колонн. Брэд останется довольным.

Час спустя она выглянула в одно из окон с изрядно обветшавшей рамой. Улица внизу кишела пешеходами и транспортом. Для всех рабочий день закончился, ей же еще предстояло пахать и пахать.

Когда Айрис вновь направилась к пожарной лестнице, солнце уже стояло низко, и бетонный пол рассекали длинные тени. Поднявшись по ступенькам на следующий этаж, она обнаружила, что на входной двери значится цифра «14», а не «13». Перепроверка записей и составленных планов вместе с последующим спуском на площадку ниже подтвердили, что тринадцатый этаж действительно отсутствовал. Чудеса, да и только.

К счастью, четырнадцатый этаж оказался идентичным нижнему, так что с ним удалось разделаться за пятнадцать минут.

На самом верху многоэтажки у Айрис засосало под ложечкой. Именно на пятнадцатом этаже неделей раньше она с улицы заметила мечущийся луч фонарика. Ей вдруг очень захотелось развернуться и спуститься вниз. Выведенная по трафарету цифра «15» недобро смотрела на нее с неокрашенной металлической двери. Над верхней губой девушки проступил пот. Здесь, на вершине лестницы, температура поднялась градусов до сорока, никак не меньше.

Спиральная лестница уходила вниз, словно бы в бесконечность, перила и ступеньки все закручивались и закручивались, и Айрис вдруг ощутила, что вот-вот рухнет вниз. Она судорожно схватилась за перила и сделала пару глубоких вдохов. Колодец винтовой лестницы действовал словно дымоход, вытягивая из подвала на нижние этажи прохладный воздух, а на самый верх доставляя уже иссушающую мозг жару.

Невыносимая температура в конце концов подавила даже страх девушки. Она осторожно открыла дверь. Внутри оказалось слишком темно, поскольку солнце уже село, а свет уличных фонарей верхнего этажа не достигал. Айрис достала свой полицейский фонарь и взяла его на манер дубинки.

Судя по оставленным, хотя и нечетким отпечаткам ног, кто-то относительно недавно поднял пыль на устланном линолеумом полу у самого входа. Должно быть, тот взломщик прямо здесь и стоял. Айрис содрогнулась.

И все же она шагнула вперед, и дверь за ней бесшумно закрылась. Освещая путь фонарем, девушка осторожно пробиралась по коридору, который от грузового лифта тянулся до фойе. Избавление от жары винтовой лестницы облегчения не принесло, и вскоре вся футболка Айрис намокла от пота. В главном фойе она увидела портрет президента Алистера Мерсера. Крупные бронзовые буквы над его головой складывались в надпись «Администрация Первого кливлендского банка».