Блеск и будни - Фред Стюарт

— Эмилия!

— Вы не уедете без бриллианта, — негромко крикнула она возле дверей, — поэтому вам придется меня подождать. И я ни за что на свете не откажусь от такой возможности!

— Эмилия, за этими стенами дюжина вооруженных людей, — горячился Адам, пытаясь догнать ее. — Я надеюсь лишь на то, что смогу перемахнуть через стену в темноте и попытаться улизнуть от них. А теперь отдайте мне бриллиант! Двоих людей гораздо легче поймать!

Эмилия заколебалась.

— Тогда нам не надо пробираться украдкой, — сказала она. — Вы говорили мне, что у них арабские рысаки. Эти лошади не из быстрых. А в конюшне моего отца самые резвые в Индии лошади. Мы оседлаем пару таких коней, и они никогда не догонят нас. Подождите меня.

Адам просто застонал, когда она скрылась в доме.

— Проклятье!

Но хотя все это осложняло путешествие и он должен был нести ответственность за безопасность девушки, Адам все же не мог не признать, что получил огромное преимущество: рядом будет Эмилия, которая знает язык хинди. Он немного изучал хинди во время своего морского путешествия из Англии, но не говорил на нем бегло, и в трудную минуту его знаний могло оказаться недостаточно.

Эмилия, задыхаясь от возбуждения, взбежала по широкой лестнице. Она твердила себе, что, убегая вместе с Адамом, нарушает все мыслимые нормы девичьего поведения. Это потрясет ее родителей. Она, может быть, даже навлечет на себя опасность, но ей это было безразлично. Она окуналась в величайшее приключение своей жизни! К тому же, она влюбилась!

Адам торопливо перебежал через сад, подпрыгнул, ухватившись за верх стены. Подтянувшись на руках, он осмотрел улицу. На другой стороне улицы он увидел Азимуллу, стоявшего возле своей лошади. Другие бадмашес, спешившись, уселись на мостовой, большинство из них спали.

— По крайней мере, мы можем застать их врасплох, — прошептал Адам через полчаса, когда Эмилия снова вышла из дома. Она намазала свое лицо сажей, надела грязный тюрбан и не менее грязные панталоны и рубаху. — Большинство из них находятся на улице и спят. Где вы достали одежду?

— Взяла взаймы у одной из своих служанок. Бриллиант я спрятала в своем тюрбане. Сойду ли я за индуску?

— Меня бы вы провели запросто. Но еще раз предупреждаю вас, что это путешествие может оказаться опасным.

— Ах, Адам, не будьте таким ворчуном. Я не боюсь. И, кроме того, я сама могу позаботиться о себе.

— Я поскачу первым и отвлеку их. Когда они скроются, выезжайте и вы. Где мы встретимся?

Она ненадолго задумалась.

— В Барракпоре, — предложила она. — Это в четырнадцати милях к северу от Калькутты. У генерал-губернатора там загородный дом, и место хорошо охраняется английскими войсками. Они вряд ли отважатся ехать в Барракпор. Мы встретимся там перед рассветом, возле поместья лорда Каннинга.

— Идет. — Он вытащил пистолет из-за пояса. — Это я взял на время из стола вашего отца. Надеюсь, он не рассердится.

— Он придет в ярость.

— Пожалуй. И, думаю, что ему не очень понравится, когда он узнает, что вы уехали со мной. Где стоят лошади?

— Вон там.

Она провела его к задней части дома, где располагалась конюшня на восемь стойл, рядом с каретным сараем. Эмилия отворила дверцу одного стойла. Во тьме захрапел конь.

— Мы оседлаем Синнамону и Занзибара, — шепнула она Адаму. — Синнамона — это моя кобыла, а Занзибар — конь отца. Обе эти лошади чемпионы. Папа собирается выставить их на скачках за кубок губернатора.

Они быстро оседлали двух прекрасных скакунов, потом провели их вокруг дома к деревянным воротам, выходившим на улицу. Адам вскочил на Занзибара, держа пистолет в правой руке.

— Порядок, — шепнул он. — Открывайте ворота. Мы встречаемся на рассвете в Барракпоре.

— Поворачивайте направо и скачите к реке. Знаки укажут вам дорогу. Удачи!

— Она нужна нам обоим. И все же с вашей стороны безумство пускаться на это.

— Я никогда в жизни не получу большего удовольствия.

Она подошла к деревянным воротам, приподняла толстый засов, которым они закрывались, и отворила одну створку ворот. Адам пришпорил Занзибара. Конь рванулся вперед, застучав копытами по мостовой. Адам знал, что его пистолет однозарядный, и надеялся сразить Азимуллу одним выстрелом. Когда он несся вскачь мимо оторопевшего от неожиданности индуса, он выстрелил, но попал лишь в плечо.

Азимулла, схватившись за плечо, взвизгнул что-то на хинди. Адам низко пригнулся, несясь во весь опор по улице. Он вспомнил, как он лихо скакал еще мальчиком на йоркширских торфяниках, но тогда его не преследовали кровожадные индусы. Он оглянулся назад. Все бадмашес вскочили на коней, за исключением Азимуллы, и пустились в погоню, на ходу стреляя из ружей. Адам повернул на перекрестке и пустил коня в такой аллюр, в каком не скакал еще ни разу в жизни. Занзибар проявил себя отлично. Адам даже подумал, что если он останется в живых, то постарается купить такого редкостного скакуна.

В предрассветные часы Калькутта только начинала просыпаться. Летя опрометью в направлении площади, Адам увидел торговцев, которые расставляли свои рыночные навесы на базаре. Он проскочил через эти навесы, рассыпав кошелки и опрокинув столики. Торговцы возмущенно загорланили, размахивая кулаками. Потом он понесся по узким улицам и, наконец, выскочил к реке Хугли и к главной дороге, ведущей на север. Увидев знак с названием «Барракпор», он вонзил каблуки в бока Занзибара и как ветер понесся в этом направлении.

На востоке начинала заниматься заря.

Глава десятая

— Подготовьте бумаги о предоставлении вольной всем моим рабам. — Лиза стояла перед камином в гостиной особняка на плантации «Эльвира». — Я освобождаю всех зависящих от меня людей. Они получат достойную оплату, если захотят остаться здесь и работать на меня. Но на плантации «Эльвира» с рабством будет покончено.

Оба Девре, Билли и Клемми, удивились. Дело происходило два дня спустя после похорон Джека Кавана. Лиза прелестно выглядела в черном траурном одеянии. Клемми, которая тоже носила траур по своему кузену, поднялась, подошла к Лизе и обняла ее.

— Какой замечательный поступок, — сказала она, улыбаясь.

— Я хорошо все обдумала, — продолжала Лиза, — и пришла к заключению, что смогу наладить на этой плантации работу, используя свободный труд. Может быть, и некоторые другие рабовладельцы поймут, что существует альтернатива рабству.

— Но я должен напомнить вам, Лиза, — вмешался Билли, адвокат Джека, — что речь идет о разбазаривании больших капиталов, возможно, о полумиллионе долларов! Огромной суммы денег!